http://svalka.f-rpg.me/ Свалка ru-ru Fri, 20 Dec 2024 21:10:19 +0300 MyBB/mybb.ru http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=169#p169 <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 14px"><strong>Личная охрана и приближенные нового лидера Альянса – <a href="https://pulseofny.rusff.me/profile.php?id=89" rel="nofollow" target="_blank">Cesare Argento</a>, в количестве 14 человек, называющих себя сегрети. Бывшие члены различных группировок криминального мира до ЗА.</strong></span></span></p><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/44957.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/44957.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 14px"><strong>Ralph &quot;Bear&quot; Santiago</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Jason Momoa</span><br />43 года // Сегрети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span><br /></span></p></td><td colspan="2"><p>Рубак в Сегрети.<br />Капо мафиозной семьи в которой состоял Чейз до ЗА - Гаэтано, поэтому после повторной встречи в Альянсе вопросов о сотрудничестве и верности не возникло. Является обладателем буйного нрава, не терпит ошибок и трусости. «Сила есть – ума не надо» - олицетворяет его подход к жизни. Прекрасный боец, мастерски владеет холодным и огнестрельным оружием, не брезгует делать грязную работу и наделен довольно небольшим набором моральных принципов. Благодаря своим умениям и доверию Чезаре, быстро стал одним из рубак и обзавелся личным отрядом из пяти человек.</p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2"><p>Русская шпионка, отправленная в Нью-Йорк для того, чтобы внедриться в одну из крупнейших преступных сетей и передавать важные данные. Успешно справлялась со своей миссией и даже заработала себе хорошую репутацию в узких кругах, но ЗА спутал карты и сделал всю ее прошлую работу бесполезной. Боевым искусствам и прочим премудростям агента обучалась в лучшей академии России, прошла строгий отбор и множество более простых миссий прежде, чем оказаться на чужой территории. Умеет мастерски перевоплощаться и «читать» оппонента, наиболее для себя выгодным образом подстраивая модель поведения, поэтому понять, что у этой женщины на самом деле на уме довольно сложно.</p></td><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/462763.webp" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/462763.webp" /></p> <p><span style="display: block; text-align: left"><span style="font-size: 14px"><strong>Lisa &quot;Snake&quot; Jones</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Milla Jovovich</span><br />38 лет // Сергети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/873418.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/873418.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 14px"><strong>Aaron &quot;Sniper&quot; Williams</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Keanu Reeves</span><br />45 лет // Сегрети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span><br /></span></p></td><td colspan="2"><p>Наемный убийца. Своими навыками обязан службе в спецназе, а затем долгим и упорным тренировкам после полученной травмы уже гражданке. Ранение в ногу хоть и периодически напоминало о себе болями, но не представляло сильной проблемы, поэтому Аарон устроился работать в элитное охранное агентство, прикрывая свою истинную деятельность, которой промышлял уже больше двенадцати лет. Очень сдержан, спокоен и беден на эмоции, ко всему подходит с холодной головой и таким же сердцем, предпочитает заранее взвесить все «за» и «против», а уже потом действовать.</p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2"><p>Химик, специалист по ядам. Лоррэйн могла бы так и остаться обычной скромной девушкой, зарабатывающей на жизнь, работая танцовщицей в ночном клубе, если бы в какой-то момент на нее не положил глаз один из известных в то время криминальных авторитетов. Мужчина исполнял все желания новой пассии, а последняя решила использовать шанс по максимуму и с головой ушла в изучение медицины, чтобы иметь возможность раскрыть весь свой потенциал и реализовать амбиции. Она успешно получила степень, а затем продолжила обучение, отыскав свою истинную страсть в веществах и формулах никому в окружении, кроме нее, непонятных. Постепенно она нашла способ грамотно избавиться от обременительных отношений и начать заниматься изготовлением различных незаконных веществ и сотрудничать с мафией. Изящная, яркая и опасная женщина с виду может и не кажется опасной, но Чейз далеко не просто так выбрал ее в Сегрети.</p></td><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/90190.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/90190.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: left"><span style="font-size: 14px"><strong>Lorraine &quot;Black Widow&quot; Coleman</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Monica Bellucci</span><br />40 лет // Сегрети <br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/944390.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/944390.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 14px"><strong>Nolan &quot;Bishop&quot; Bishop</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Oscar Isaac</span><br />42 года // Сегрети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span><br /></span></p></td><td colspan="2"><p>Хирург. Обучение на врача – довольно сложный и долгий путь, но у Нолана, родившегося в семье потомственных медиков изначально не было шансов выбрать иную профессию, чего он и не особо хотел. Ему всегда нравилась медицина, а особенно хирургия, поэтому за годы обучения, интернатуры и работы не перестал гореть своим делом ни на секунду. Возможно, поэтому его и считали одним из лучших в Нью-Йорке и приезжали к нему из разных городов и даже стран. Но его путь оказался заказан, когда к нему на стол попал кто-то из представителей мафии, потому как после его успешного спасения, у Бишопа не было ни шанса остаться в стороне и не стать чуть ли не личным врачом не особо законопослушной семьи.</p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2"><p>Лейтенант полиции. Стив всегда считал работу в полиции – достойным и уважаемым ремеслом, пока не устроился туда после академии и не понял, что грязи там зачастую больше, чем в бедных районах Нью-Йорка. Сначала он пытался как-то бороться с коррупцией и несправедливостью, но довольно быстро пришел к выводу, что это бесполезно. Годы шли, его сердце каменело, и вот уже он сам спокойно принимает взятки и, не моргая глазом, наблюдает за тем, как малец закидывается очередной дозой. Стив выполнял свою работу и старался делать это хорошо, но из-за него одного вся система не пришла бы в норму, а рассчитывать на чудо слишком наивно, даже для такого человека, как он. Был одним из лучших выпускников академии, хорошо физически развит, до начала ЗА часто посещал тренажерный зал и тир при участке, чтобы поддерживать навыки в норме.</p></td><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/521255.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/521255.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: left"><span style="font-size: 14px"><strong>Steve &quot;Loki&quot; Knightley</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray"><del>Boyd Holbrook</del></span><br />37 лет // Сергети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> внешность изначальной заявки занята, но не роль</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/116371.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/116371.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 14px"><strong>Caleb &quot;Thor&quot; Landry</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray"><del>Charlie Hunnam</del></span><br />37 лет // Сегрети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> внешность изначальной заявки занята, но не роль</span><br /></span></p></td><td colspan="2"><p>Автомеханик, уличный гонщик. Калеб был обычным трудным подростком с паршивыми родителями и парочкой младших братьев, когда попал в крутую тусовку старших ребят, увлекающихся несанкционированными гонками. Именно тогда он и решил, что непременно хочет заниматься чем-то подобным: быть свободным, словно ветер и неуловимым, как тень. Для этого ему нужно было не только научиться хорошо водить, но и разбираться в автомобилях и понимать, что понадобится для того, чтобы выжать из них максимум. Сначала он устроился помощником механика, после сам стал мастером, свободное время посвящая гонкам, а к моменту начала ЗА уже являлся непревзойденным лидером. Дерзкий на язык, открытый и общительный - он всегда мог влиться в любую тусовку, получая при этом лишь приятные бонусы.</p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2"><p>Единственный и горячо любимый сын прокурорской четы. Службу в армии не проходил, однако с ранних лет имел страсть к оружию и охоте, в чем превосходно разбирается ныне. Имеет высшее образование - программист, специалист по информационной безопасности. С детства не испытывал недостатка ни в чем, а потому его характер сложился не лучшим образом. Вспыльчив и самонадеян, из-за чего временами даже оспаривает субординацию. Подчиняться кому-то ему очень не нравится, но в то же время быть частью обособленного подразделения - тешит его и без того непомерное самолюбие. По крайней мере, пока.</p></td><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/298098.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/298098.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: left"><span style="font-size: 14px"><strong>Charlie &quot;Hound&quot; Wester</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Michael Malarkey</span><br />35 лет // Сегрети <br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/58669.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/58669.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 14px"><strong>Jack &quot;Chimera&quot; Golden</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray"><del>Ben Barnes</del></span><br />37 лет // Сегрети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> внешность изначальной заявки занята, но не роль</span><br /></span></p></td><td colspan="2"><p>Рубак в Сегрети.<br />До ЗА работал на синдикат под названием «Скорза», бережно воспитавший из него персонального линчевателя, способного стереть с лица земли любого неугодного - из личных интересов, по приказу или за деньги. Заимел репутацию «безупречного убийцы» по найму, вопросов не задаёт - работу делает. Так было, пока судьба не свела его с Гаэтано - криминальной семьёй Чейза. Некто под именем Бруно нанял Джека, чтобы расправиться с другим наёмником по прозвищу «Крик». Заказ пошёл не по плану и в ходе противостояния Джек был серьёзно ранен и выброшен из окна с внушительной высоты. Он чудом остался жив, но поныне страдает сильными мигренями, из-за чего порой раздражителен и непредсказуем. По сей день остался одержим желанием свести счёты и доделать работу до конца, несмотря ни на что.</p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2"><p>Был известным бойцом UFC, к чему шел упорно и долго, поднимаясь с самого дна. Однако за 3 года до ЗА отказался лечь в третьем раунде ради ставки какого-то избалованного сопляка, за что нажил себе значительные проблемы в криминальной среде. Лишился жены и маленькой дочери, но отомстил, в итоге оказавшись осужден на пожизненное. Отсидел два года и чудом смог бежать, когда в городе начался переполох.<br />Против него, как против лома, прием отыскать довольно проблематично.</p></td><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/623859.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/623859.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: left"><span style="font-size: 14px"><strong>Jim &quot;Jigsaw&quot; Denvers</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray"><del>Jon Bernthal</del></span><br />38 лет // Сергети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> внешность изначальной заявки занята, но не роль</span></span></p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/324309.gif" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/324309.gif" /></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 14px"><strong>Bianca &quot;Skynd&quot; Devins</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">Michelle Rodriguez</span><br />31 год // Сегрети<br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span><br /></span></p></td><td colspan="2"><p>Бывшая аферистка, мошенница, закрытых замков для которой не существует.<br />Её мать не очень заботилась о ней и её сестре Мэгги, предпочитая компанию кошек и жизнь в грёзах; она покончила с собой, когда Бьянке было шесть лет. Ещё через шесть лет умер её отец-алкоголик, частенько бивший своих детей. Сёстры попали к разным опекунам и не видели друг друга с тех пор. Однако с опекунами Бьянка жила недолго и вскоре сбежала, со временем придя к воровской жизни, так как сочла её самым верным способом выжить в жестоком мире, сохранив при этом свободу и независимость.<br />Дерзкая, более чем умеет за себя постоять не только словом, но и силой, если придется.</p></td></tr><tr><td colspan="3"><hr /></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2"><p>Один из лучших выпускников Военно-воздушной академии США, который большую часть своей жизни посвятил службе. Прошел обучение на истребитель f-16 и стратегически бомбардировщик b-2. Стрессоустойчив, имеет стальные нервы. Как и любой профессиональный летчик обучен выживанию в экстремальных условиях: в пустынях или арктических снегах. Имеет отличные навыки самообороны без оружия, а так же базовые навыки оказания медицинской помощи и поведения в плену.<br />На момент начала ЗА был на операции «Страж процветания» в Красном море, а когда сумел вернуться домой, застал свой дом опустевшим. Жена и сын, судя по отсутствию семейных фотографий на стенах, вероятно, сумели спастись. По крайней мере, Коди в это искренне верит и воссоединение с ними - сейчас главная цель его жизни.</p></td><td><p><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/792305.jpg" /><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/216119.webp" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/0f/f1/77/216119.webp" /></p> <p><span style="display: block; text-align: left"><span style="font-size: 14px"><strong>Cody &quot;Hawk&quot; Hansen</strong></span><br /><span style="font-size: 10px"><span style="color: gray">David Castaneda</span><br />36 лет // Сегрети <br /><strong>обращаться к:</strong> <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=2" rel="nofollow" target="_blank">гостевая</a>, <a href="https://pulseofny.rusff.me/viewtopic.php?id=15" rel="nofollow" target="_blank">Альянс - обсуждение [фракция]</a><br /><strong>доп. информация:</strong> -/-</span></span></p></td></tr></table> mybb@mybb.ru (Хайль Гидра!) Fri, 20 Dec 2024 21:10:19 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=169#p169 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=164#p164 <p>Как часто нас уверяют, что все в наших руках, стоит только захотеть. Сколько тонн лживой словесной мочи льется в уши наивных дураков, верящих различным гуру, тренерам и прочим лайф-коучам. Нет ничего невозможного. Все в твоей голове. Встань и иди к своей мечте!<br />Возможно, отчасти они правы. Когда ты сын адвоката и риелторши, миловидный квотербек с безупречными зубами и карточкой от родительского счета, все, что нужно, чтобы добиться желаемого – это собственно пожелать. Стипендию в колледже, подработку в охране местного стадиона, отвязную блондинку первокурсницу - Джеймс Логан Пирс получал все, что хотел.<br />Но есть и другая сторона, которую предпочитают не замечать все те, кто&#160; активно пропагандируют заезженную истину: когда хочешь - ищешь возможности, а когда не хочешь – причины. Элеонора Смолс хотела многого. Хотела не жить в трейлере со старой больной матерью, хотела получить образование и престижную работу, выйти замуж, родить сына и прожить долгую счастливую жизнь. Кто-то может сказать, что у нее были все возможности. Ведь ей дали грант на обучение в колледже за счет матери-инвалида, у нее был парень из выпускного класса с кубиками на прессе и восхитительной улыбкой.<br />Все было в ее руках.<br />И все рухнуло в один день.<br />Солнечное июльское утро должно было стать самым счастливым днем в жизни, но стало началом конца. Пока дрожащие тонкие пальцы нервно барабанили по замызганной раковине обшарпанного трейлера, выжидая положенные для теста на беременность две минуты, где-то в десятке километров южнее в прохладном офисе армейских вербовщиков Джеймс подписывал пятилетний контракт. Она не сказала ему, а он списал девичьи слезы на горечь расставания. Он думал, она дождется его, как раз окончив к его возвращению колледж, но причины Элеонор снова перевесили ее возможности.<br />Мать умерла спустя несколько месяцев, оставив беременной дочери долги за медицинскую помощь и сомнительных соседей в трейлерном парке. Девушка голодала, забиваясь ночами в угол, стараясь не попадаться на глаза, въехавших недавно мужчин с сальными волосами и взглядами, что спустя время начали предлагать отвлечься от проблем и легко заработать на пропитание. Смолс хватило на месяц. Голод и отчаяние делали свое дело, затягивая девчонку все глубже на дно. Все больше погрязая в пороках, некогда эффектная блондинка с мечтами, превращалась в одну из тех женщин легкого поведения, что пускают к себе на ночлег мужиков за пару баксов или дозу наркотиков, лишь бы не видеть того, во что они превратили себя и свою жизнь. Лишь бы не слышать этого вечно хнычущего щенка, требующего сперва молока, потом внимания и еды. Будто бы не из-за него вся ее жизнь покатилась под откос. Озлобляясь все больше, Элеонор запирала ребенка в стремительно зарастающей грязью ванной, не утруждая ни себя, ни пришлых мужчин соблюдением тишины или приличий. Винила сына во всех своих бедах, неустанно твердя, что он грязный ублюдок, портящий все самим фактом своего существования.<br />Джеймс вернулся спустя пять лет, как и обещал. Жизнь все еще была прекрасна и удивительна, несмотря на проведенные три с лишним года в Афганистане и ранение в ногу. И он все еще мог получить все, что хотел. А хотел он теперь своего сына. Узнав от родителей, что его бывшая девушка пыталась шантажировать их внуком, ради мимолетной выгоды, и приехав к ней, Пирс пришел в ужас от условий, в которых жила Элеонор с ребенком. Тихий мальчик к пяти годам все еще не умел разговаривать, не поднимал глаз и только скреб грязную кожу под драной мужской майкой, доходившей ему до пят, будто бы его не мыли годами, что впрочем было недалеко от правды. Добиться единоличной опеки не составило большого труда. Куда сложнее оказалось отмыть и приручить чумазого одичавшего пацана, что боялся, казалось, всего на свете.<br />Но Джеймс не привык сдаваться. Органы опеки намекали на аутизм, предлагая отдать ребенка в специализированные приюты, но Пирс отказался, решив, что сам сможет справиться со своим сыном. Все же одна плоть и кровь. Совмещая жесткую дисциплину с заботой, мужчина приучал дитя к чистоте, ежедневно по паре часов просиживая с ним в чулане, чтобы помочь справиться с боязнью темноты, учил говорить и играть. С играми было сложнее всего. Забрав из трейлера всего одну вещь, Кристофер упрямо отказывался играть с новыми игрушками, отдавая предпочтение той единственной, что у него была. Если, конечно, кубик Рубика можно назвать игрушкой для дошколенка.<br />Основав с еще парой ребят из армии свое охранное агентство, Джеймс тратил все гонорары на логопедов и врачей, и все как один твердили, что парнишка, дескать, умный, но сильно упрямый. И не говорит не потому, что не может, а потому что не хочет. Тогда Джеймс снова сменил тактику и принялся искать то, что заинтересует пацана и вынудит говорить. Таким интересом стали фотографии, а после съемка. Тофер фоткал на старый поляроид одному ему понятные вещи. Клочок травы возле стены, чей-то глаз, мертвая муха – вся комната была завалена странными снимками, которые отец неизменно просил показывать и рассказывать, что они значат. И со временем, мальчик привык и заговорил. Просто спустился в одно утро и попросил купить ему старую мыльницу, что видел у мистера Хадсона на гаражной распродаже. Радость Пирса омрачал лишь того факт, что говорил парень только с отцом, все еще предпочитая молчать в обществе всех других.<br />Частная школа, что должна была стать куда более спокойным местом, нежели общеобразовательная, не оправдала возложенных на нее надежд. Тихий молчаливый ботаник с камерой был отличной мишенью для богатеньких задир, что с первых дней избрали его своим мальчиком для битья. Но Тофер терпел. И когда сперва просто толкали, проходя мимо, и когда кричали вслед, и когда запирали в тесном темном шкафчике, где вновь возвращались все страхи и позабытые воспоминания о том, как часами сидел в темном шкафу, через мелкую щелку лишь видя край кровати у дальней стены, на которой стонала угашенная вусмерть мать. Тофер терпел, неизменно вставая, отряхивал грязь и, глядя волком, молча уходил домой, где часами скреб жёсткой мочалкой кожу, пока она не начинала кровоточить, и срывал гнев на всем, что попадалось под руку, вновь замыкаясь. Когда соседка миссис Фрост пожаловалась на вытоптанный розарий, Джеймс лишь кивнул, но наказывать сына не стал, а в свойственной ему манере решил перенаправить агрессию парня в созидательное русло. Ежедневные рутины, призванные держать обсессии парня в узде, пополнились тренировками. Бывший военный учил сына самообороне, но строго настрого запрещал применять полученные умения на людях, очерчивая границы дозволенного собой и домом. Здесь можно было все, но за пределами их мирка Кристофер должен был учиться стоять за себя иначе, лишь в крайних случаях прибегая к кулакам.<br />Одного Джеймс не учел. Крайние случаи для них были разными. Тофера по-прежнему третировали в школе, а он не выказывал сопротивления, ведь перспектива запачкаться в чужой крови, разбив кому-то нос, пугала его куда сильнее, чем пара собственных ссадин, а уж со страхом темноты он и так успешно справлялся, благодаря стараниям отца ранее. По крайней мере до тех пор, пока с чьей-то лёгкой руки, группа парней не поймала стремившегося улизнуть ботаника на парковке и под громкий хохот не швырнула в мусорный бак. Грязь и темнота обволакивали со всех сторон, лишая рассудка. Тофер метался в поисках выхода, лишь больше пачкаясь, срывал кожу на пальцах, яростно долбясь в запертую шутниками крышку, не в силах вырваться на свободу, но в конечном итоге затих, дрожа крупной дрожью сковывающего все нутро ужаса. Спустя пару часов яркий свет вновь коснулся привыкших к темноте глаз через щель открываемой крышки. Лицо местного заводилы Джеффри Дамера было последним, что Пирсу хотелось бы видеть, но парень вопреки ожиданиям не стал издеваться, а вытащил все ещё дрожащего чудилу и, отряхнув, помог добраться до дома. Тофер не знал, что благодарным за спасение нужно быть вовсе не Джефу, а его сестре Эшли, но за время дороги назад его поломанный мозг успешно выстраивал новую парадигму, гласящую, что Дамер равно чистота, с ним можно ничего не бояться, с ним нужно быть рядом. Навязчивая мысль о непогрешимости богатея укреплялась все больше, становясь и обсессией и компульсией одновременно, особенно, когда парни сдружились на почве интереса к компам.<br />Годы шли, а навязчивых мыслей становилось все больше, они терзали подростка, тонущего под их тяжестью. Тофер пытался глушить их зов, погружаясь с головой в учёбу и хобби. Фотографии помогали. Вся его комната полнилась альбомами со странными кадрами, да бесконечными пленками. Смотря на мир сквозь объектив, куда легче представить, что это все происходит не с тобой. Срежиссированное кино не может навредить, ведь это все понарошку. И Пирс сублимирует свою одержимость, следуя системе отца, ежедневно глядя в глаза собственным страхам. Фотография мёртвой кошки, что будто спит в столпе солнечного света, помогает переключиться на рабочий лад, а потому стоит на столе, спрятавшись за учебником по геометрии, отсекает крутящуюся по кругу мысль, что за окном темнеет и невозможно оторвать взгляд от чернеющего в стене квадрата окна. Фотографий Джеффри у него больше всего. С игр, тусовок, гулянок, Джеф в толпе, Джеф с девчонкой, Джеф вместе с ним, но в основном он один. Задумчивый, злой, радостный. Иногда Тофер думает, что стал слишком одержим другом, он больше не может находиться вдали больше пары часов. Пристрастился, как к опиатам, но рядом с ним все кажется легче, светлее, чище. Рядом с ним можно позволить себе небрежно смахнуть со штанин, упавшие крошки чипсов, без резкой потребности вымыть руки пять раз. Можно даже забыться и выпить из чужого стакана, не думая о том, моют ли хозяева свою посуду аммиачными средствами или используют ли отдушку с запахом мяты.<br />Страсть к фотографии сменилась любительскими съёмками на крохотную видеокамеру, а увлечение компьютером в желание строить карьеру в сфере it, благо дела в фирме отца шли неплохо, а упорный труд на учебном поприще выливался в приличный аттестат. Выбор колледжа не стоял, ведь Тофер заранее условился с Дамером, куда они будут подавать документы, а потому оба сперва окончили Тринити-колледж, а после подали документы в Йель. Только в отличие от Джефа, Пирс продолжил учёбу в сфере информационных технологий, лишь сменив профиль на графический дизайн и получив место для стажировки в компании отца друга.<br />Не все в жизни парня было так плохо, как могло показаться. Подружившись с подачи Эшли с Джеффри в начальной школе, Тофер быстро стал неотъемлемой частью сплоченной элиты в школе. Тихой, выделяющейся среди спортсменов и чирлидерш, вечно стоящей в стороне, но все же частью, которую близнецы Дамер везде таскали с собой, ведь он отчего-то сильно нравился Эшли. Оказывая знаки внимания, девчонка упрямо билась в стену замкнутого отчуждения, не замечающего ничего вокруг друга, пока все же не осмелилась, напившись на выпускном, признаться и зажать оторопевшего парня в углу, покрывая мокрыми поцелуями и скользя липкими ладонями под рубашку. Кристофера хватило минут на пять, оттолкнув несостоявшуюся любовницу, мальчишка позорно сбежал из арендованного домика до дома пешком, а после до утра отчаянно оттирал мочалкой зудящие под кожей пятна чужих ладоней. Эшли такой обиды снести не смогла. Озлобившись, девчонка с тем же упорством, что пыталась подружить брата с ботаником, развернула полномасштабную кампанию по уничтожению этой самой дружбы, постоянно настраивая всех против Пирса, припоминая при каждом случае все его странности и недочеты.<br />Он не хотел её убивать. Она была для него никем в его системе координат, строящейся вокруг ее брата. Просто так вышло. Когда в 2015 году возобновилась активная деятельность террористической организации ИГИЛ в Ливии, Джеймс не мог бросить свою родину и подписал контракт ещё раз на пять лет. Когда он ушёл, Кристофер был раздавлен, снова с головой уходя в учебу и все больше фиксируясь на Джеффри, который неизменно был рядом, а когда незадолго до дня рождения близнецов отец вернулся в железном гробу, все потеряло смысл. Все заученные ритуалы, все компульсии, все что так долго прививал Джеймс резко обесценивалось фактом, что он соврал. Обещал вернуться живым и соврал. Часами сидя в ванной, обхватив колени и качаясь под струями кипятка, Тофер пытался убедить себя, что одна ложь не означает, что предыдущие 20 лет с отцом были враньем. Получалось не очень. И тогда он сорвался туда, где был все ещё безотказный способ справиться с внутренними демонами - к Джефу. Прямо с мокрыми волосами, натянув наспех первое, что попалось под руку, молодой человек прыгнул за руль и рванул в сторону Нью Гемпшира, где на горе Вашингтон Дамеры купили коттедж. Он встретил её в лесу по дороге к фуникулеру, раздетую и зареванную, разумеется, предложив подвезти до домика, но она упрямо шла мимо, обхватив себя руками и проклиная все на свете. Растерявшись, Кристофер замер возле машины, неуверенно вглядываясь в темноту, туда где должен был быть домик, где должен был быть Джеф, который единственный мог приглушить гомон мельтешащих навязчивых мыслей, которые уже зудели под кожей, вынуждая бессознательно скрести ногтями то по шее, то по руке. Но с другой стороны, нельзя же бросить Эшли в лесу одну. Тупая эгоистичная дура. Вечно мнящая себя пупом земли и желающая, чтобы все было только о ней. Даже сейчас, когда он все же пошёл за ней, не зная причин, её нахождения в лесу, девчонка вместо благодарности обрушила свой гнев на того, кто когда-то ей отказал, задев самолюбие. Ругаясь последними словами, Дамер толкалась, упираясь ладонями в куртку, найденную в машине, кричала, что он во всем виноват, что он грязный ублюдок, портящий все самим фактом своего существования. Излюбленные слова матери стали последней каплей, опрокинувшей чашу весов самоконтроля. Зачем следовать заветам отца, который лишь врал всю его жизнь? Перехватив занесенную для пощечины руку, парень развернул приятельницу, беря в локтевой захват и удерживая на месте. Слова сами полились изо рта, наслаиваясь и кучкуясь на языке. Тофер рычал, что-то о том, что они все ошибаются, что он ещё всем им покажет, что это они грязные ублюдки, неизменно пачкающие все вокруг, а главное Джеффри, своими пороками и грязными мыслями. Никто из них не достоен быть рядом с ним, никто не должен встать между ними. Выплеснув все, что копилось годами, Пирс замер, наслаждаясь долгожданной тишиной в голове и только тогда понял, что Эшли в его руках давно обмякла безжизненным кулем. На смену спокойствию пришёл страх. Джеф ему этого не простит! Он не может потерять лучшего друга вслед за отцом. Он просто не может. Он этого не перенесёт.<br />Истерика пускала под куртку свои липкие щупальца, срываясь в небо облачками пара, пока парень метался вдоль тачки, бесконечно скребя ногтями не скрытые под одеждой участки кожи, пока не услышал вдалеке голос Дамера, зовущего сестру. Приоритеты сбоящего разума вновь сделали свое дело, вытесняя лишнее мысли, и, погрузив тело в машину, парень покатил назад, не включая фар, припоминая, что ранее где-то видел у подножия горы старый дом. Оставив её в лесу под раскидистым деревом, Тофер пару раз ударил по стволу, сбрасывая с веток снег, небрежно прикрывший тело, после чего намеренно оставляя следы, вернулся к пустующему дому и уехал к родственникам в Вермонт, якобы с целью сообщить им о смерти отца.<br />Ему повезло. Подозрение пало на отшельника, живущего в том старом доме, а сам он вернулся домой лишь спустя пару дней, поспешив на зов убитого горем Джефа. Постепенно жизнь возвращалась в привычную колею. Оплакав отца, Тофер смирился с мыслью, что одна ложь ещё не конец света, он же соврал самому близкому человеку, не сказав ни слова про Эшли, но это же ничего не значило в масштабе их дружбы. А ведь Джеф тем временем наконец-то расстался со своей девкой и постоянно был рядом, отчего Тоф все чаще ловил себя на мыслях, что в его словах в лесу была определённая логика. Им лучше всего вдвоём. Без этих приживал, что звались их друзьями, но таковыми явно не были. Что они сделали для них? Для Эшли? Для Джеффри? У айтишника был ответ - ничего. Они были лишними и, наконец, их не стало, но Джеф упрямо не мог отпустить ситуацию, раз за разом вспоминая и выходя из себя.<br />И у Пирса родился план.<br />Словно невзначай, он бросал в разговорах намёки, брал на их диванные вечера в прокате триллеры и фильмы ужасов, рассказывал о новой компьютерной игре, что вот вот должна была выйти, в общем всячески наводил друга на определённую мысль. Ведь насильно мил не будешь и Джеффри должен был сам прийти к пониманию истины. Долго ждать не пришлось. План был прост на словах, но на практике требовал тщательного планирования, и в одиночку провернуть его было бы весьма сложно, так что Дамер обратился за помощью к тому, кого считал единственным непричастным к убийству сестры. Он хотел мести, он жаждал поквитаться с каждым, кто был в тот день в коттедже и имел хотя бы косвенное отношение к случившемуся с Эшли.<br />Спустя два года гостеприимный заснеженный коттедж вновь отворили свои двери перед дружной компанией когда-то близких друзей. Сестры Райли, Итан Хартли, Саманта Гиддингс, Майкл Монро и Эмилия Блеквуд согласились позабыть возникшие разногласия и почтить память Эшли, хотя это только звучало столь пафосно. Все понимали, что едут на пьянку. Алкоголь, кокаин, экстази – всего было в достатке для самой отвязной вечеринки. Все отрывались и веселились, кривляясь перед вездесущей камерой Пирса, будто бы ничего страшного не произошло в этом же месте всего 2 года назад. На изъятой полицией видео пленке были запечатлены все основные моменты тусовки: и как Майкл предлагал всем ширнуться, и как отделились Джессика с Итаном, отправившись в отдельно стоящий дом для гостей, и как поднялась первая паника, когда во время игры в твистер раздался полный ужаса вопль убитой горем Тары, что решила проведать сестру. Дальше начинался форменный хаос. Поток видео то и дело обрывался, включаясь периодически, чтобы выхватить чье-то испуганное лицо в темноте шкафа, шепчущее, что он где-то рядом, то все куда-то бежали, то просили подсветить, забившись в угол и напряженно вслушиваясь в тишину, давясь всхлипами. Минуты урывочных вставок растягивались в часы ужаса и рыданий. Их становилось все меньше. Пара любовников в гостевом доме так и уснула навечно в объятьях друг друга и угарного газа. Тара разбилась, упав в темноте со скалы. Эмили не выдержала, бросив всех и скрывшись в лесу, где судя по крикам попала в капкан и не смогла вырваться. Майкла пришлось силой оттаскивать от тела Саманты, с которой они летом планировали пожениться. И парни решили мстить. Мстить тому, кто явно вознамерился довершить дело, не ограничиваясь одной Эшли. Пирс с Джефом, играя по собственному сценарию, на камеру рассуждали, прячась в сарае, что это мог быть только тот мужик у подножья горы, на которого и в первый раз пали все подозрения, но дело не завели за недостатком улик. Охваченный гневом Монро предложил поквитаться за всех и друзья, нехотя, согласились. Однако ребята себя переоценили. Обезумевший Роберт Эдкинс оказался сильнее троих избалованных богатеньких мальчиков и, вырубив Дамера, ранил Кристофера в ногу, после чего был все же застрелен Майклом, который скончался от полученных ран на месте.<br />На самом же деле все было немного иначе. Драка между Майклом и Робертом действительно состоялась и тут разногласий с официальной версией не было, но что касалось виновников торжества, все пошло совсем не так, как планировалось. Заранее сговорившись, парни решили, что будет странно, если они единственные останутся без каких-то увечий, и было решено, что Кристофер вырубит Джефа, а после пойдет вызывать полицию, однако Джеффри оказался слаб и не смог довершить начатое, когда дело коснулось единственной оставшейся в живых Эмили Блеквуд, что несмотря на сутки в лесу, все еще не желала оставить Кристофера с его другом наедине, избавив мир от своего навязчивого присутствия. Она и так целых три года уже отнимала его у Пирса, пачкая запахом своих мерзких духов. Разгорелся спор. Тихий, как правило, Тофер чувствовал злость, впервые направленную на лучшего друга. Как же тот мог не понимать, что они нужны друг другу. Только они. Больше никто. Ни Эмилия, ни ребята, ни Эшли. Вновь слова прорвались сквозь барьеры, выплескивая на Дамера правду, как два года назад роились на языке, срываясь отрывистым лаем, завершаясь усиленным злобой ударом, что чуть не добавил к общему количеству трупов еще один.<br />Когда Джеффри упал, пелена гнева не сразу сошла с глаз молодого айтишника, что еще какое-то время стоял, тяжело дыша и сжимая в руках черенок от лопаты, заляпанной кровью того, кого он боготворил последние двадцать лет. Лишь когда часы в доме начали отбивать наступление нового часа, и Кристофер сумел моргнуть, нарушая зацикленный бег поломанных мыслей и принуждая себя к дыхательной гимнастике, которой учил отец, он понял, что сотворил. Багряная, почти черная кровь, густыми толчками вырываясь из рваной раны, стекала по безупречному лицу богатея, оставляя за собой грязный след. <br />Взвыв, Тофер упал на колени перед своим лучшим другом, прижимая к себе его тело. Страшная мысль, что он своими руками испачкал того, кто был олицетворением чистоты, была слишком большой и никак не умещалась в пульсирующей голове, что казалось еще чуть-чуть и взорвется. Утешало лишь то, что по крайней мере, Джеф был пока жив, а значит еще был шанс все исправить. Но сперва их общее дело следовало довести до конца. <br />Вонзить нож себе в ногу было не так уж больно, в сравнении с мыслью, что Дамер его возненавидит, когда очнется. Ковылять до дороги со стремительно тяжелеющей ношей и кровоточащей ногой, тоже было куда легче, чем представить свою дальнейшую жизнь без Джеффри, а потому Тофер упрямо тащил того до ближайшей заправки, откуда вызвал полицию.<br />Снедаемый страхом, в больнице Тофер проводил все свободное от допросов и заседаний время у постели лучшего друга. Вздрагивая от каждого шума и неосознанно расчесывая пятнышко на локте, он напряженно прислушивался к его размеренному дыханию до тех пор, пока Дамер не пришел в себя. И это было самое страшное, ведь теперь, зная всю правду о смерти сестры, он наверняка разозлится. Возненавидит, разорвет дружбу и оттолкнет от себя, но этого не случилось...<br />Адвокаты влиятельного Энтони Дамера замяли дело в кратчайшие сроки. Показаний Кристофера и видеоматериалов с лихвой хватило, чтобы убедить присяжных в виновности взбесившегося отшельника, за которым ранее и без того числились пара громких приводов. А единственных выживших отправили на реабилитацию в небольшой городок Рейвенвуд.</p> mybb@mybb.ru (Хайль Гидра!) Thu, 03 Feb 2022 15:39:21 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=164#p164 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=163#p163 <p>• Принято считать, что у близнецов помимо внешнего сходства столь много общего, что они буквально являются копиями друг друга, но в случае Джеффри и его сестры Эшли, все было иначе. Да, внешне они действительно были схожи, разве что Джеф отличился переизбытком меланина в радужной оболочке левого глаза, а вот характеры их начали существенно различаться еще с первых дней жизни.<br />Эшли появилась на свет первой и без особых проблем, а Джеффри удосужился родиться лишь спустя несколько часов после нее. Она росла тихим и улыбчивым малышом, забавно протягивающим свои пухлые ручки к каждому, кто подходил к колыбели, а вот ее братец напротив. Словно капризно привлекая к себе внимание, он вечно был всем недоволен. Устраивал истерику лежа в кроватке, кричал, будучи на руках, и категорически отказывался принимать в пищу что-либо кроме материнской груди. Своим несносным характером он даже вынудил отца на какое-то время переехать в отель, поскольку каждую ночь, просыпаясь дома от детского вопля, тот попросту не мог выспаться. С годами Джеф, конечно же, орать по ночам перестал, но нрав его лучше не стал.<br />• Детство близнецов Дамер прошло в престижном районе Хартфорда, в большом семейном коттедже, на заднем дворе которого росла особая ива. На вид это было самое обычное дерево, высокое и раскидистое, но ничем боле непримечательное. Разве что простенькими неумело сделанными качелями, которые глава семьи собственноручно подвесил на одну из ветвей, и именно это до сих пор с теплотой всплывает в воспоминаниях и снах Джефа. Все дело в том, что глава семьи — Энтони Дамер был и по сей день является основателем и генеральным директором крупной международной компании &quot;Hawk industries&quot;, которая в 2019 году по данным журнала «Forbes» заняла 16 место в списке богатейших компаний США (её оценочная стоимость составит 20,3 миллиарда долларов). Будучи вечно занятым на работе, мужчина уделял своим детям лишь скупые крупицы родительского внимания, и Джеф был раздосадован этим фактом. Ведь в отличие от сестры, общество матери его не утраивало, и в который раз проявив свой настырный характер, он голодовкой вынудил отца взять незапланированный уик-энд, за время которого ива на заднем дворе и обзавелась самодельным балластом.<br />• В целом детство Джеффри было довольно обыденным для представителя его класса. Элитная частная школа, всевозможные блага, которые незамедлительно предоставлялись ему родителями и, конечно же, многочисленные друзья, среди которых не иначе как чудом затесался внезапный соседский отпрыск — Кристофер Пирс. Познакомившись мальчишки в первых классах начальной школы. Уже тогда довольно красноречивый и самоуверенный Джеф был в центре внимания всех одноклассников, а потому первым принялся донимать и всячески высмеивать не вписывающегося в коллектив Пирса. Однажды он даже подговорил друзей запереть того в мусорном баке, но тогда в жестокое издевательство мальчишек над сверстником впервые вмешалась его сестра-близнец Эшли. Умудрившись разглядеть в тихоне Кристофере нечто особенное, она уговорила брата выпустить пленника на свободу, и с тех пор всячески содействовала зарождению общей дружбы.<br />• В старшей школе Дамер не отличался усидчивостью. Учеба была ему попросту неинтересна, а потому он быстро прослыл заядлым ловеласом и дебоширом, который умудрился заиметь отношения даже с учительницей — 30 летней миссис Келли, замужним тренером по женскому волейболу. Так же в школе он прямиком с учительской парковки угнал излюбленную машину директора. Причем сделал он это в разгар учебного дня. Вышел после ланча и сразу рванул к директорскому Hyundai, завел его проводами, резко газанул и поехал на местную птицеферму. Там он въехал в один из больших загонов, припарковал машину среди нескольких сотен куриц Род-Айленд, открыл пакет с зерном на заднем сидении, опустил окна, а после бегом вернулся в школу. Несмотря на то, что от птицефермы до школы было 5км, он успел даже доесть своей сэндвич до начала звонка, а столкнувшись в коридоре с директором Кингсли, невинно сообщил тому о пропаже машины. Конечно потом ему за это крепко влетело, но оно того стоило.<br />• Готовясь занять место в компании своего отца, после окончания школы Дамер поступил в Тринити-колледж на специальность информационные технологии, а после получения степени бакалавра, был зачислен в Йельскую школу менеджмента на факультет бизнес-администрирования. Однако особыми успехами в обучении Джеф и здесь не блистал, а потому получил высшее образование исключительно благодаря финансовой поддержке отца. К слову, за время обучения в Йель он познакомился со студенткой Эмилией Блеквуд, близкие отношения с которой продлились долгих три года, и это его личный рекорд.<br />• Все началось 05 января 2020 года, когда Джеффри и Эшли решили собрать друзей, дабы отпраздновать свой (к тому времени прошедший) день рождения в недавно приобретенном родителями коттедже на горе Вашингтон в Нью-Гэмпшир. Приглашенных планировалось немного: девушка Джефа —&#160; Эмилия Блеквуд, любимец Эшли — Кристофер Пирс и несколько общих друзей (Итан Хартли, Саманта Гиддингс, Майкл Монро, и сестры Джессика и Тара Райли). Однако из-за внезапного форс-мажора в семье, Кристофер тогда приехать не смог.<br />Вначале все шло своим чередом, а вот когда компания разделилась, все кончилось скверно. В разгар ночи Джеффри с Эмилией покинули веселящихся друзей и уединились наверху в спальне, но вовсе не для того, чтобы с пользой и удовольствием провести время. Меж ними возникла ссора. Вспыхнув на почве какой-то мелочи, их разбирательство заняло более часа, пока оставшаяся компания, старательно истребляющая запасы спиртного и прочих увеселительных средств, подвергла сестру Джефа довольно неоднозначному розыгрышу, в результате которого девушка ночью бросилась прочь из коттеджа. Сам Дамер по понятным причинам не застал момент бегства сестры, но как только узнал, сразу же кинулся следом, чтобы разыскать Эшли и убедить ее вернуться назад, но, увы. Упущенное время и поднявшаяся за ночь пурга к тому времени уже старательно слизала все следы девушки и, вернувшись ни с чем, молодой человек поспешно вызвал полицию.&lt; br &gt;<br />Тело Эшли Дамер было найдено лишь к вечеру 6 января у подножья горы Вашингтон, за несколько миль от коттеджа. Она не погибла от холода, и не сорвалась во мраке с местами отвесных склонов горы. Ее хладнокровно убили, что не к добру обозлило Джеффри. Причем обозлило на всех.<br />• Подозрение тогда пало на местного горного старожила — несговорчивого отшельника Роберта Эдкинса, однако доказать его причастность к убийству девушки не удалось, и мучаясь от бессильного гнева под чувством вины, Джеф решил отомстить самостоятельно. Отомстить всем, кто так или иначе повинен в смерти его сестры, а потому в составленном им списоке значилось семь имен: Роберт Эдкинс, сестры Райли, Итан Хартли, Саманта Гиддингс, Майкл Монро и даже его девушка Эмилия Блеквуд, отношения с которой на тот момент уже были прекращены.<br />Даже при наличии денег, подготовить все, распланировать, продумать алиби и осуществить было непросто, а потому Джеффри обратился за помощью к единственному человеку, которому мог доверять, и который уж точно был не причастен к смерти его сестры — Кристоферу Пирсу, и тот охотно согласился помочь.&#160; <br />Через два года, 05 января 2022 года, Джеф разослал шесть приглашений, по одному на каждого из указанных в списке, за исключением Эдкинса. Письменно извиняясь перед бывшими друзьями за свое агрессивное поведение, он призвал их позабыть все возникшие разногласия, и пригласил почтить память сестры, однако принимать данное приглашение двое из приглашенных сперва отказались. Ведь даже понимая неудобство отказа, отправляться вновь на злосчастный горнолыжный курорт им совсем не хотелось, но Дамер умел уговаривать, и вскоре для всех членов списка повторное посещение горы Вашингтон обернулось настоящим кошмаром. Впрочем, как и для самого Джеффри.<br />• Спустя двое суток, 07 января 2022 года, Дамер и Пирс были доставлены в одну из больниц Нью-Гэмпшира, и если последний отделался глубоким ранением в ногу, то сам Джеф в момент спасения был без сознания. Пришел в себя он лишь спустя несколько дней, и мало что помнил из последних двух лет своей жизни. Он позабыл даже о гибели своей сестры Эшли, не говоря уже о семи прочих смертях, многие из которых произошли с его легкой руки. А вот Кристофер Пирс помнил всё: то, что случилось на самом деле, и то, чего не было вовсе.<br />От предоставленного отцом адвоката Дамер вскоре узнал, что на прошедшем суде Кристофер свидетельствовал против отшельника Роберта Эдкинса, обвиняя того во всем. По словам Пирса, в минувшие три дня обезумевший Эдкинс буквально открыл охоту на всю их компанию, чему имелось и подтверждение в виде нескольких непродолжительных записей, сделанных потерпевшими на видеокамеры. Однако привлечь Роберта Эдкинса к ответственности снова не удалось, так как мужчина был убит при оказании Пирсом сопротивления.<br />• Растягивания столь громкого и запутанного дела с участием сына Энтони Дамер не желал, а потому приложил все усилия, чтобы ход расследования как можно быстрее прикрыли. И уже к концу января 2022 года дело об убийствах на горе Вашингтон было закрыто, а &quot;кровавый&quot; коттедж опечатан. Виновным в убийствах признали покойного Эдкинса, в прошлом которого нашлось несколько громких статей, а единственную пару свидетелей отправили на реабилитацию в маленький городок Рейвенвуд, где одному из них теперь предстоит вспомнить правду, а второму не заиграться во лжи.</p> mybb@mybb.ru (Хайль Гидра!) Thu, 03 Feb 2022 15:35:16 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=163#p163 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=161#p161 <p>[icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001b/2d/6e/145-1636016164.jpg[/icon]<strong>1. Имя Фамилия, прозвища</strong><br />Эдвард Кессер, Нед. // Edward Kesser<br /><strong>2. Возраст</strong><br />36<br /><strong>3. Должность/роль</strong><br />турист/преподаватель курса судебной медицины в New York Medical College <br /><strong>4. Внешность</strong><br /><span style="font-style: italic">Имя прототипа:</span> Brant Daugherty<br /><span style="font-style: italic">Рост:</span> 1,85<br /><span style="font-style: italic">Вес:</span> 90<br /><span style="font-style: italic">Телосложение/уровень физической подготовки:</span> не качок, конечно, но старается<br /><span style="font-style: italic">Цвет волос:</span> брюнет<br /><span style="font-style: italic">Цвет глаз:</span> серо-зеленые<br /><span style="font-style: italic">Особые приметы:</span> татуировка на бицепсе и на запястье</p> <p><strong>5. Биография</strong><br />Вам когда-нибудь задавали Тот Самый Вопрос? Те самые три слова, на которые никто никогда не отвечает правдиво? Я сейчас не про заезженные и обесцененные «я люблю тебя», или «ты меня любишь?», если вам будет угодно придраться к формулировке вопроса. Я про другие три слова, которые в большинстве случаев звучат, только лишь потому, что так того требует этикет, воспитание, вежливость, или еще какая-нибудь подобная хрень.<br />Конечно же, вам его задавали. Нам всем его задавали. И продолжают&#160; сотрясать воздух, совсем не рассчитывая на честный ответ, да и никто и не хочет отвечать&#160; на него честно. Даже себе, что уж там говорить о других. Давайте признаемся, прервем череду всеобщего лицемерия, что все мы врем при ответе на этот вопрос. Отмахиваемся, скрывая боль за быстротечной улыбкой, сглатывая горечь, стоит вопрошающему отвернуться, сжимаем зубы, натягивая маску «у меня все хорошо, спасибо, что спросил».<br />Ну, может, конечно, у вас все иначе. Говорят, люди разные. Может быть, и не каждый всю свою жизнь слышит издевку и фальшь за извечным &quot;эй, ты в порядке?&quot;. Может не всем хочется посмотреть спрашивающему прямо в глаза, заглянуть в это пресловутое зеркало человеческих душ, и, уподобляясь евреям, спросить в ответ: ты, блядь, что издеваешься? Не хочется взять за грудки, встряхнуть, как следует, наглеца, и рявкнуть прямо в его ошарашенное лицо: по-твоему, я выгляжу, как человек, который в порядке? Не хочется поднять кулак и впечатать тому прямо в ебало, срывая кожу с костяшек о чужие клацнувшие зубы, услышать хруст сминаемого носа, увидеть удивление в расширившихся глазах, посмотреть сверху вниз на распластанное на земле тело, смахивая с кулака чужую кровь, и спросить в свою очередь: эй, ты в порядке?<br />Кто-то скажет, что Эдварду не повезло. Просто вытянул несчастливый билет при распределении тел где-то там в небесной канцелярии душ. Он ведь не знал, сидя на облачке, что здесь внизу мир не радужное и приятное место, а скорее клоака, полная говна и ублюдков. Не знал, какая жизнь его ждет и что уготовано.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><strong><span style="font-style: italic">1990</span></strong></span><br /><span style="font-style: italic">- Эй, малыш, ты почему плачешь? – какая-то женщина останавливается спустя вечность, присаживается рядом, касаясь обжигающе горячими пальцами заледеневших щек, - Где твои мама и папа?<br />Слезы давно кончились, я могу лишь всхлипывать, глотая беззубым ртом воздух, чувствуя, как влажные дорожки на щеках превращаются в льдистые тропы, впивающиеся даже не в кожу, а в саму мою суть. Кажется, я стою тут уже очень давно. Успело стемнеть и зажглись фонари, но она первая, кто решил остановиться и спросить. Может, потому что в сумерках не так видно, что я весь грязный.<br />Моя куртка, когда-то синяя, задубела на февральском морозе и уже даже не красная. Какая-то бурая и очень тяжелая. Стоит большого труда поднять руку, чтобы указать женщине куда-то назад, за свою спину. Туда, где в неосвещенном клочке улиц уснули несколько, наверное уже, часов назад мама с папой.</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><strong><span style="font-style: italic">Я в порядке.</span></strong></span></p> <p>&#160; </p> <p>Кто-то скажет, что виновата система. Не он первый и уж точно далеко не последний, кто попал в жернова соц защиты. В первой семье, куда его распределили, и без него было с десяток детей. Впрочем, его быстро оттуда забрали. Вторую лишили прав опеки за эксплуатацию детского труда и насилие. Третья была слишком религиозна и он сбежал. Четвертая, пятая и седьмая отказались от него сами. Шестая была ничего, но после очередного урагана, разрушившего половину их городка в Техасе, им пришлось отказаться от ребенка.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>1995</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic">Я помню их всех. Помню имена, лица, фамилии, хотя предпочел бы не помнить. Забыть эти лицемерные рожи, презрение в глазах приемных родителей, пинки и ядовитое ежедневное «бесполезный кусок дерьма». Побои новоявленных папаш, полные равнодушия и безучастия глаза учителей. Отвращение в глазах встречных знакомых. Помню эти до безумия эгоистичные слезы матерей, что стояли у себя в спальнях по ночам на коленях, неистово шепча своему выдуманному богу: «за что, господи? Почему он не может быть таким как все? Я хочу, чтобы у моего ребенка не было зависимости.» Не знаю, как бог, но я слышал лишь «я хочу, чтобы этого ребенка наркоши не было в моей жизни, а вместо него был другой». Знаешь, что, мамочка? Иди-ка ты нахуй, лживая эгоистичная сука! Может стоило вместо нытья несуществующему мужику обратить внимание на того, о ком клятвенно обещала заботиться? О том, кто стоял, слушая это, по ту сторону двери, сжимая в безмолвной ярости кулаки, от осознания, что они просят лишь того, чтобы однажды он прекратил существовать и за его лицом поселился бы чужой человек, которого все смогли бы любить. Который был бы удобен. </span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><strong><span style="font-style: italic">Я в порядке.</span></strong></span></p> <p>&#160; </p> <p>Кто-то скажет, что виноват он сам. Сам попал в плохую компанию, сам попробовал наркоту еще в семилетнем возрасте, сам выбрал зависимость, несмотря на все усилия несчастных приемных родителей. Ведь можно было немножечко постараться, не срываться после очередного принудительного лечения, не разочаровывать всех вокруг своим скверным характером и неповиновением.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>2000</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic"> —Кто-нибудь хочет поделиться сегодня чем-нибудь с нами?<br />Распорядитель группы анонимных наркоманов улыбается, осматривая помещение, но все дружно отводят глаза, наклоняются за оставленными на полу пластиковыми стаканчиками дерьмового кофе, роются в карманах, или смотрят на часы. Здесь никто не хочет свою минуту славы. Здесь в принципе никто из&#160; присутствующих не хочет даже просто быть.<br />Я тоже отвожу взгляд, мне не нравится, когда все на меня смотрят. Правое колено трясется и мне приходится давить на него обеими руками, только тогда оно не так громко стучит каблуком об пол, но я знаю, что они все равно слышат. Да-да, у драных кроссовок нет каблуков. Не придирайся.<br />— Эдвард? — он зовет меня этим именем и я дергаю головой, растираю стрельнувшую шею. Мне не нравится это имя, — Может быть ты расскажешь нам о себе?<br />— Н-нет, — я не хочу туда, не хочу, это тупо, — Может быть в другой раз?<br />— Да, давай уж, ну ты чего?<br />Кто-то толкает меня в плечо, и я хочу обернуться, но лишь поворачиваю голову в пол оборота, смотрю на колени толкнувшего. Я не хочу смотреть на его лицо, оно мне что-то напоминает, но я никак не могу вспомнить что и это меня нервирует. Я думаю только о том, чтобы выйти скорее отсюда, дойти до своей хибары и закинуться, наконец, метадоном. При мысли о дозе сразу во рту слишком много слюней. Я столько не проглочу.<br />Он снова толкает меня. Так нельзя. Здесь так не принято. Пытаясь увернуться, я встаю, и все решают, что я хочу высказаться. Черт бы тебя подрал, придурок. Не смотря на толстовку меня знобит, хотя я почему-то потею. Я не хочу говорить со всеми этими людьми. Можно я просто пойду домой?<br />— Эээ. Всем привет. Меня зовут Нэд.<br />— Привет, Нэд.<br />Они говорят слишком громко, вынуждая меня снова вздрагивать. Я хочу найти в толпе того парня, что вынудил меня выйти, но я уже не помню откуда пришел. С памятью дела порой совсем плохо.<br />— Нуу.. Эээ… Да.. Моя жизнь.., — что вообще говорить? Я поднимаю затравленный взгляд на чувака, что зовет себя моим поручителем, сжимаю пальцы до хруста, — Меня снова распределили в новую семью. Это уже шестая? Или седьмая... — кусочек сухой кожи на краю губы меня бесит, и я пытаюсь его откусить, — Я уже сбился со счета. Встречаюсь с девочкой. Она умная и пойдет в колледж. Сестра говорит, — странная мысль ломится в голову, и я грызу ноготь, пытаясь сосредоточиться, но отвлекаюсь на заусенец, тут же забывая, что хотел рассказать, — О чем я?<br />— Сестра, — подсказывает кто-то из зала.<br />— Сестра? А что с сестрой? У меня была сестра как-то. Тогдашний папа часто нас запирал в подвале, когда приходили гости. Было очень темно и сыро. А однажды его увели копы и мы просидели там несколько дней.&#160; Страшно было пиздец, думал ебнусь там, — поручитель хмурится, — в смысле сдохну. Умру. Преставлюсь?<br />— Это все, Эдвард?<br />— А? — поднимаю голову, все на меня странно смотрят. Походу я снова выпал на время.<br />— Ты нам рассказывал о своей жизни.<br />— Да нормальная у меня жизнь, — на конторке следы ногтей, не могу удержаться, чтобы не провести поверх пальцем, цепляя впадинки обгрызанными ногтями, — Недавно, правда, девку мою машиной сбило, — кусочек краски слетает с царапины на старой деревяхе, занозит меня прям под ноготь, — Но это нормально. Так часто бывает. У нас недалеко от дома трасса большая, там в целом много машин. Могу я идти? </span><br /><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>Я в порядке.</strong></span></span></p> <p>&#160; <br />Кто-то скажет, ему повезло. Не каждому малолетнему наркоману, которого еще не перемолола система, доводится встретить хорошего человека. Такого кто сможет вернуть веру в себя и людей, указать верный путь, найти смысл, чтобы бороться.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>2001</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic">Назначенный коп, наверное, вовсе не хочет ездить со мной&#160; каждый вторник загород в эту клинику на встречи, но у него нет других вариантов. Он же не совсем конченный, чтобы вызваться добровольцем? В целом он не так плох. Иногда даже дает мне денег и не просит потрогать его причиндалы. Порой даже жаль. Не то чтобы я охотно соглашался на подобные предложения. Только когда совсем паршиво было, но в целом, если бы он предложил, я бы с радостью согласился.<br />— Ну, давай уже свою коронную, — выйдя из машины, я переминаюсь на месте, после встреч в ОАН он всегда пытается воззвать к чему-то, что зовет здравомыслием.<br />— Ты в порядке? — от его взгляда мне становится не по себе. Что вообще развел тут?<br />— Тебе ли не похуй? Давай уже свой листок и я пойду.<br />— Нэд, — коп временит, всматривается из-под бровей, и так хочется врезать прям по дурацкой ямочке в дурацком его подбородке. Больно мне нужна вся эта забота, — Клара умерла позавчера. Тебе есть с кем поговорить?<br />— Ой, да отъебись ты уже, тут написано Скотт, а не Кессер, иди кому-то другому на уши сядь.<br />Злюсь, конечно, не на него, но чего он пристал-то, ей богу? Мне уже почти шестнадцать. Нечего тут папашу изображать. Но отчего-то именно от его вопросов особенно плохо. Его голос зудит на задворках сознания, пока иду огородом до дома. Ему вовсе не нужно знать, что живу я не с родаками, а в заброшенном соседском сарае через участок. Его взгляд преследует меня зудом между лопаток, даже когда я разжигаю небольшой костер, чтобы согреть себе чаю. Вынуждает метаться по халупе, бросая нет-нет косые взгляды на зарытую в уголке банку. Ничего же не будет, если я приму совсем немного? Четверть дозы. Чтобы просто приглушить расшатавшиеся после встречи нервы. Ну может быть половинку, так как я был хорошим мальчиком и даже всю неделю исправно ходил на работу. А за хорошее себя на надо хвалить, да? Ай ладно целую. Один раз живем, чего мелочиться.<br />Старый ремень сдавливает кожу повыше локтя. Приходится помогать себе зубами, хотя это совсем не удобно. Да и от напряжения они сильно ноют. Хотя кто-то втирал, что это все от опиатов. Да и плевать. Зачем мне зубы, если все равно нечего жрать? Черт. В баночке два шприца: мой и Клариссин. Не хочу думать о ней. Мне ее не хватает. Я вообще не кололся до встречи с ней, но с Клариссой все было проще. Ярче, теплее, не так одиноко. Она знала, где достать героин. Он вставляет куда быстрей метадона и действует дольше. Хотя кайф и не такой чистый, но за наши деньги чистую «лошадь» и не достать.<br />Острая игла протыкает кожу, я вжимаю поршень шприца, отпуская ремень постепенно, и расслабляюсь. Чувствую себя ангелом, парящим на мягком облаке. Так приятно. Нега накрывает сперва слабыми волнами, будто ластится мягкой рукой. Чудится рядом Кларисса. Прекрасная, как никогда. Скольжу ладонью по коже, вторя пути ее невесомых поцелуев. Она гладит меня по волосам, шепчет, что все будет хорошо, а я не могу сдержать катящихся по щекам слез. Слез радости и облегчения. Она целует меня в губы, накрывая с головой мощной волной эйфории, и берет за руку, тянет прочь за собой. Я не хочу сопротивляться и тянусь след за ней. Там все будет лучше. Ярче. Теплее. Не так одиноко.</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>Я НИ ХУЯ НЕ В ПОРЯДКЕ.</strong></span></span></p> <p>&#160; </p> <p>Джексон сам был лет на десять старше Эдварда и патрульным уже не был, а потому в принципе был не обязан ни возить его на эти встречи, ни в целом отслеживать бедового пацана, пока того швыряло по этапам социальной защиты, но не мог никак выбросить его из головы. В тот раз он успел. Проследил, решив, что не стоит оставлять Эдварда одного, и вколол, имеющийся всегда при себе в последнее время, Налоксон, выигрывая время у смерти, чтобы добраться до клиники, где того врачи буквально вырвали из лап когтистой суки. </p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>2003</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic">- Ты мне не отец! Отстань от меня, извращенец!<br />Я хлопаю дверью с каждым днем все сильнее, пока не начинает уже сыпаться штукатурка со стен, но каждый раз все равно жду, что он последует следом, не оставит меня одного. Мне почти восемнадцать, еще пару месяцев и я буду сам по себе, но пока еще закон считает, что мне нужен опекун, а Джек почему-то считает, что им должен быть именно он. Почему никто никогда не спрашивает меня?! Почему никого никогда не волнует, чего я хочу?!<br />- Убирайся обратно к своему педику! Ненавижу тебя. Лучше бы ты дал мне сдохнуть!<br />На моей двери нет замка, но он все равно стучится перед тем, как войти. Хочется крикнуть, чтобы он убирался прочь, засунул свое это озабоченное выражение рожи себе в жопу так глубоко, чтобы не смог достать ни хер того парня, с которым я его застукал в машине, ни даже патологоанатом. Он мне не нужен! Мне никто не нужен.<br />- Нэд, ты чего? Не говори так!<br />Его руки тянутся ко мне и мне так хочется позволить ему себя обнять, утешить, но я шарахаюсь, как от раскаленной до красна кочерги. Голос визжит истеричными нотками, но я ничего не могу с этим поделать. Безумно хочется дозу, хотя я не употреблял весь этот год. Хочется обернуть локоть жгутом, вставить иглу и почувствовать, как наслаждение вымывает ярость и страх, ослабить эту бурю эмоций, с которыми я не справляюсь.<br />- Не говори так, не делай так, не думай так. Не слишком ли у тебя много правил, папаша?<br />Хочется сказать ему, что мне больно, сказать, что мне страшно. Обидно. Печально. Зло. Отвратительно. Но я лишь толкаю его ладонями в грудь, говоря совершенно другое. Стараюсь задеть словами больнее, залезть под самую кожу, чтобы он почувствовал хотя бы толику того, что я испытываю из-за него.<br />- Эдвард, уймись и скажи, что случилось.<br />Его спокойствие, что ярмарочный шар, взрывается после очередного намеренного укола и я не успеваю ничего сделать, как чувствую спиной стену, бьюсь в кольце его рук, как рыба об лед, но он не пускает. Держит на месте, встряхивая в ответ на крики, спрашивает раз за разом, что случилось, и утверждает, что я ему все равно дорог.<br />- Ты лжец! Пусти меня, сука. Пусти. Ты такой же, как они все! Надо было дать мне сдохнуть! Если я так важен для тебя, то почему меня так легко заменить?!</span><br /><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>Я в порядке. <br />Ну, кроме бессонницы, нервозности и постоянного страха, что должно произойти что-то ужасное.</strong></span></span></p> <p>&#160; </p> <p>Упрямство и настойчивость Джексона все же победила зависимость, страхи и юношеский максимализм. Часами сидя с пацаном над учебниками, мужчина проявлял нечеловеческое терпение, отвлекал от пагубных мыслей, переключая внимание на книги, игры, спорт. Брал с собой на работу, знакомя с коллегами и социализируя. Настаивал на терапии, мягко выстраивая границы.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>2004</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic">Ковер в его комнате скрадывает шаги, и хотя я не то чтобы пытаюсь скрыться, но все же так чувствую себя немного уверенней. Его ровное дыхание не чета моему. Воздух такой горячий и плотный, что мне сложно дышать, я замираю на полпути и на полу вдохе. Сердце бросается остервенело на ребра, грозясь пробиться насквозь, выскочить из груди. Ладно, Нэд, соберись. Будь мужчиной.<br />Я не делал этого несколько лет, но это же как кататься на велосипеде, правда? Надо всего лишь приподнять край одеяла и скользнуть в теплую тьму, чтобы прижаться к его горячей коже своей. Почувствовать, наконец, его близость. Боже, как же от него пахнет. Рука скользит по коже легко, но неуверенность все же замедляет движение в районе косых мышц, проходятся кончики пальцев по резинке трусов нерешительно. А что если он оттолкнет или прогонит? Что тогда делать?<br />Голова разрывается от сотни оглушающих мыслей, будто выпустил кто-то всех птиц одновременно из клеток, но пальцы уже сами проникают под ткань, оглаживают и сжимают член, пока тот не встает колом. Тело само перемещается под одеялом, устраивает колени по обе стороны ног опекуна, и склоняется сверху, проходясь по возбужденному пенису языком.<br />- Какого? Нэд!<br />Джек просыпается не сразу, успевает во сне рефлекторно запустить пальцы мне в волосы и смять мышцы плеч, но все же шарахается прочь, стоит реальности вторгнуться в наше маленькое пододеяльное королевство.<br />- Мне уже есть восемнадцать. В чем проблема?<br />Его ноги все еще подо мной и бежать особо некуда. Он пытается оттолкнуть, воззвать к совести и тому, что он вообще-то все еще опекун, убрать мою руку с собственного члена, но одеяло сковывает его движения достаточно, чтобы я мог сопротивляться.<br />- Эдвард, прекрати немедленно!<br />- Да ладно тебе, я же знаю, что я в твоем вкусе. Я видел твоих мужиков.<br />- Это не дает тебе никакого права...<br />- Слушай, Джек, - я наглею, намеренно идя ва банк, чувствую, как набухают вены под моими пальцами все ощутимее, - или меня трахнешь ты, или я пойду искать того, кто это сделает вместо тебя. А мои прошлые любовники, сам знаешь, не их тех ребят, с которыми стоит связываться завязавшему наркоману.<br />- Сукин ты сын!<br />Глаза горят яростью. Я вижу это даже во тьме спальни, ведь чернота его зрачков куда темнее. Я вижу все колебания на дне этой бездны, вижу, как желание борется с совестью и моралью. И вижу, как он сдается. Вплетает уже осознанно пальцы мне в волосы, притягивая и целуя. Жадно, кусаче, пока хватает воздуха в легких. </span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>Я в порядке. Правда. На этот раз правда.</strong></span></span><br /> <br /> </p> <p>Университет дался в целом легко. Привыкнув дружить с копами, Нэд пошел на судебную медицину, но работать по специальности все же не смог. Слишком сложно оказалось для психики бодрствовать по ночам, вдыхая пары формалина, вскрывать раз за разом трупы сторчавшихся бомжей и подростков. Но зато его приняли обратно в универ преподавать.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>2017</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic">- Все свободны. Не забудьте сдать рефераты к среде.<br />Аудитория наполнилась шумом собирающихся студентов, и я стараюсь дать им время, занимаясь своими делами демонстративно медленно и отвлеченно. Не привлекая внимания.<br />- Профессор, - студентка присаживаются на край моего стола, якобы случайно заголяя бедра и без того не сильно скрытые слишком короткой юбкой, - Сколько стоит час с вами?<br />- Это неуместно, Виктория, - не привлекать внимание, когда на носу сессия, а у студенток весеннее обострение, практически нереально.<br />- Я имела в виду, репетиторство, но мне нравится ход ваших мыслей.<br />Тонкие пальцы проходятся по лбу, убирая якобы выбившийся волос, и мне приходится отклоняться всем телом, чтобы избежать дальнейших прикосновений. Мне совсем не нужны подобные ситуации, но разумеется незамеченным это не остается. Легкий смешок предвещает хлопок двери, но мне не нужно смотреть, чтобы понять, кто это был.<br /> Горячие струи душа смывали дневную усталость, заглушая голоса студентов и мысли, поэтому я не сразу услышал, как хлопнула дверь раздевалки. Особо дерзкий студент из новеньких, что вечно ходил по краю, провоцируя и привлекая внимание. Он напоминал мне меня лет пятнадцать назад. Запутавшийся и потерявшийся, ищущий выход в наркотиках и случайных связях. Куда бы я не пошел, он был там, преследовал, вовлекая в свои игры, избегать которые становилось с каждым днем все сложнее.<br />- Тебе нельзя здесь быть.<br />- Почему? Это университетский спортзал, а я учусь в университете.<br />Раздражение скользит по губам и я отворачиваюсь, чтобы выключить воду. Стоит уйти, пока меня не застали голым наедине со студентом. Тем более с этим студентом. Антуан, не появлявшийся на уроках неделю, выглядит уставшим и каким-то загнанным будто в угол, перемещается в пространстве так, чтобы перекрыть мне проход к полотенцу. <br />- Выглядишь дерьмово.&#160; <br />- Ты бы остальных видел, - парнишка бравирует слишком явно, старается делать вид, что не пялится на мой член, но впрочем не сильно старательно.<br />- Я пытался найти тебя всю неделю, ты вообще дома был?<br />Джексон бы проявил участие, нашел бы слова. Он всегда находил. Я не Джек. Мне хочется наорать на пацана, встряхнуть, что есть сил, вставляя мозги на место, но я удерживаю себя на месте, лишь добавляю суровых нот в тихий голос, что так контрастирует с явно нестабильным студентом.<br />- Я потерял телефон в клубе, - он улыбается и гримасничает, прячет свои чувства за маской, но на дне его глаз я даже за эти два метра, что между нами я вижу отчаяние и страх,&#160; - он выпал из рук, ну я и..<br />- Тебе плохо, да? - мне кажется, что я понимаю, что он чувствует, кажется, что знаю, как ему помочь, но не могу. Не могу заставить себя сделать шаг, оказать поддержку, ведь он ждет от меня вовсе не этого, - Это все из-за твоего брата?<br />- А что там с моим братом?<br />Больно смотреть, как он ощетинивается мгновенно, ведь его близнеца обвинили в убийстве. Чудится в дерзком юнце маленький мальчик и мне снова приходится напоминать себе, что я не Джек. Я наркоман, заменяющий наркотики сексом, и меня тянет к нему. Тянет пиздецки к этому юноше с дерзким взглядом и манерой произносить мое имя так, что за это стоит впаять как минимум пару лет строгой колонии. <br />- Ты должен бросить наркоту и разобраться с делами.<br />- А давай мы разберемся со всем вместе? <br />Он отрывается от стены, приближаясь развязно. Теребит пуговицы на рубашке, которую судя по всему не менял уже несколько дней. Хочется или дернуть его на себя, впиваясь в ехидно ухмыляющиеся губы грубыми поцелуями, или влепить оплеуху, приводя в чувство.<br />- На мне правда как-то слишком много одежды.<br />Он делает еще шаг и мне приходится оттолкнуть его, ведь он становится слишком близко. Настолько, что я чувствую аромат его парфюмерной воды вперемешку с потом и чем-то сладким. Я вижу в его глазах отражение своих мыслей, чую в его запахе продолженье своих же желаний, но все же отталкиваю второй раз, стоит ему резко приблизиться. <br />- Хватит страдать херней! Трахни меня уже!<br />Парнишка срывает маску весельчака, обнажает эмоции на перекосившемся лице, приближаясь вплотную. И будто становится легче. Легче цепляться за мысль, что я не Джек, но и гораздо сложнее, ведь вблизи в его глазах виднеется больше боли, чем страсти.<br />- Я же знаю, что хочешь!<br />Голос пускает непрошенных нот в баритон, а Кейн мечется то приближаясь, то отходят, тычет пальцем в голую грудь и отчаянии прибегает к угрозам.<br />- А если ты не трахнешь, я всем расскажу, что ты это сделал.<br />- Ты мне угрожаешь?!<br />- Не знаю. А тебе так нравится больше?<br />- Пошел ты, Тони!</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>Я… в порядке.<br /></strong></span></span><br />&#160; <br />&#160; <br />&#160; <br />Бывших наркоманов не бывает. Они заменяют одну наркоту на другую, сублимируют тягу во что-то, но никогда не излечиваются до конца. Для Эдварда Кейн стал такой наркотой. Он старался избегать его сколько мог, боролся с желанием, истязал себя работой и нагрузками, но все же сдался. </p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>2018</strong></span></span><br /><span style="font-style: italic">Вечера становятся все более невыносимыми. Мысли о Тони мешают, навязчиво цепляют сознание, отвлекая от дел, сосредотачивая всю жизнь на себе. Наполняют рот слюной, будто ранее о метадоне. Хочется пойти в клуб и снять первого попавшегося пацана, но это все равно что заменять хмурого кокаином. Ни удовольствия, ни удовлетворения. Хочется нажраться до беспамятства и забыть. Но это тоже будет началом дороги в ад. Туда откуда стоило выбраться столько труда.<br /> Время тянется словно кисель, капает с тикающего циферблата тягучими каплями, будто исключительно в те моменты, когда на часы падает взгляд. Стук в дверь вносит разнообразия и я даже улыбаюсь, кладя ладонь на дверную ручку, но улыбка слетает с губ, как только в глазах мелькает огонек узнавания. <br />Кейн выглядит жалко. Мигающий свет пускает по лицу тени, бликуя в красных и влажных глазах. Мне следует закрыть дверь, отправить студента домой, а на завтра же взять или отпуск или вовсе подумать о смене работы, ведь так нельзя, но я только делаю шаг в сторону, пропуская его к себе. <br />- Прости, я просто не знал, куда мне пойти.<br />- Что случилось?<br />- Он…<br />Парнишка глотает слова, еле сдерживая слезы, и снова желание подойти топчет кирзовыми сапогами все аргументы морали. Я лишь сжимаю кулаки, пряча их в карманы домашних штанов, чтобы хоть как-то удержать себя в руках.<br />- Он умер. Я не смог спасти его.<br />- Ты не виноват…<br />Ноги делают сами шаг ближе. Я протягиваю руки, но все же обхватываю собственные плечи, а не его. Антуану нужна помощь. Нужна поддержка и плечо, которое будет достаточно твердым, чтобы выдержать весь спектр эмоций. А я со своими-то так и не научился справляться.<br />- А кто виноват?! Я его брат. Я должен был защищать его. Должен был спасти его.. Я должен…<br />Это не справедливо. Мне приходится убеждать себя, что он еще ребенок, тогда как я взрослый. Что я должен заботиться в первую очередь о себе, а значит должен сказать ему уходить. Иначе я не сдержусь. Хочется заорать, что есть сил, но голос застревает где-то промеж трещащих под ударами сердца ребер. Хочется устраниться, чтобы сохранить все то, чего добивался годами. Найти свой жетон трезвости и позвонить Джеку. <br />Хочется сделать шаг ближе и пригвоздить пацана к ближайшей стене, срывая с него майку грубым движением. Вдохнуть еще раз запах его кожи и коснуться пальцами и языком. <br />- Тебе лучше уйти. <br />- Да… Лучше..<br />Он больше не мечется по коридору, замирает, глядя своими влажными и до неприличия большими глазами, пока я все же не поднимаю свой взгляд. Нет, пожалуйста, нет. Я не хочу. Не надо. <br />Антуан делает шаг, приближаясь непозволительно близко, прокладывает кончиками пальцев дорожку под ухом, притягивает лицо ближе, приникая к губам. Не реагировать стоит огромных сил. Приходится собирать все жалкие крохи самообладания, чтобы прерваться пока еще это возможно.<br />- Тони, я не могу..<br />- ..остановиться? Я тоже.<br />От его прикосновений перед глазами все плывет. Вторая рука присоединяется, замыкая затылок в кольцо пальцев, чья дрожь отдается во всем теле разом. Расползается мурашками прямо по коже, оседая на ней и проникая все глубже. Кажется, будто снова вернулся в тот старый сарай на соседнем от дома участке. Воздух тяжелый, как сладкая вата. Мне сложно дышать и я выдыхаю, и выдыхаю прямо в его приоткрытые губы, скользящие по моему лицу. Выдыхаю, чувствуя, как замедляется время. Чувствую, как все замирает. Прислушиваюсь к телу, ощущая, как сердце издает последний глухой удар, как легкие выпускают последний глоток кислорода. Еще мгновенье и выключается мозг. Все, что я думаю, чего страшусь и желаю меркнет. Больше ничего не имеет значения. Только чистый незамутненный кайф. <br />- А к черту все. <br />Я отстраняюсь на секунду, чтобы всмотреться в глаза студента. В расширенные зрачки, поглотившие радужку, будто и правда мы оба под кайфом, и мне приходится сделать вдох, так как уже чувствуется жжение в легких. Дать телу воздух. Наполнить себя целиком его запахом и руками.</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><strong>Я в порядке?</strong></span></span></p> <p>&#160; <br /> </p> <p>Их кайф длился несколько месяцев. А потом Антуан пропал. Уехал куда-то в попытках отомстить за брата, а Нед не смог поехать за ним. Не смог и не захотел. Ведь проблема в зависимости не в том, что ты подсаживаешься на что-то потому, что тебе это нравится. Никому в мире не нравится вкус спирта, запах нагретой на огне ложки, ощущения жжения в слизистой, незаживающие язвы на венах или токсичные отношения. Подсаживаешься не на это, подсаживаешься на себя. На ту версию самого себя, которая выходит на свет только с помощью стимулятора. Более острая, чувственная, счастливая, внимательная, продуктивная. <br />Кейна не было год и Эдвард смирился. Снова сумел вернуть свою жизнь в прежнее русло. Но проблема зависимости в том, что ты не можешь перестать хотеть быть той версией себя. Не можешь отказаться, даже зная, что с каждой дозой кайф будет все меньше. Отходняк будет все жестче. А жизнь будет с каждым днем становиться хуже. Ты все понимаешь, но не сможешь противиться желанию вновь ощутить этот кайф.. Никогда не избавишься от острой необходимости. <br />И поэтому Скотт стоял под палящим солнцем Италии после внезапного сбивчивого сообщения от бывшего любовника, делая вид, что он здесь исключительно, чтобы помочь, чтобы убедиться, что у него все хорошо, и задать тот самый единственный блядский вопрос: эй, ты в порядке?</p> <p><strong>6. Ориентация, сексуальные предпочтения, кинки</strong><br />Гомо.</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');"><strong>7. Пробный пост</strong></div><blockquote><p>Спокойствие Сереги пугало больше, чем любая другая возможная реакция. Сколько раз Паша прокручивал в голове момент, когда все вскроется, проигрывал различные сценарии, самым лучшим из которых было бы равнодушное пожимание плечами с ехидным «ты, правда, думал, я не догадывался?». Но более реалистичным исходом был бы взрыв. Сергей не был невротиком, но все же не редко был склонен к излишней экспрессии. Соколовский ожидал скандала, криков, упреков, даже презрительного хлопка дверью, но не этого сомнительного спокойствия, что всегда нападало на друга перед особенно бурным взрывом, и дружеских хлопков по плечу. В том, что взрыв неминуем, художник уже не сомневался, даже внутренне сжался, ожидая либо грубостей, сказанных на ухо, либо даже удара, но все равно позволил отвести себя в сторону.<br />— Коз! Нет!<br />Отчего-то Павел до последнего думал, что объектом гнева Козловского станет он сам, а вовсе не Коля, хотя тот и повел себя довольно по-хамски. Резко исчезнув из поля зрения, Серега кинулся на парня, который только успел расслабиться и натянуть на лицо ухмылку победителя. Бросившись следом, Паша обхватил друга со спины, оттаскивая и в очередной раз призывая всех успокоиться. Первые капли густой крови сорвались с разбитого носа Романова, разбиваясь о старый паркет. Расширившимися глазами Паша смотрел на то, как капли превращались в небольшой ручеек, стекающий между пальцами, зажавшего сломанный нос, любовника, и немного ослабил хватку, тут же поплатившись за это ударом в лицо. Пудовый кулак ведомый яростью рассек губу, вынуждая попятиться от неожиданности. Было даже не столько больно, сколько внезапно. Кто бы мог подумать, что их дружба, начавшаяся с похожей драки, ею и закончится. Они бывало ссорились, но больше ни разу не дрались. Да и кто бы стал в своем уме, на полном серьезе драться с Козловским, который только выглядел изнеженным мажором. Паша не обманывался на свой счет, они оба давно уже не те дети, что лупасили друг друга за школой. Он видел друга на ринге, и вовсе не жаждал оказаться на месте противника.&#160; Хотя и покорно смотреть бы не стал, если бы пришлось все же сцепиться по делу. В другой ситуации он бы сумел побороться, хотя и знал, что, скорее всего, проиграет, но сейчас…<br />Ни пальцы, сжимающие горло, ни удар лопаток о стол, выбивший остатки воздуха из легких, ни впивающиеся в голую спину шипы цветов не могли причинить большей боли, нежели выражение лица, нависшего над художником лучшего друга. Сережа имел полное право злиться. На тайну, роняющую тень на всю их дружбу, на вранье, на пренебрежение. Сокол был не в обиде, хотя и не до конца понимая причины, даже в столь шатком положении, понимал, что Коз не намеревался его бить, а просто сорвался. Даже если бы он сейчас опустил бы занесенный кулак, продолжая вымещать свой гнев, Паша бы не стал сопротивляться, так его тяготил все эти годы груз его вранья, его вины, его чувств. Он лишь смотрел, с молчаливым разрешением, практически с просьбой, отчаянно игнорируя жжение в глазах и начинающих стенать без кислорода легких.<br />Несвоевременные мысли о том, что было бы весьма неплохо оказаться в подобном положении при других обстоятельствах, мелькнули в голове, отражаясь в дрогнувшем под сжатыми пальцами кадыке. Идиот. Глаза метнулись в сторону, отчаянно не желая усугублять и показывать желание Козу, но тот уже и сам отстранился. Тяжело поднявшись, Павел досадливо сплюнул на и без того грязный пол скопившуюся во рту кровь, больше не стремясь встречаться с другом взглядами.<br />Как все… Будто бы ему самому не хотелось долгие годы быть «как все». Будто бы ему нравилось постоянно быть под прицелом вездесущих глазастых соседей, терпеть угрозы, нападки и попытки набить педику рожу в годы учебы в училище. Но он давно принял себя, такого какой есть, хотя и не рассчитывал, что Козловский последует его примеру. У него на это ушло много лет, глупо было рассчитывать, что друг справится с новыми установками за пять минут. Не рассчитывал, ожидал худшего, но слова парня все равно острым ножом резали по сердцу, оставляя кровоточащие раны, зализывать которые придется еще много месяцев.<br />— Он-то тут вообще при чем? — на Колю было по большому счету плевать, они не то, чтобы сильно сблизились, но вовлекать его в конфликт было, как минимум, не красиво, — Ты зол на меня, так и не втягивай всех вокруг в свою обиду на то, что мир снова оказался не таким, как ты его себе представлял.<br />Метнувшись наперерез мажору, Павел наклонил голову и влетел плечом другу в бок, вылетая вместе в коридор и с разгону впечатываясь в стену возле ванной.<br />— Уймись, твою мать! — не давая времени прийти в себя, Паша вновь толкнул друга грудью в стену и, выкрутив руку, прижал, удерживая на месте, — Я знал, что ты ебнутый, но не настолько же! Выдохни и включи уже свои пропитые мозги, придурок.<br />Все еще удерживая, художник открыл дверь в ванную и, оторвав парня от стены, грубо втолкнул его внутрь, закрывая дверь и выкручивая ручку. Дурацкая дверь давно заклинила и в принципе открывалась только снаружи, изнутри закрываясь на допотопную щеколду, но поменять дверь все руки не доходили. Да и зачем&#160; собственно? Живя в одиночку, Соколовский не особо парился над закрытием дверей, а на случай непредвиденных осложнений давно оставил в ванной пластинку от бейджика, храня ее на шкафчике над раковиной. Оставалось надеяться, что об этой мелочи он Сереге не говорил, и что тот не выломает ему дверь в очередной порыве гнева.<br />— Ты цел? — присев перед любовником, Павел осторожно коснулся Колиного плеча, осматривая окровавленное лицо, — Вызвать скорую?<br />— Скорую? — отбив руку, Романов зарычал и, уперевшись спиной в стену, попытался подняться, — Ментов вызывай. Он ебнутый.<br />Шумно втянув воздух сквозь сжатые зубы, Соколовский все же помог брюнету встать, не смотря на возражения и попытки оттолкнуть.<br />— Боюсь, не вариант. Коль, мне жаль.<br />— Тебе жаль?! — все еще прижимая одну руку к лицу, Николай с силой толкнул Павла в плечо, вынуждая отступить на несколько шагов, — Ты его еще и защищать будешь?<br />— Может хватит уже на мне сегодня срываться? — Сокол зарычал в ответ, отходя к столу и со злостью смахивая на пол несколько цветов, — Я, блять, тебя просил не усугублять? Просил, сука, просто посидеть в комнате?<br />— То есть я виноват?<br />— Нет, блять, я! Я выперся весь из себя такой мачо, руки в боки и суровый взгляд. Я хамил и угрожал, да!<br />— Ясно. Я понял.<br />Покивав головой, Коля подошел к столешнице и отмотал себе бумажных полотенец, прижав к лицу, после чего развернулся и отправился в спальню, собирать вещи.<br />— Вот давай только без сцен! — взмахнув рукой, Паша проводил любовника взглядом и, тяжело вздохнув, опустил глаза, осторожно касаясь пальцем нежных лепестков роз. Хрупкая красота должна была сегодня кого-то порадовать, но оказалась раздавлена, растоптана по полу подошвами дорогих кед. Сжав пальцы, художник смял в ладони бархатный букет, уничтожая, и раскрыл кулак, отрешенно наблюдая за медленным падением лепестков поверх творящегося на кухне хаоса. Было в этом что-то красивое, достойное марания очередного мольберта, если бы еще не было так погано на душе.<br />— Ты планшет забыл, — нехотя повернувшись в сторону топота в коридоре, Павел повысил голос, чтобы дозваться до ворчащего под нос проклятия любовника, но тот лишь хлопнул дверью так, что аж задребезжали окна в деревянных рамах, — Ну или нет.<br />Устало опустившись на табурет, парень коснулся пальцами разбитой губы и провел ладонями по лицу, отмечая установившуюся&#160; в квартире звенящую тишину. Завтра баба Ира, соседка снизу, наверняка, прискачет с самого утра ж с претензиями на шум и топот. За что, Господи, это все именно сегодня? Звякнув, дверной звонок оглушительным звоном пронесся по хате и Соколовский со стоном поднял голову, отнимая ладони от лица. Это что еще не конец? Баба Ира решила не ждать до утра? Или Коля одумался и вернулся? Может не открывать? Пошли они все. Ему еще с Серегой в ванне как-то надо что-то решать.<br />После третьего звонка, Павел все же встал и прошлепал ко входу, решительно распахивая дверь.&#160; Молодой узбек натянул на смуглое лицо приветливую улыбку и протараторил на ломанном русском заученную речь, протягивая объемные бумажные пакеты с незнакомым ресторанным лейблом.<br />— Что? Я не заказывал ничего, — сумма на протянутом чеке вызывала ноющую боль в зубах и, глянув на перечень, Паша застонал, — А, ну да. Сейчас.<br />Вернувшись на кухню, парень снова принялся перебирать цветы, пытаясь отыскать под ними, оставленные Козловским купюры, после чего расплатился и, сгрузив на раковину пакеты, таки подошел к ванной и осторожно постучался.<br />— Ну, что ты выдохнул? Теперь можем поговорить?<br />Ручка встала на место и Паша положил на нее ладонь, но прежде чем нажать, глубоко вдохнул и выдохнул. Предательски дрогнув, гортань превратила вздох практически во всхлип, но парень, досчитав в уме до десяти, все же нажал, открывая дверь и отступил назад, прижимаясь спиной к стене, ожидая чего угодно.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sat, 04 Dec 2021 21:20:47 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=161#p161 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=160#p160 <p><strong>1. Имя Фамилия, прозвища</strong> Кристиано Сантини</p> <p><strong>2. Возраст</strong> 38 лет</p> <p><strong>3. Должность/роль</strong> карабинер, майор, Директорат «антимафия», крыса Висконти</p> <p><strong>4. Внешность</strong><br /><span style="font-style: italic">Имя прототипа:</span> Til Schweiger<br /><span style="font-style: italic">Рост:</span> 190<br /><span style="font-style: italic">Вес:</span> 80<br /><span style="font-style: italic">Телосложение/уровень физической подготовки:</span> спортивное. По долгу службы, да и просто для себя занимается регулярно, держа себя в форме<br /><span style="font-style: italic">Цвет волос:</span> русые<br /><span style="font-style: italic">Цвет глаз:</span> серые<br /><span style="font-style: italic">Особые приметы:</span> шрам на левой груди и под лопаткой</p> <p><strong>5. Биография</strong><br />Границы только в твоей голове! Все люди равны перед Богом и рождаются с одинаковым набором возможностей! Нет ничего невозможного!<br />Слышали эту херню? Тоже тошнит уже от бесчисленных орд сладкоголосых коучей, льющих свое дерьмо в уши наивных придурков, что только разевают рты, готовые отдать любые деньги за пресловутую пилюлю, дающую счастье и изобилие?<br />Я же скажу, что это хрень собачья. Равные шансы? Ха! Скажи это сыну богатенького адвоката и, ну допустим, парнишке, батя которого спился в канаве, пока мать пахала на трех работах, в тщетных попытках прокормить семью. Чувствуешь запах равенства? Видишь границы только лишь у них в головах? Нет? Вот и я тоже чувствую только лишь вонь наебалова.<br />С самого детства Кристиано был предоставлен самому себе. Сам находил себе занятие долгими вечерами, пока матушка задерживалась на очередной работе. Сам вставал по утрам, чтобы приготовить себе и матери перед школой нехитрые бутерброды. Сам вляпывался в проблемы, в попытках раздобыть немного денег на свои нехитрые детские хотелки. <br />Многие в их районе знали, что Мирелла Сантини старается изо всех сил и поддерживали парнишку, кто чем мог. Донна Роза из магазинчика на углу частенько угощала Кристиано похлебкой, пока он взамен подметал ей полы. Почтальон прикидывался больным, предлагая разнести за него газеты, хотя на самом деле просто хотел пропустить по стаканчику лимончелло в теньке с седым приятелем-парикмахером. Крис делал все, что мог, ведь денег у матери едва хватало на оплату счетов и довольно скудный и однообразный рацион.<br />Время шло, парень рос, а дети в школе начинали смеяться над его вечно поношенными с чужого плеча шмотками, над торчащими от недоедания ребрами, над его вечно уставшей матерью. И терпение Кристиано однажды лопнуло. Первая драка закончилась парой разбитых носов и переломом руки у особенно дерзкого наглеца, дерзнувшего предположить, что Мирелла подрабатывает не только руками, но еще и телом. Но выговор директрисы уже ни на что не мог повлиять. Сантини почувствовал власть. Упоение чужим страхом и наслаждение, когда былые обидчики отводили взгляды, стремясь сменить направление, лишь бы не попадаться на глаза дикому пацану, стремящемуся любой конфликт решить кулаками. <br />А уж когда, повзрослев, парень сколотил с кучкой единомышленников банду, в их сторону боялись даже дышать. Крис не отказывал себе ни в чем. Отбирал понравившиеся шмотки у одноклассников, менял карманные деньги на порцию тумаков и наслаждался ужасом в глазах малышни, что упрямо врала в лицо взрослым, прекрасно зная, что стукачам достанется еще больше. Однако кайф длился недолго. Когда Нолана – одного из заводил – исключили, Сантини впервые задумался, что будет делать после школы. Хорошее образование ему не светило, ведь на него нужны были деньги, которые честным путем было не заработать. А потому выбора по сути оставалось немного. Перевод Висконти в другую школу мог положить конец банде, но на самом деле лишь расширил их горизонты. Парни больше не ограничивались школой, не гнушаясь заниматься рэкетом по ночам или вламываться в дома. Некогда близкие, словно братья, подельники начали расходиться в целях и реализациях. Нолана казалось заводили лишь жестокость и кровь, насилие ради насилия, Кристиано же пьянила власть. Власть и деньги. Ему казалось вполне достаточным напугать семейную пару, связать, заставить плясать под их дудку, а потом ограбить, но Висконти этого было мало. С каждым делом его заносило все сильнее, и все больше налеты превращались в ссору, а не удовольствие и наживу. И когда в пылу очередной перебранки прямо над телом прохожего, забредшего не в тот район, Нолан полоснул ножом друга, Сантини просто ушел.<br />Через несколько дней подельника посадили, а банда предпочла сделать вид, что никогда и не существовала. Отмазаться перед полицией, что никто не имел дел с Висконти после его перевода было не сложно, тем более, что они практически никогда не собирались просто, чтобы по-дружески посидеть. Выслушивать бесконечные наставления от учителей и школьных психологов было куда сложней. Тем более как раз заболела мать. Кристиано метался, как бешенный пес, посаженный в клетку, не зная, как ему жить дальше, ибо в тюрьму вслед за бывшим другом ему не хотелось, но жить по-другому он попросту не умел. <br />И тогда в жизни юноши появился Марко Контини. Однажды придя домой, парень просто застал у себя на кухне несколько грозного вида мужчин, один из которых разительно выделялся. Спокойный, но в то же время внушающий трепет и уважение босс предложил Крису оплатить все медицинские счета матери и обучение в обмен на верность. <br />- Ты можешь быть бандитом или полицейским, - сказал он, - но, когда на тебя направлено дуло пистолета, это совершенно не важно. <br />Сантини не понял, что он имел в виду, но согласился, не раздумывая ни на секунду. Однако эти слова запали ему в душу, не давая спать долгими ночами. Это было важно. Это показывали в кино, писали в книгах, в конце концов это на своем примере показал Нолан. И если уж выбирать, то Крис предпочёл бы быть тем, кто направляет дуло, а не боится услышать однажды ночью пронзительный вой сирен. Погоны давали власть, оружие давало силу, а значок преимущества, не доступные простым бандитам.<br />Под патронажем Контини, связь с которым не афишировалась, Кристиано поступил в военную академию, а после и в колледж карабинеров, окончив который напросился в армию. Дерзкий, но признающий авторитет, скорый на подъем и расправу, солдат легко шагал по карьерной лестнице, вернувшись на родину уже майором, где продолжил службу в рядах полиции. <br />Помня обо всем, что сделал для него Марко, Сантини работал на два фронта, сливая инфу своему благодетелю, и убирая ненужных тому людей с улиц, следуя букве закона. Пока однажды у Контини не появился новый протеже. Отсидевший за убийство отца, Нолан прибился к клану, не менее стремительно делая карьеру противоположную выбору бывшего друга. Но Крис не забыл того, что сделал Висконтни. Шрам от пореза, рассекавший давно уже не тощую грудь, напоминал каждый день о том, что заводить друзей в этом мире крайне сомнительная идея. Крис не забыл и не простил. Не идя напрямую против своего покровителя, карабинер всячески способствовал новому аресту новоиспеченной правой руки босса. Однако Марко не оценил. Он не сказал ни слова ни Крису, ни Нолану, но стоило второму выйти на волю, как Сантини перевели под покровительство бывшего зека, наказав за предательство. <br />Не рискнув перечить начальству, бывшие враги расцеловались в обе щеки, нехотя примеряя давно позабытые маски друзей. Однако все же Крис затаил обиду. Обиду на босса, лишившего его расположения и влияния, наплевавшего на его многолетнюю верность. Швырнувшего его, как надоевшего щенка, новому хозяину, ожидая, что он будет любить его так же. Будто бы было за что любить этот агрессивный кусок говна, прикидывающийся, что он очень рад возможности вновь стоять рядом с тем, кого когда-то называл братом. <br />Со временем Кристиано даже смирился, подстроился под новый уклад, даже вполне подружился снова с Висконти, наконец, понимая, что хотел сказать тогда босс. Действительно, нет никакой разницы полицейский ты или бандит, когда дуло пистолета направлено тебе между глаз, а ствол его лежит в руке Марко Контини, которому наплевать на мелкие винтики его обширной системы семей и поруки.</p> <p>В данный момент Кристиано работает в департаменте «антимафия», саботируя дела против клана Контини, но активно работая против всех остальных, на кого укажет начальство. Тем более, что с недавних пор в ряды их полиции затесался крайне деятельный и раздражающий младший братец Висконти, пыл которого явно стоило поубавить, а может быть и направить на нужное Сантини русло. В конце концов, Марко уже был далеко не молод, а всю жизнь ходить на ковер к Нолану Крису как-то совсем не охота.</p> <p><strong>6. Ориентация, сексуальные предпочтения, кинки</strong><br />би, любит чувствовать свою власть и превосходство.</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');"><strong>7. Пробный пост</strong></div><blockquote><p>Отец говорил, всему есть своя цена, вопрос в том, готов ли ты платить. После чего, как правило, прибавлял кулаком весомости своим словам. Не знающий с детства ни любви, ни заботы, Элвин платил, щедро складывая на алтарь жизненных весов, все, что имел: боль, ревность и злость. Принимал собственнические порывы за проявление чувств, ревность, рвущую острыми когтями нутро, за любовь. Ведь ему не плевать. Он ведь правда старался.<br />Признавать, что за долгие шестнадцать лет разлуки Френк имел полное право жить своей жизнью, было легко, пока он был где-то там. Чувствовать, как гниющий комок тьмы разъедает сердце, видя его в чужих руках теперь, практически не выносимо. Элвин пинает валяющуюся посреди тропы ветку, вымещает на ней злость, что не выразить социально-приемлемым способом. Как объяснить хоть кому-то, что гложет его изнутри? Рвет ежедневно на части, практически до краев заполняя сосуд его и без того не большого терпения. Не мог завести себе бабу, как нормальный мужик? Было же все прекрасно. Знал ведь, что Эшбёрн ни разу не Портленд, где худо-бедно мирились с любителями однополой любви, но нет же, приехал. Еще и этого урода с собой привез. Лощеный, в костюме с иголочки, как же бесил он одним своим видом.<br />Накручивая себя, Майер упорно не хотел признавать, что проблема вовсе не в Френке, не в схожих властных повадках Энтони Уэйна, и даже не в чувствах, которые всплывали в памяти спустя многие годы. Он чувствовал себя преданным. Спустя двадцать лет вскрывались старые шрамы отвергнутого юнца. Его предпочли забыть, отодвинуть на задний план, сделав вид, что ничего не было. Отлично. Не страшно. Он смог пережить. Смог построить хоть и плохую, трещавшую по всем швам, но семью. Смог бы смириться, не появись больше Френк в его жизни. Привези он сюда жену и детей, было бы все нормально. Давление общества, слухи, стереотипы, ориентация — все оказалось просто прикрытием для банальнейшего в мире факта. Ему предпочли кого-то другого.<br />Сидя на берегу самоконтроля, коп лениво мочил ноги в бездонном озере гнева, позволяя ласковым волнам накатывать с тихим шумом прибоя. Злиться проще, приятней. Зачем думать о том, что никто не просил присваивать ярлыки, возводить мимолетную интрижку молодости до звания «чего-то особенного, личного», куда проще злиться на Френка, что для него это видимо был лишь пустяк, о котором можно забыть и никогда больше не возвращаться. Уйдя в себя, Эл не заметил, как кончилась чаща, перейдя в стройный подлесок, как замигали призывно неоновые лампы бара вдали.<br />— Какого..<br />Засунув руки в карманы и глядя лишь под ноги, полицейский упрямо шел, чутка наклонившись вперед, а потому, отшатнулся, но устоял, когда на него налетело чье-то тело, стоило выйти за пределы спокойного леса. Ну, конечно. Если бы Майера спросили, кого он хочет видеть сегодня в последнюю очередь, то не было бы лучшего кандидата, чем тот, кто распластался сейчас перед ним на асфальте.<br />Проблеск узнавания в серых глазах практически мгновенно меняется на черноту ярости, стоит полицейскому сосредоточиться на лице случайного встречного. Размеренные волны злости, лизавшие берега сознания, взвились бушующим цунами, накрывая мужчину с головой. В прошлый раз тебе повезло, урод. Стоило послушаться и покинуть город. Элвин чувствует, как дергается в раздражении губа, обнажая сведенные до боли зубы, делает шаг, и незнакомец оседает обратно на асфальт.<br />Смотри на меня!<br />Еще шаг ближе, но парень из леса оборачивается на голос, разрывая зрительный контакт. Эл выдыхает резко, силой воли удерживая себя на месте, переводит взгляд горящих глаз на тройку амбалов.<br />— Назови мне хоть одну причину, почему мне должно быть не похуй на тебя и твою руку? — достав пачку сигарет из кармана, Майер указал на одного из громил зажигалкой и прикурил, выпуская струю сизого дыма в вечернее небо, — Что у тебя с носом, Эдс? Сделал пластику? Тебе идет.<br />— Да пошел ты, Майер, — не будь бы перед ними коп, трое громил, не раздумывая, накинулись бы на обоих замерших у кромки леса мужчин, даром, что вероятность появления свидетелей в этой части леса в такое время была невелика, но Эд только сплевывает презрительно на асфальт смесь крови и слюны и остается стоять за плечом вожака, до хруста сжимая могучие кулаки.<br />— Ты же гребанный коп, это тебе не причина, говнюк? — озлобившись, Остин сделал пол шага вперед. Первый помощник шерифа не первый раз вставал на пути дальнобойщика, ломая весь кайф, нарываясь на разговор совсем в других плоскостях.<br />— Ой, извини, — зажав сигарету в зубах, Элвин принялся бить себя по карманам, — где-то же у меня был значок, — глубоко засунув руку в карман джинсов, Майер сделал вид, что усердно ищет, — а вот же он, — кулак с оттопыренным средним пальцем завис на уровне плеча, красной мишенью окровавленного платка маяча перед озлобленными мордами с синхронно мелькнувшими желваками, — Если у вас что-то случилось, вы можете пройти в участок и написать заявление.<br />— У меня идея получше, — сделав еще шаг вперед, Остин оскалил желтые зубы, — Раз уж ты не при исполнении, и мы все в таком чудном тихом местечке, то почему бы нам всем не провести этот вечер максимально приятно, а парни? — дальнобойщик оглянулся на расплывшихся в понимающих улыбках друганов и указал на лежащего на земле мужчину, — Видишь ли какое дело. Этот недоделанный герой лишил нас подружки на вечер, а мы уже как-то настроились на отсос.<br />— Еще раз, прости, — покивав, Элвин вновь затянулся и поднял палец, как на уроке, — я забыл, почему мне не похуй?<br />— Да ты погоди, я закончу, — еще пару шагов и плотоядно ухмыляющееся трио, поигрывая мускулами и прицыкивая языками,&#160; замерло в метре от невозмутимого полицейского, что незаметно отодвинул одну ногу назад, принимая более устойчивую позу, — Нас трое, вас, девочки, всего полторы от силы, смекаете? Надо отработать.<br />— Придется поднапрячься, дамочки, — гнусно осклабившись, один из подельников вякнул из-за спины, разминающего плечи главаря.<br />— Что ж, — Эл покачал головой, будто прикидывая что-то в уме, и вновь затянулся, — Не верю, что я это говорю, но ты в кой-то веки прав. Местечко и, правда, тихое, безлюдное. Свидетелей нет. Можно я сперва выпью?<br />Внутренне ликуя возможности выпустить пар, Элвин, не глядя, протянул руку, отбирая у лесного знакомца бутылку. Пара больших глотков обжигают гортань, застревая на миг посреди горла, обостряют и без того взведенные нервы. Майер вытирает рот правой рукой, по привычке, вспоминает о травме, лишь почувствовав привкус крови во рту. Это плохо, ведь правая его основная рука.<br />— Ну что погнали?<br />Остин замахивается тяжело, вкладывает в удар силу, тогда как Майер привык полагаться на ловкость. Легко поднырнув под пудовый кулак, коп плеснул вискарем в разбитое лицо Эда и, перехватив бутылку за горлышко, впечатал ее с разворота в основание шеи Остина. Дальнобойщик спотыкается под силой инерции, летят осколки в разные стороны, а Эл уже отправляет щелчком все еще зажженную сигарету вслед и не успевает увернуться от удара, нанесенного третьим ублюдком. Кулак врезается в нижние ребра, отбрасывая в сторону, и Элвин делает пару шагов, машет, не глядя, оставшейся в руках «розочкой» от бутылки, но все же удерживается на ногах, лишь шипит сквозь сжатые зубы, чувствуя, как разливается в боку пятно боли. Этот дерется куда лучше, сразу видно частый гость в клубе Грега. Эл уворачивается от прямого удара, пытается контратаковать, но, промахиваясь на какие-то сантиметры, отступает под шквалом ударов, которые остается только блокировать. Каждый удар отзывается расходящимися волнами боли в костях подставляемых рук. Майер рычит, старается сдержать злость, еще немного и контроль будет уже не вернуть. Грега нет, чтобы помочь грубой силой в уничтожении трупов и улик. Еще и свидетеля тогда придется как тоже убирать. Элвин сжимает остатки бутылки сильнее, лопаются подзажившие раны, вновь окропляя платок свежими пятнами. Противник замахивается в очередной раз, в то время, как облитая виски и маслом рубашка Остина загорается от слабого огонька сигареты, огонь перекидывается на заляпанный машинным маслом комбез, обжигает сальную кожу. Ублюдок кричит, размахивая руками, пытается сбить огонь, но только мешает бросившемуся на помощь Эду, что наконец проморгался от щиплющей раны алкахи. Воспользовавшись тем, что противник отвлекся на крики, полицейский перехватывает руку, дергая бугая на себя, и проводит подсечку практически, как по учебнику, приставляя «розочку» к горлу лежащего.<br />— Только дай мне повод, и ты труп, — голос рычит бешеным зверем, горят ненавистью налившиеся красным глаза, практически молят дернуться хоть на дюйм.<br />Дальнобойщик бьет открытой ладонью по земле, признавая поражение, поднимает свободную руку, и Эл отступает, все еще держа импровизированное оружие перед собой. Старается дышать медленней и переводит взгляд на потасовку рядом. Наконец, повалив товарища на землю, Эдди сбивал последние тлеющие огоньки с потрепанного комбинезона.<br />— Ну что, Остин, сосаться-то будем? — легонько пнув уткнувшегося носом в землю дальнобойщика, Майер склонился, осторожно поправляя развязавшийся на кулаке платок, — ну вот что ты за человек такой, а? Вечно только обещаешь.<br />— Сука, тебе просто везет.<br />— Ну не без этого, — прищелкнув языком, Майер сделал шаг, якобы случайно наступая на пальцы бугая, — Грега скоро выпишут, но лучше бы вам, ребятки, не нарываться, пока папочка не вернулся. Не думаю, что он станет платить за ваши никчемные жопы.<br />Отбросив стекляшку, Эл вновь достал из кармана сигареты и, закурив, направился к бару. Терпкий табак успокаивал обнаженные нервы, Элвин затягивается, пока хватает сил, проглатывает дым, наслаждаясь обжигающим комком, прокатившимся по гортани, выдыхает медленно через нос. Драки не вышло — так потасовка. Злость все еще здесь, никуда не ушла. В последние дни она вообще не уходит, лишь умолкает на время, будто крутят регулятор чьи-то ловкие пальцы, контролируя силу потока.<br />— Карл, дай вискаря, а?<br />Любимый стул в углу барной стойки пустует, скорее потому, что еще слишком рано, но Элвину нравится думать, что он только его. Почетное место для завсегдатая.<br />— Оставь, — положив руку пузатый бок, Элвин удержал бутылку на столе, пресекая попытки бармена ограничиться налитием одного бокала.<br />Когда-то белый платок насквозь пропитался подсыхающей кровью. Ткань отдирается от израненной кожи с трудом, сдирая следом засохшие корочки с ран. Элвин втягивает воздух сквозь сжатые зубы, затягивается сигаретой перед каждым витком. С болью не договориться, не отложить на потом, можно только глушить красные пятна перед глазами, неоновые вывески сигналов опасности, что мозг упорно слал, пытаясь достучаться. Коп отрывает последний виток с пальцев, позволяя тряпке безвольно скользнуть на пол, и рассматривает раны вблизи. Кровь, покрывающая все от верхних фаланг пальцев до середины кисти, выглядела ужасно, новые капли проступали сквозь подсохшую корку то тут, то там, добавляя картинке красок, но мешая оценить масштаб повреждений. Сгибать пальцы чертовски больно и Майер кривится мимолетно, отводя руку за пределы барной стойки. Нужно чем-то промыть, чтобы увидеть, а заодно неплохо б продезинфицировать. Вздохнув, Элвин опрокинул залпом налитый в стакан виски и взял в здоровую руку бутылку. Будет больно. Глотнув еще раз для храбрости, мужчина повернулся и щедро плеснул из бутылки на руку, смывая кровь и прилипшие нитки.<br />— Элвин, твою мать, ты в сортир уйти не мог?<br />— Неа, — сморщившись, Майер лишь помотал головой, ожидая пока не перестанет щипать, — Видел я твои сортиры, туда и здоровым-то соваться опасно. Дай лучше чистую тряпку какую-нибудь.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sat, 04 Dec 2021 21:14:43 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=160#p160 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=159#p159 <p>Реакция Дениса на попытку коснуться вновь запускает механизм тревожности, в который раз уже за этот день пуская сознание в качку по эмоциональным качелям. Хотя какие качели, это уже ебаные американские горки, со всеми этими взлетами при появлении надежды на лучшее и падениями в бездны отчаяния и безысходности. Видимо пришло время мертвой петли. Паша вытирает резко похолодевшие руки о влажные от дождя штаны, но не решается спорить, обходит автомобиль, послушно садясь на водительское сидение. Пестель – послушно! Нет, вы это видели вообще? За такое надо брать деньги, ибо это что-то сродни бородатой женщины с двумя головами. Паша даже не решается заговорить, просто вжимается всем телом в сидение, пока гонит, конечно же, вновь нарушая, до дома Палыча, поворачивается по приеду, лишь бровью спрашивая нужна ли Денису помощь, но так и не решается посмотреть Орлову в лицо. <br />- <strong>Блядь</strong>!<br />Сильная рука ударяется о многострадальный руль, стоит Дэну с преподом скрыться за дверью подъезда, дрожат сбитые пальцы, которые то вплетаются нервно в колкую поросль стоящих дыбом волос, то пытаются зажечь огонь зажигалки, то мечутся по груди и ногам, не в силах найти себе место. Парень то скрещивает руки на ноющих ребрах, то упирается ими в бока, склоняясь всем корпусом и мелко дыша, то вновь срывает злость на руле. <br />Придурок. Ты правда решил, что все будет так просто? Что скажешь волшебные эти три слова и Денис падет в твои объятия, как сраная диснеевская принцесса, у которой внезапно к концу сказки начинается амнезия и она забывает о всем том дерьме, что успел натворить принц до того, как бросил ей в лицо слова о любви? Можно подумать, что они вообще что-то меняют. <br />Но ведь меняют. Павлику хочется закричать, выйти из машины и сорвать на чем-нибудь свою злость, ужас и боль. Злость на себя, что опять разъедала бандитского сыночку изнутри, орала отцовским голосом, что он идиот, никчемный выблядок, не способный ни выполнить простой приказ, ни защитить тех, кто ему дорог. Зачем вообще втянул в это Дениса? Чего добивался? Хотел чего? Поддержки или просто переложить ответственность со своих плеч на его? Добавить ему проблем, чтобы только лишь утвердился в мысли о том, какое ты все же дерьмо. Ведь дерьмом быть гораздо легче. Гораздо проще бить, чем думать и извиняться. Еще и в любви, блядь, признался зачем-то.<br />Пестель глушит крик стоном, пряча в ладонях лицо, впивается пальцами в кожу, будто пытаясь пробиться ими сквозь череп и вытащить мозг прямо из головы. Теперь потерять Дениса кажется самой страшной ошибкой на свете, а ведь он сам предлагал ему уехать и никогда не возвращаться. Что там говорят? Если любишь, то должен уметь отпускать? Должен заботиться в первую очередь о том, кого любишь? <br />Павел не успевает подумать над этой мыслью, отвлекшись на звук открывающейся двери. Староста выглядит вымотанным и хочется податься вперед, спрятать любимого в кольце рук, ограждая от всего мира, но все же Пестель остается на месте, понимая, что ограждать Орла следует в первую очередь от него. <br />- <strong>Ты.. уверен?</strong><br />Охрипший голос не сразу послушался и Паше пришлось прочистить горло, снова чуть морщась от протестующей каждому движению боли. Ехать домой к Денису все еще казалось странным решением, но все же он послушно вдавил педаль в пол, вплетая автомобиль в поток дневного городского трафика. Хотелось объясниться с партнером, рассказать о своих чувствах, пояснить каждый выбор и решение, попросить в очередной раз прощения, но Пестель так и не решился нарушить молчание, лишь судорожно выдохнул в ответ на резкое «пошли» по приезду.<br />За эти два года, что они были вместе, Павлику ни разу не приходила в голову мысль, что нормальные пары к этому времени обычно уже проходят процедуру знакомства с родителями, так или иначе. Но у них же все было по другому. Он не распространялся о своей семье, но и не расспрашивал Дэна, видимо тоже считающего, что ему – Пестелю – нет места в той части его жизни. И сейчас парню было примерно равноценно как страшно, так и интересно. О том, что семьи бывают другие, не похожие на волчью стаю, где каждый хочет перегрызть глотку другому, он догадывался, но мало ли что там показывают в кино, и пишут в книгах. Да и потом Денис сын мента, как оказалось, а уж менты питали к роду Пестелей особую нелюбовь, поэтому Павел в целом не удивился ни полному презрения взгляду со стороны Орлова старшего, ни нежеланию иметь с ним что-либо общее. Парень бы даже не удивился, если бы ему снова дали по роже и вытолкали за дверь, но все же реакция и отца, и сына была совершенно не той, которую мог ждал выросший в стае щенок. Прятаться за чужой спиной было странно, но Денис упорно держался так, чтобы оставить Павлика позади себя, словно бы прикрывая плечом от отцовского гнева, хотя тот и не думал гневаться, только глянул на сына полным разочарования взглядом и скрылся в недрах квартиры.<br />- <strong>Ден, может я...</strong><br />Неловкость ситуации все же попыталась вылиться в тихую попытку побега, но староста лишь рыкнул, указав на дверь своей комнаты, и скрылся в том же направлении, что отец, а потому у бандита в принципе не оказалось никакого другого выбора, кроме как разуться и малодушно спрятаться за спиной товарища, оставляя его разбираться с ситуацией одного. <br /><strong>- Трус.</strong><br />Прикрыв за собой дверь, Пестель постоял некоторое время на пороге, прислушиваясь и обещая себе, что если услышит крики, то непременно пойдет и вмешается, но все же оторвался от щелки и перевел взгляд на убранство спальни любовника. Комната Дениса была настолько его, что по разбитым губам Павла скользнула неуверенная улыбка. Личность музыканта виднелась в каждой мелочи: от небрежно брошенной на спинку стула рубашке, до обклеенных стикерами колонок. Было даже немного неловко быть здесь одному, но Пашка шагнул неуверенно вглубь, легко касаясь пальцами корешков книг и альбомов.<br />-<strong> Эй, это же моя рубашка.</strong><br />Дойдя до стола, парень поднял со спинки стула знакомую вещь, которую потерял где-то уже больше года назад, и, улыбнувшись, прижал мимолетно к груди, в которой резко стало тепло, но все же повесил обратно, не решаясь привносить что-то от себя в чужой уклад. <br />-<em class="bbuline"> Сынок, ты вернулся?</em><br />Внезапно женский голос прервал тишину, вынуждая парня буквально подпрыгнуть на месте. Толкнув дверь, в комнату зашла женщина и, замерев на пороге, удивленно заулыбалась.<br />- <em class="bbuline">Я, конечно, могу ошибаться, но ты, вроде бы, не мой сын.</em><br />- <strong>Эээм.. нет</strong>, - нервно пряча руки в карманах, Паша неосознанно тоже расплылся в улыбке, - <strong>Я.. эээ.. хмм.. друг Дениса.</strong><br />- <em class="bbuline">Друг</em>,- протянув в ответ, Орлова сложила руки на груди и окинула гостя чисто женским оценивающим взглядом, под которым Пестелю стало еще больше неловко, - <em class="bbuline">Понятно</em>. <br />- <strong>Да, я.. эээ</strong>, - чувствуя как начинают гореть покрасневшие щеки и уши, Павел качнулся на носках и, почесав лоб, взмахнул рукой, -<strong> У вас.. эээм.. чудесный дом.</strong><br />- <em class="bbuline">Ой, подожди</em>, - приблизившись, женщина коснулась пальцами ссадины на лбу парня, - <em class="bbuline">Это не тебя я с утра видела у подъезда</em>?<br />- <strong>Нуу</strong>, - не зная куда деться, Паша отвел глаза, но удержал себя на месте, снова пряча дрожащие руки в карманы штанов.<br />- <em class="bbuline">Дорогой, скажи мне честно, это вы с Денисом друг другу синяков понаставили</em>?<br />- <strong>Нуу</strong>, - еще более неловкой ситуация видимо стать не могла, Пестель зажмурился, не привыкший в целом держать перед кем-то ответ, но не смог заставить себя грубо послать эту женщину, а только сделал шаг назад и сокрушенно сел на край кровати, вновь пряча лицо в ладонях, - <strong>Не совсем</strong>. <br />- <em class="bbuline">Расскажи, что случилось</em>.<br />Ласковые пальцы на затылке второй раз за день всколыхнули в бандитском сыне неведомые ранее чувства. Захотелось почувствовать хотя бы раз, как это, когда мама тебя утешает, гладит по голове и говорит, что все будет в порядке. Внезапно шмыгнул носом, чувствуя, как резко засвербело в носу, и неожиданно для самого себя заговорил.<br />- <strong>Я не знаю. Все как-то пошло по пизде. Ой, простите. Вышло из-под контроля. Я идиот и допустил ошибку. Я не хотел и пожалел в ту же секунду, но сперва отец вломил за неуспеваемость, а потом Николай Палыч пьяный начал мне что-то втирать про то, что я ему нравлюсь и полез целоваться, я подумал, что ну почему бы и не воспользоваться ситуацией. И зачем-то поцеловал его тоже</strong>, - сбивчиво тараторя, Паша опустил голову еще ниже, заводя руки к затылку, будто пытаясь отгородиться от мира, - <strong>А потом эти фотки. И Денис увидел, и эта шлюха, измазавшая его помадой. И я не знаю, что на меня нашло. Я ведь люблю его, но разве можно делать так больно тому, кого так сильно любишь? А потом мой отец тоже узнал и сказал своим говнюкам выбить из меня эту дурь.</strong><br />- <em class="bbuline">Не этого я ожидала, конечно</em>, - ошарашенно моргнув, женщина лихорадочно пыталась осмыслить услышанное, но не отодвинулась и руку с плеча гостя не убрала, - <em class="bbuline">Если я правильно все поняла, то тебя избил отец за то, что ты недостаточно хорошо по его мнению учишься, потом пьяные преподаватель попытался тебя поцеловать, Денис, узнав, приревновал, вы поссорились и за это твой отец сказал каким-то людям тебя избить?<br /></em>- <strong>Блядь</strong>, - внезапно осознав, что наговорил лишнего, Паша вскочил на ноги и, сперва отшатнувшись, приблизился снова к матери любовника, падая на колени и молитвенно складывая руки, - <strong>Пожалуйста, скажите мне, что вы не от меня сейчас узнали, что у Дениса был парень. Он не при чем, правда. Это все я! Я ужасный человек, а ваш сын... Он лучший из всех, кого я знаю. Он добрый и замечательный. Вините меня, ведь виноват только я, он не при чем. Правда.<br /></strong>- <em class="bbuline">Тихо, тихо, успокойся</em>, - прерывая сбивчивый поток речи, Орлова взяла мужские ладони в свои и заглянула в красные и полные отчаяния глаза, -<em class="bbuline"> Я уверена, что ты не ужасный человек, потому что такого Денис, каким я его знаю, бы точно не выбрал.</em> <br />- <strong>Но</strong>..<br />- <em class="bbuline">Никаких но</em>, - снова перебив, женщина коснулась немного колючей щеки и улыбнулась, старательно не показывая сидящему напротив мальчишке весь тот спектр эмоций, который вызвали брошенные им слова, - <em class="bbuline">Мне кажется, всем стоит немного выдохнуть и подумать о произошедшем. Сегодня ты останешься с нами, даже не спорь. Домой к отцу я тебе не пущу</em>.<br />Еще раз прервав попытку поспорить, Орлова встала и, выйдя на минуту из спальни сына, вернулась уже с полотенцем и твердым намерением загнать гостя в душ.<br />- <em class="bbuline">Так держи полотенце</em>, - деловито отодвигая ящики сыновьих комодов, женщина выудила футболку с шортами и всунула это все в руки ошарашенного Пестеля, - <em class="bbuline">Ты, конечно, немножко пошире, но думаю влезешь. Ванная там. Бери, все, что понадобится, чувствуй себя, как дома и все такое. <br /></em>- <strong>Но я...</strong><br />Поняв, что говорит уже в закрытую дверь, Паша выдохнул и опустошенно присел на край старой ванны. Он ведь даже не успел представиться этой женщине, что приняла его, как своего. Почему-то казалось, что родная мать бы так не поступила точно. Она скорее бы только моргнула своими пустыми рыбьими глазами, в которых давно уже потухла искра и воля к жизни, а потом ушла к себе в спальню, оставляя сыновей наедине с их проблемами и отцом. Стало вдруг интересно, как мама Дэна объяснит это своему мужу, который явно не будет в восторге от идеи оставить у себя на ночь Пестеля. Очень хотелось бы верить, что это не вызовет для нее сильных проблем. <br />Вздохнув, Паша встал и, отложив вещи Дениса на стоящую рядом стиралку, стянул с плеч ветровку и майку. Отражение в зеркале пугало даже его самого. Налившиеся гематомы окрашивали бледную кожу цветными пятнами, пестря тут и там корочками засохшей крови, ведь он после вчерашних побоев в душ так и не сходил, да и пахло от него, наверное, тоже не очень. <br />- <strong>Ладно</strong>.<br />Кивнув самому себе, бандитский сын, тихонько кряхтя, стянул с себя джинсы и, забравшись в ванную, включил душ. Горячие струи приятно стекали по телу, становясь мутными ближе к сливу, вызывали сонливость, забирая с собой не только грязь, но и тревоги, и Пашка лишь спустя какое-то время моргнул, поняв, что потерялся по времени, полностью растворяясь в шуме воды и обволакивающем тепле. Наскоро вымывшись и натянув вещи Орла, он неуверенно выглянул из ванны. Коридор был пуст, только откуда-то доносились приглушенные голоса, видимо родители Дэна спорили, но Пестелю что-то совсем не хотелось встревать в эту беседу, а потому он практически на цыпочках вернулся к уже знакомой двери спальни Дениса и постучал.<br />[nick]Павел Пестель[/nick][status]PMML[/status][icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001a/e6/bf/8-1602324781.jpg[/icon][sign]<span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 10px">А на самом деле это не просто<br />Мне резали тело<br />Мне ломали кости<br />Но так ещё никто не делал</span></span></span>[/sign][ls1]Павел Пестель, 24[/ls1][ls2]Дерзкий сын местного криминального авторитета, серийный неудачник и гопник[/ls2]</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Fri, 05 Nov 2021 16:34:36 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=159#p159 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=157#p157 <p>[nick]Денис Орлов[/nick][status]Тянет к тебе, как щенка из коробки[/status][icon]https://i.ibb.co/brBPBB5/502f83ebc73e.png[/icon][sign]<span style="display: block; text-align: right"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://i.ibb.co/dDq7FgC/102492.png" alt="https://i.ibb.co/dDq7FgC/102492.png" /><br /><span style="font-size: 10px">Папа, ты не представляешь себе, что я наделал.<br />Чему я, кажется, позволил случиться...</span></span>[/sign][ls1]Денис Орлов[/ls1][ls2]диджей, староста, сын майора полиции, гордый обладатель белой десятки и прибавки к стипендии[/ls2]</p> <p>Когда Паша подошёл ближе, Денис отчего-то напрягся, с трудом заставляя себя остаться на месте, и это ему совсем не понравилось. Сам не желая того, он словно опасался чего-то, и ладно, если удара, что было бы более чем логично, но, нет. Он инстинктивно хотел отпрянуть от любого инициированного лаской контакта, и Павел, кажется, это заметил, но ничего не сказал. Быть может в нынешней ситуации, он просто списал эту сдержанную нервозность Дениса на окружающие их обстоятельства и предстоящую авантюру, а потому прихватив протянутые купюры между мизинцем и безымянным, остальными пальцами он коснулся кисти партнёра, но та сразу же вздрогнула. Не сильно, практически едва ощутимо, но всё же. Ведь всё тело, которое ещё день назад, каждой клеткой отзывалось на близость Павла, теперь словно уяснило преподанный тем урок, а потому отчаянно хотело избежать любого контакта. Немело в оцепенении, пробуждая в мозгу желание отступить, уйти, отстраниться и всячески миновать прикосновений и проявления ласки. Самое странное, когда Денис сам проявлял инициативу, этого ощущения не было и в помине, но стоило Паше ласково опуститься ладонью до основания шеи, как свободная рука ди-джея тотчас легла поверх. Этот ответный, сдерживающий жест вышел настолько неловким, резким и неуместным, что Орлов даже невольно свёл брови и на долю секунды опустил глаза в пол. Стараясь мягко ускользнуть от сближения, и по возможности скрыть истинные причины своего странного поведения, вскоре он решительно приподнял пятку правой ноги, намереваясь вот-вот отступить обратно к Романову под любым маломальским предлогом, но стоило пальцам любовника утонуть в прядях затылка, как в голове всё разом перемешалось.<br /><strong>- Паш...</strong>- сердце с места сорвалось в карьер, и ладонь как-то сама собой сомкнулась на запястье любовника. Проводя нелепые и нежелательные параллели с той ночью в кабинке, когда Павел за волосы заставил смотреть на себя, сознание упрямо диктовало свои правила поведения. Оно вынуждало убрать чужую руку и отойти. Объяснить причину своего поведения, при этом сохраняя дистанцию, но стоило Пестелю произнести слова о любви, как заготовленное Денисом &quot;не надо&quot;, так и осталось несказанным. И пусть сердце в его замершей на вдохе груди всё ещё билось тяжёлым и частым набатом, он всё же ответил на поцелуй. Ответил охотно и жадно, всячески стараясь не дать своей странной опаске опомниться, а под конец даже чуть прихватил нижнюю губу Павла зубами, но отстранился всё-таки первым. <br /><strong>- Если так, значит мы со всем справимся</strong>,- умолчав об ответных чувствах, он произнёс слова тихо, словно боясь быть услышанным кем-то ещё кроме внезапно обернувшегося партнёра и, получив от того трогательный, отрывистый поцелуй, неуверенно улыбнулся. <strong>- Поезжай, и будь, пожалуйста, осторожен в дороге.</strong><br />Привалившись плечом к косяку входной двери, Орлов с замиранием сердца наблюдал за сорвавшейся в дебри машиной, и едва та скрылась из вида, он вдруг сполз спиной по гнилой древесине. Не обращая никакого внимания на кряхтящего в доме преподавателя, молодой человек поджал колени к груди и, обхватив их руками, опустил голову. Оставшись наедине с самим собой, его нервы попросту сдали от обилия стресса. Где-то внутри с треском сломался последний сук в охапке скупой на эмоции выдержки, и вся внешняя сдержанность вдребезги развалилась, взорвавшись множеством чувств, осколки которых теперь хаотично жалили и слёзно душили. <br /><strong>- Прости... на твоём месте должен быть... я,</strong> - с силой жмуря отяжелевшие веки и сильнее вжимая лицо в колени, Денис даже не взглянул в направлении единственного собеседника, который к тому времени умудрился принять шаткое сидячее положение. Он лишь неохотно признал перед тем неутешительный для себя вывод, а после, содрогаясь от пробирающей тело дрожи, упрямо продолжил оправдывать проступок любовника, постепенно и незаметно перекладывая всю вину на себя. Ведь наверняка Павел не пошёл бы на такое по собственной воле, его попросту вынудили так поступить. Силой заставили избавиться от человека, и только поэтому он согласился. А почему же Денис стал во всём этом участвовать? Почему он позволил всему этому произойти? Настоящий, тот самый Денис Орлов, рациональный, ответственный и во всем смыслах правильный, чёртов староста и отличник, он бы ни за что не оказался в такой ситуации, но что же он делал сейчас? Каким стал? Прощал и оправдывал любое дерьмо. Самозабвенно наступал на горло всем своим принципам, собираясь отравить алкоголем дезориентированного препаратами преподавателя. Решился перекроить свою жизнь, и до кучи втянуть родителей в неминуемые, несомненно, опасные разборки с криминальной семейкой. И всё это ради чего? Ради кого? Ради спасения того, кто ещё вчера выказал отвратительную, но, увы, неотъемлемую часть своего настоящего &quot;Я&quot;? И стоило парню только подумать об этом, как его внутренний голос незамедлительно обнулил всё приведённые ранее доводы, проскрежетав, словно пенопласт по стеклу, нежелательную правду о том, что вчера Пестеля никто не принуждал к ненужной жестокости, и это уже никак не оправдать. <br /><strong>- Да что ж это...</strong>- подавленные обида и боль за произошедшее ночью, с утроенной силой дали о себе знать, отчего под сомнением теперь оказались даже сказанные Павлом слова о любви. Именно из-за этих задушенных за ночь чувств, Денис не ответил ему так, как хотел. Именно эти треклятые чувства порождали то самое отчуждение и необузданный страх, справиться с которыми не получалось, как бы сильно молодой человек ни старался. И из-за осознания этого его плечи крупно и рвано сотрясались под покрытой косыми каплями курткой, а пальцы лихорадочно затеребили боковой шов мокрых джинс, время от времени с характерными звуками соскальзывая ногтями по ткани. Из-за своих глупых, слепых и скомканных ныне чувств, он, не раздумывая поставил на карту всё, а теперь попросту в них потерялся, будучи не уверен больше ни в чём...</p> <p>Спустя какое-то время, Орлов взял себя в руки и, поднявшись, вышел наружу. От длительного сидения в неудобной позе, при ходьбе его немного покачивало, а из-за минувшего срыва усталость навалилась столь резко, что в какой-то момент он даже остановился, дабы немного перевести дух. Упираясь ладонью в покатые брёвна, штабели из которых составляли стены этой лесной сторожки, буквально минуту молодой человек так и стоял, намеренно склонив голову чуть вперёд, чтобы холодные капли дождя отрезвляюще покалывали загривок, а после принялся умываться. Стремясь избавить себя от любых признаков допущенной слабости, сперва он ковшом подставил ладони под стекающий с крыши дождевой ручеёк, и пару раз плеснул водой на лицо, но вскоре решил поступить немного иначе. Согнувшись с целью уберечь джинсы, он уперся обеими ладонями в стену и, закрыв глаза, опустил голову, подставив затылок холодному, тонкому водопаду, тем самым позволяя воде быстро пропитывать собой каждую прядь волос. Холодные струи, щекоча, сбегали по шее и забирались куда-то под куртку, отчего футболка вскоре неприятно прилипла к груди, но Орлов не обращал на это внимания, ибо этого и добивался. Постепенно возрастающий дискомфорт помогал ему отвлечься, а неминуемый скорый озноб окончательно прояснил голову, побуждая сосредоточиться на предстоящем без лишних эмоций. Да, он всё же поможет Павлу. Для начала они вместе уладят ситуацию с преподавателем, по возможности не причинив тому вред, а после надо будет решить всё через отца. При необходимости, можно будет даже подключить к этому московского дядю, положение и связи которого ничуть не уступают Пестелю старшему, разве что распространяются в законной среде, а дальше уж пусть как пойдёт. И может им с Павлом в итоге всё же придётся расстаться, но, по крайней мере, один из них будет знать наверняка, что он сделал все, что было возможно, дабы оградить второго от криминальной семейки.&#160; &#160;<br />Услышав отдалённый треск веток и рёв мотора, Денис разомкнул отяжелевшие от воды ресницы и легким толчком отстранился от мокрой стены, взглянув в направлении звука, но машину пока было не видно. Лишь спустя пять минут, перевалив через очередную возвышенность, BMW вынырнула из-под метущих землю пурпурных ветвей раскидистой вербы. Это дерево являло собой необыкновенную красоту, которую в городе и вообразить невозможно, но молодой человек этого даже не замечал. На ходу смахивая с волос излишки дождевой влаги, что было тщетно из-за непрекращающегося дождя, он визуально убедился в сохранности водителя автомобиля и, не дожидаясь пока тот припаркуется, молча вернулся в дом.&#160; &#160;</p> <p><strong>- Ничего нового. Как видишь, Палыч всё ещё на своей волне,</strong>- взяв из рук Павла позвякивающий стеклотарой пакет, Денис даже не взглянул на того, про себя объяснив это тем, что лишние эмоции были им совсем не к чему. Сперва нужно сосредоточиться исключительно на Романове, избавить себя от него и решить, как лучше преподнести всё Орлову старшему, и лишь после этого можно будет всё обсудить. Даже не можно, нужно, но не сейчас.<br /><strong>- Ни малейшего понятия не имею о том, где он живёт. Я думал, ты знаешь. Я думал вы... Не бери в голову. Я рад, что ошибся</strong>,- достав из пакета одну из бутылок, молодой человек резким движением повернул крышку и, прислонив холодное горлышко к своим губам, сделал пару крупных глотков. Виски царапало горло, проливаясь в пустой желудок обжигающей лавой, что было далеко не самым приятным из ощущений, но Денису нужно было хоть немного расслабиться, ибо после недавнего срыва, в голове у него была настолько густая каша, что ложкой не провернуть.&#160; &#160; &#160; <br /><strong>- Да, я видел у него паспорт в правом нагрудном кармане. В машине посмотрю номер квартиры. Давай уже начинать</strong>,- морщась от выпитого, он отставил бутылку на битый кирпич старой печи, и вместе с Павлом усадил неловко сопротивляющегося Романова обратно на старый, скрипучий стул. Теперь было самое сложное - предстояло того напоить. Сделать это нужно было весьма осторожно, дабы ненароком не передозировать алкоголь, который наверняка хреново сочетается с Рогипнолом и Нитразепамом, но Орлов даже примерного представления не имел о дозволиных пропорциях. Более того, едва почувствовав на губах горечь спиртного, мужчина начал недовольно мычать и протестующе мотать головой из стороны в сторону, из-за чего парням вскоре пришлось насильно того усмирять, заливая виски прямиком в глотку, без поправки на дозы.&#160; <br />Когда изрядно пролитая на пол бутылка всё-таки опустела, в истязаемом преподавателе мало чего осталось от человека, и всем своим видом тот всячески походил на самого настоящего зомби. Будучи с ног до головы грязным от пыли и мокрым от виски, с опухшим лицом и периодически закатывающимися в череп глазами, он выглядел отвратительно и время от времени что-то хрипло и булькающе рычал. Благо хоть не обделался, по крайней мере, пока.<br /><strong>- Я очень надеюсь, что он не отбросит копыта. Давай поскорее покончим со всем,</strong>- смерив Романова взволнованным, граничащим с брезгливостью взглядом, Денис на всякий случай протёр пустую бутылку наспех найденной в помещении тряпкой, а после кивнул головой в сторону выхода. Стараясь ничего не упустить и не думать ни о чём лишнем, он действовал словно на автопилоте, выполняя механические, необходимые для задуманного манипуляции. Молча помогал тащить и утрамбовывать Палыча в автомобиль, и без раздумий закинул ногу в салон, намереваясь сесть рядом с тем и приступить к поискам паспорта, но прикосновение Павла заставило его снова вздрогнуть.<br /><strong>- Не надо. Не факт, что моё вмешательство спасло ему жизнь, и вовсе не факт, что оно не сократит жизни тебе, мне или кому-то ещё. Но это мой выбор, и... Пожалуйста, давай поговорим об этом потом, хорошо?</strong> - замирая одной ногой в салоне, а второй в вязкой размытой непогодой грязи, Орлов снова воздержался от зрительного контакта. Более того, даже находясь затылком к партнёру, он дополнительно потушил взгляд в матовой коже обивки, тем самым показывая, что продолжать разговор не намерен. <strong>- Садись за руль, Паш, нам надо ехать.</strong></p> mybb@mybb.ru (Хайль Гидра!) Thu, 21 Oct 2021 18:41:08 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=157#p157 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=148#p148 <table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr><td><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 9px"><strong>e n g</strong> l i s h&#160; v e r s i o n</span><br />&#160; &#160; &#160; <br /><span style="color: #9ba461"><span style="font-family: Comfortaa"><span style="font-size: 18px"><strong>Pavel Pestel</strong></span></span></span><br /><span style="font-family: Arsenal"><span style="font-size: 14px"> Union of Salvation </span></span></span></p></td><td style="width:15px"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 14px">:</span></span></p></td><td><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 9px"><strong>r u s </strong>s i a n&#160; v e r s i o n</span><br />&#160; &#160; &#160;<br /><span style="color: #978061"><span style="font-family: Comfortaa"><span style="font-size: 18px"><strong>Павел Иванович Пестель</strong></span></span></span><br /><span style="font-family: Arsenal"><span style="font-size: 14px"> Союз Спасения</span></span></span></p></td></tr></table><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://i.ibb.co/9vyhs7x/pestel1.gif" alt="https://i.ibb.co/9vyhs7x/pestel1.gif" /><br /><span style="font-size: 9px"> pavel priluchny</span></span></p><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr valign="top"><td></td><td style="width:200px"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Arimo"><strong>возраст</strong><br />5 июля 1793, 33 года </span></span></p></td><td style="width:10px"><p><span style="display: block; text-align: center">:</span></p></td><td style="width:200px"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Arimo"><strong>раса</strong><br />человек </span></span></p></td><td style="width:10px"><p><span style="display: block; text-align: center">:</span></p></td><td style="width:200px"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Arimo"><strong>деятельность</strong><br />Поручик</span></span></p></td><td></td></tr></table></blockquote></div><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic">Доброго времени суток Вам, дорогая моя матушка, Елизавета Ивановна!</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">Какое счастие было для меня, когда я увидел еще несколько строк начертанных Вашею рукою, моя добрая, моя обожаемая мать, и когда я прочел в них, что Вы посылаете мне Ваше благословение, этот дар, самый дорогой, самый неоцененный для моего сердца. Богу известно, мои добрые, мои дорогие родители, до какой степени я любил Вас во всю мою жизнь и как это чувство вполне наполняло всю мою душу. Судите по этому сами, каково мое отчаяние, когда я думаю об огорчении, которое причиняю вам теперь. </span></p> <p><span style="font-style: italic">Дни уж мои сочтены. Слышу даже отсюда, из застенков Петропавловской крепости, как плотники возводят на площади виселицу. Последнее пристанище моей грешной души. Величайшая тоска накрывает меня, стоить только подумать, что придется прочесть Вам, моя драгоценная, о сыне своем во всех газетах. Всю мою жизнь, все мысли мои и деяния перевернут в угоду толпе, извратят и опошлят. Хотя настоящая моя история заключается в двух словах: я страстно любил мое Отечество, я желал его счастья с энтузиазмом, я искал этого счастья в замыслах, которые побудили меня нарушить мое призвание и ввергли меня в ту бездну, где нахожусь теперь. Однакож, ежели сетование, скорбь, раскаяние и горесть могут что-нибудь загладить, то ласкаюсь надеждою, что я загладил свои заблуждения. Не знаю, какова будет моя участь; ежели смерть, то приму ее с радостью, с наслаждением: я утомлен жизнью, утомлен существованием. <br />Но все ж не могу не думать, предчувствуя загривком холодное дыхание приснопамятной старухи с косой, когда же все пошло совсем не так. Ведь все казалось таким кристально чистым. Нынче как никогда понимаю Шекспира: <br />У бурных чувств неистовый конец,<br />Он совпадает с мнимой их победой.<br />Разрывом слиты порох и огонь,<br />Так сладок мед, что наконец и гадок:<br />Избыток вкуса отбивает вкус.</span></p> <p><span style="font-style: italic">Доводилось ли Вам, любезная моя Елизавета Ивановна, читать стихи Саши Пушкина? Мы с ним свели знакомство в двадцать первом году, когда он жаждал примкнуть к нашему общему делу, но быстро покинул нас, к моему вящему сожалению. Вам, возможно, попадалось сие произведение под авторством Миши Бестужева, но, скажу я Вам, не тая, дражайший наш Михал Палыч плут, каких мало, и стихотворение написано все же Пушкиным. Позволю себе процитировать его по частям, дабы в полной мере раскрыть Вам, матушка, отчего оно трогает сейчас мое сердце, пока оно еще бьется, запертое, как и я, в своей решетчатой клетке.</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic">Любви, надежды, тихой славы<br />Недолго нежил нас обман,<br />Исчезли юные забавы,<br />Как сон, как утренний туман;</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">В последние свои дни все чаще вспоминаю я, матушка, юные годы свои, проведенные подле вас, как в глубоком детстве, так и потом во время учения в Дрездене. Нигде мне не было так спокойно, ни в Гамбурге, ни под руководством Зейделя, ни в Пажеском корпусе. Интересно, сотрут ли они мои имя с мраморной доски почета, после приведения наказания в силу?<br /></span><br /><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic">Но в нас горит еще желанье,<br />Под гнетом власти роковой<br />Нетерпеливою душой<br />Отчизны внемлем призыванье</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">Ночами холодный ветер с залива приносит мне воспоминания о бесчисленных битвах за благо и честь моей возлюбленной Родины. Стоит закрыть глаза, как вновь могу видеть себя в рядах лейб-гвардии Литовского полка близ Бородино, или в сражениях при Пирне, Дрездене, Кульме, Лейпциге, в боях при Бар-сюр-Об и Труа, или в трижды проклятой Бессарабии. Храните ли вы, Елизавета Ивановна, до сих пор все мои ордена? Я распорядился, чтобы их доставили именно Вам, вот только золотая шпага моя куда-то запропастилась, видимо при аресте. <br />Одно меня огорчает, уж простите меня, мои дорогие родители, за эти слова. Ужели мы не заслужили лучшей смерти? Кажется, мы никогда не отвращали тела своего ни от пуль, ни от ядер. Можно бы было нас и расстрелять.</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic">Мы ждем с томленьем упованья<br />Минуты вольности святой,<br />Как ждет любовник молодой<br />Минуты верного свиданья.</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">Ах, до чего же наивны мы были! Как смеялись над революционным опытом Франции. Ирония судьбы открывается мне сейчас, когда я думаю о предстоящей виселице. С.П. как-то сказал, что если делать всё, как во Франции, то все мы будем висеть. И ведь смотрите, как вышло. Эх, а как красиво нам все представлялось. Коротко и без большой крови. Хотя, глядя назад, я все кристальнее вижу, в какой момент наша идея свернула с дорожки, выложенной желтым сверкающим кирпичом. <br />Страна большая, народ темный, все равно пришлось бы ломать. Либо мы, либо нас, так всегда было, но вот уж не думал я, что сия беда применима и к &quot;Союзу спасения&quot;. Если бы только члены общества нашего в Петербурге оказались более проницательны и расторопны, то больших кровопотерь, я уверен, можно было бы избежать. Особливо был я разочарован велеречивым К.Ф., крепко засевшим в ушах С.П.. Если бы только послушались меня тогда. </span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic">Пока свободою горим,<br />Пока сердца для чести живы,<br />Мой друг, отчизне посвятим<br />Души прекрасные порывы!</span><br /></span><br /><span style="font-style: italic">Не справедливо, в прочем, возлагать всю вину лишь на Северное общество. История и правда ведь творится в Петербурге. До сих пор не могу понять, чего в С.И. все-таки больше: наивности или гордыни? Как я сейчас вижу, вовсе не стоило делать на него ставку. Эти его высокопарные речи, что он хочет победить героем, что без его черниговцев, гусар да полтавцев революция не состоится. Хотя сам он, полагаю, так и не понял, чего боится больше: прослыть предателем или замарать свои руки. Или потерять свою дражайшую Анну? Быть может и Майборода надоумлен был свыше...<br />Если бы все следовали плану. Если бы не погрязали в своих низменных чаяньях и амбициях. Если бы вели себя соответственно статусу. Я вел нас к победе, а не на убой. Нас казнят, а ведь даже не мы начали эту войну. Мы не пролили ни капли их подлой крови. Мы были мучениками за свободу Отечества, первыми жертвами великой войны. Если бы только…<br />Как капли рождают море, так и все эти мельчайшие &quot;если&quot;, скопившись, обрушили на нас лавину, чтоб погребла под собой Петербург. </span></p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic">Товарищ, верь: взойдет она,<br />Звезда пленительного счастья,<br />Россия вспрянет ото сна,<br />И на обломках самовластья<br />Напишут наши имена!</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">Я все еще верю в идеалы, сподвигшие меня вступить на этот тернистый путь, хотя исполнении их ввергает меня в пучину вечной печали. Благими намерениями, как Вы знаете, устлана дорога в ад. Пройду же по ней до конца с высоко поднятой головой и честью, присущей офицеру гвардии его Императорского Величества.</span></p> <p><span style="font-style: italic">Что касается до вас, мои добрые родители, умоляю вас: умерьте ваше огорчение обо мне. Ежели я не мог составить ваше счастие, то у вас есть другие дети, которые конечно постараются исполнить это. Я вас так люблю, что желал бы, чтобы вы могли совершенно забыть меня: так как я получил ваше благословение, то мне более ничего не нужно. Ежели Богу угодно будет, чтобы государь помиловал меня, то все сделаю, чтобы загладить прошедшее. В противном случае перенесу мою участь без жалобы и без ропота. Я даже смерть почту за счастье в сравнении всякого заключения. Да будет воля Божья! Я чрезвычайно благодарен Государю за то, что он позволит мне иметь счастье читать ваше письмо, не смотря на страшно-грустное его содержание. Это уже благодеяние с его стороны. Бог, в Своем бесконечном милосердии, да дарует вам, мои дорогие и добрые родители, хорошее и крепкое здоровье, скорое и совершенное выздоровление. Да превратит Он ваше положение, удрученное заботами и затруднениями, в спокойное благосостояние! Да дарует Он вам долгую жизнь и многия лета и да исполнит их счастьем, удовольствием и благоденствием всякого рода! Одним словом, да услышит Он горячие мольбы, которые беспрестанно воссылает Ему за вас, мои драгоценные родители, ваш покорный и нежный сын Павел.</span></p><hr /><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Arimo"><strong><span style="font-size: 14px">дополнительная информация:</span></strong></span></span><br />- Павел начал военную карьеру в звании прапорщика Литовского лейб-гвардии полка. Он был героем Отечественной войны 1812 года, сражаясь при Бородино и получив золотую шпагу “За храбрость”. Пережив тяжелое ранение, Пестель продолжил участие в военных действиях и к 1822-му дослужился до звания полковника. До сих пор иногда мучается дикими головными болями.<br />- По выздоровлении поступил в адъютанты к графу Витгенштейну, и пребывал на этой должности вплоть до самой казни.<br />- Знатно так разворовывал полковую казну ради спонсирования революции, отчего ему единственному из пятерки висельников Император предъявил обвинения не только политические, но и уголовные<br />- В 1816 году стал участвовать в собраниях масонов, а чуть позже начал политическую деятельность, став участником почти всех тайных обществ, из которых вышли декабристы (“Союз спасения”, “Союз благоденствия”, Южное общество). Последнее он возглавил благодаря уму, красноречию и неизменному уважению, которым пользовался среди соратников.<br />- Павел Иванович написал “Русскую правду” — республиканский проект, выражающий взгляды Пестеля на внутреннее устройство России. Вместе с “Конституцией” Никиты Муравьева этот документ стал главным рупором идей декабристов.<br />- Будучи идейным вдохновителем и лидером декабристов, в восстании Пестель участие, однако, не принимал. Его арест по доносу состоялся незадолго до выхода войск на Сенатскую площадь. При осмотре у мужчины обнаружили и изъяли яд, который мог бы стать причиной преждевременной смерти. Он пережил десятки очных ставок и допросов, один из которых император Николай I проводил лично. Павел Иванович провел в тюрьме полгода. В списке приговоренных к смертной казни его имя стояло под 1-м номером. Первоначально Пестеля хотели четвертовать, но затем меру пресечения изменили на повешение.<br />- Сидя в застенках раскаивался в содеянном, но пережив казнь, ожесточился, придя к выводу, что в провале революции виноваты трусы, предатели и Муравьев-Апостол лично, но пламя революции не погасло и его можно разжечь вновь.<br />- В данный момент низложен до простого поручика</p> <p>&#160; &#160; </p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');"><span style="font-family: Arimo"><span style="font-size: 11px"><strong>ПРОБНЫЙ ПОСТ</strong></span></span></div><blockquote><p>— О, смотри! — указав рукой в глубину черного леса, Пит привстал с перевернутого ящика, на котором сидел последние полчаса.<br />— Наконец-то.<br />Джон выбросил сигарету в накопившуюся кучку окурков и потянулся, оторвавшись от стены. Яркие огни автомобильных фар мелькали сквозь плотные стены сосновых стволов, а значит, их ожидание, наконец, подошло к концу. Зайдя в помещение, мужчина вновь двинулся вдоль стены до старого генератора, который предусмотрительно отключил, чтобы не тратить бензин в холостую. Больно нужно заботиться об удобстве пленников, нечего им тут разглядывать. Старый агрегат вновь пару раз чихнул и заурчал, зажигая тусклые лампочки.<br />— Ну и нахрена вы меня сюда выдернули?<br />Одернув брюки, Райан вышел из машины и брезгливо осмотрел вытянувшихся приспешников. Команды привозить сюда кого-либо он не давал, а значит либо кто-то увлекается самодеятельностью, либо что-то случилось. В любом случае полетят головы, осталось только понять чьи.<br />— У нас для вас небольшой подарок, сэр, — чуть ли не кланяясь, Пит стелился перед боссом, рассчитывая рано или поздно попасть в узкий круг приближенных, — Сюда.<br />Приподняв бровь, Грег расстегнул пуговицу на пиджаке и молча проследовал ко входу в знакомое помещение. Тусклые лампочки, покачиваясь, бросали световые круги на замусоренный пол под размеренный гул генератора. Поздоровавшись, Джон выскользнул на улицу и, пробежавшись до машины, достал чемоданчик, завернутый в плотную ткань. Грубые руки огладили боковину, а на губах расплылся ехидный оскал, будто мужчина держал что-то очень и очень ценное. Пит может расшаркиваться сколько хочет. Райана всегда впечатляла лишь сила, а не подобострастие, а значит сегодня он точно заметит и выделит именно его, Джона. Уж он расстарается изо всех сил.<br />— Это что?<br />Подойдя к прикованным к стульям пленникам, Грегоги остановился в паре шагов, равнодушно осматривая молодого мужчину и девушку.<br />— Это наш подарок вам, — Пит подступил ближе, указывая на парочку вытянутой рукой, будто приглашая к обеду, и улыбаясь, как престарелая матушка на выступлениях своего драгоценного чада.<br />— Босс, — миновав двух, оставшихся у входа, амбалов, Джон протиснулся обратно в комнату и, подойдя к единственному столу, развернул свой чемоданчик, принимаясь раскладывать его содержимое на тряпице. Различные ножи, сверла и инструменты от хирургических до строительных, выкладывались с осторожностью и любовью, располагаясь строго параллельно друг другу. Лишь выложив большую часть, мужчина повернулся и подошел к бизнесмену, все так же молча смотрящего на сидящего перед ним пленника, — Позвольте представить вам нашего гостя.<br />Благосклонно взмахнув рукой, Грег оторвал, наконец, взгляд от агента и, сделав пару шагов, остановился перед девчонкой. Скверное освещение играло странные игры с окружающими цветами, но кожа женщины явно была темнее, выдавая в ней представительницу коренного народа. Протянув руку, Райан коснулся кончиком ногтя подбородка индианки, приподнимая, и тут же отдернул кисть, брезгливо вытирая пальцы о вытащенный из кармана белоснежный платок.<br />Тем временем, Джон, подскочив к агенту, грубо принялся шарить по карманам его куртки, пока не выудил плотный черный прямоугольничек, обтянутый кожей со значком и удостоверением.<br />— Френсис Уотли к вашим услугам, — мужчина протянул боссу находку, сияя, как начищенный медный таз, — собственной персоной.<br />— Действительно, Френсис Уотли, — повертев в руках ксиву, Грег улыбнулся агенту искренней, даже игривой улыбкой, — Первый раз вижу удостоверение агента ФБР. Прям как в кино, так круто, — сложив ксиву и бросив обратно Джону, Райан резко перестал улыбаться и подошел к столу, сосредотачиваясь на рассматривании инструментов пыток, — А нахрена?<br />— Мы слышали, — переглянувшись, подельники начали наперебой выслуживаться, — что этот агентишка приехал копать под вас, следили за ним по приказу Дж..<br />— И как? — перебив мужчин до того, как они начали сыпать именами, Грег повернул голову и поднял глаза, — Успешно следили? Прям доказательства нашли?<br />— Нуу, — стушевавшись, бойцы вновь переглянулись и синхронно отступили, однако Джон, все же решив идти до конца, нахмурился и продолжил, — Нет, прямых не нашли, босс, но он точно приехал следить за Ryan Corp, а если и не конкретно за вами, так одним агентом больше, одним меньше. Леса у нас, сами знаете, дремучие, чего в них только не пропадает.<br />— Вот-вот, — выглянув из-за плеча, Пит решил вставить свои пять копеек, — Да и он вон хлипенький, чутка ножичком ковырнешь, сразу запоет, как пить дать. Вот и узнаем всю правду.<br />Холеные пальцы скользили по блестящей кромке хромированного скальпеля, любовно оглаживая отражение усатого лица с мелькнувшими желваками. Осторожно подняв предмет, Райан поднес его к глазам, вертя и так и эдак, и, ухмыльнувшись, вернулся к бойцам и пленникам.<br />— Значит, агент ФБР, да? — поигрывая скальпелем меж пальцев, Грегори наклонил немного голову, чтобы боковым зрением видеть, обступивших его с двух сторон приспешников. Ублюдки скалились, предвкушая развлечение и награду, — Эх, мистер Уотли, или к вам обращаться надо по званию, агент Уотли? Зря вы приехали в Эшберн, ох, зря. У нас тут места такие неспокойные. Люди пропадают просто все время. Кого звери грызут, кого демоны на тот свет утягивают, а кого и вовсе похищают вместе с офицером полиции заодно.<br />— Офицером полиции? — удивленно переглянувшись, бандиты уставились на развернувшегося к ним Райана.<br />— Придурки, чья была идея?<br />— Его, — ткнув в Джона пальцем, Пит отсупил под яростным взглядом начальника, но слишком поздно. Блеснув в свете мигающих лам, скальпель рассек воздух, а заодно и горло бойца. Инстинктивно зажав шею руками, мужчина хватал ртом воздух, удивленно глядя на босса. Сильными толчками, алая кровь прорывалась сквозь сжатые пальцы, обдавая брызгами брезгливо поморщившегося Райана и замершего от неожиданности Джона.<br />— А, точно, про нее ж в газете недавно писали, — хлопнув себя по лбу, амбал у двери довольно хохотнул, никак не реагируя на происходящее, — а я-то думал, отчего лицо знакомое.<br />— Спасибо, — воскликнув, бизнесмен взмахнул обеими руками и, бросив скальпель на стол, принялся стягивать заляпанный пиджак, — Рад, что хоть кто-то из вас, придурков, умеет читать.<br />Дорогая синяя ткань пропитывалась чужой кровью, оставляя бурые пятна, которые, даже, если бы Грег захотел, выводить было бы проблематично. Грубо выругавшись, мужчина швырнул скомканный пиджак на затихшее тело Пита и отступил от расползающейся лужи под ним.<br />— Ладно, — успокаивая самого себя, Райан облизнулся, по привычке прикусывая нижнюю губу, и повернулся к пленникам, — Видите, с кем приходится иметь дело? Без доказательств, без прямого приказа, похищать невиновных людей! Неслыханно!<br />Продолжая игнорировать Джона, брюнет подошел к агенту, обходя и присаживаясь за спиной.<br />— Прошу, примите мои извинения за это вопиющее недоразумение, — наручники на руках звякнули, отстегиваясь от основной цепи, что сковывала их со стулом, — В прочем, — задумчиво протянув, Грегори замер, почти распрямившись, и, все еще сжимая наручники в кулаке,&#160; подался вперед к самому уху Уотли, — Раз мы все тут собрались. В чем все же цель вашего визита? — услышав недовольное мычание вместо ответа, Грег ударил себя по лбу и, протянув руку, вытащил, наконец, тряпку изо рта Уотли,&#160; — Где же мои манеры? Прошу снова простить, давайте я вам помогу.</p></blockquote></div><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');"><span style="font-family: Arimo"><span style="font-size: 11px"><strong>СВЯЗЬ И ТВИНКИ</strong></span></span></div><blockquote><p><span style="font-family: Arimo"><strong>связь:</strong>телега: @kondri4</span></p> <p><span style="font-family: Arimo"><strong>твинки:</strong>нет</span> </p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 20:08:00 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=148#p148 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=147#p147 <p>[nick]Павел Лаваль[/nick][icon]https://i.ibb.co/SJcSbmp/pj-Pe-JBq-D6dg.jpg[/icon]</p><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr valign="top"><td colspan="2" style="background-color:#acacac"></td></tr></table><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://i.ibb.co/q1Ky0Jk/Screen-Recorder-Project37.gif" alt="https://i.ibb.co/q1Ky0Jk/Screen-Recorder-Project37.gif" />&#160; &#160; &#160; &#160; <img class="postimg" loading="lazy" src="https://i.ibb.co/tQhQg1g/Screen-Recorder-Project39.gif" alt="https://i.ibb.co/tQhQg1g/Screen-Recorder-Project39.gif" /><br /><span style="font-size: 10px">аарон тейлор джонсон</span><br /><span style="font-size: 18px"><span style="font-family: playfair display sc"><strong>Павел Иванович Лаваль</strong></span></span><br /></span></p><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr valign="top"><td colspan="2" style="background-color:#acacac"></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr valign="top"><td colspan="2" style="background-color:#bab8b6"><p><span style="display: block; text-align: center"><strong><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="color: #321610">ЛИЧНОЕ ДЕЛО</span></span></span></strong></span></p></td></tr><tr valign="top"><td style="width:50%;background-color:#c1c1c1"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>ДАТА РОЖДЕНИЯ И ВОЗРАСТ:</strong></span></span></span> 3.12.1800, 25<br /><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>МЕСТО РОЖДЕНИЯ:</strong></span></span></span> Петербург<br /><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>РОД ЗАНЯТИЙ:</strong></span></span></span> граф, егермейстер, публикует статьи о преимуществах ружейной охоты над псовыми и соколиными </span></p></td><td style="width:50%;background-color:#c1c1c1"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>РОДСТВЕННИКИ:</strong></span></span></span> <br />Мать - Александра Григорьевна Лаваль<br />Отец - Иван Степанович Лаваль<br />Сестра-близнец - Екатерина Ивановна Трубецкая<br />Сестры: Зинаида Ивановна Лебцельтерн, София Ивановна, Александра Ивановна<br />Брат - Владимир Иванович (погиб 21.04.1825)<br />Зять - <a href="http://1825.f-rpg.ru/profile.php?id=11" rel="nofollow" target="_blank">Сергей Трубецкой</a><br />Зять - Людвиг Йозеф фон Лебцельтерн<br /><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>УВЛЕЧЕНИЯ И ПРИВЫЧКИ:</strong></span></span></span> Разводить собак, стрелять, подтрунивать над Трубецким, разбивать сердца фрейлинам, ставить социальные эксперименты<br /><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>СТРАХИ:</strong></span></span></span>Боится не оправдать собственных амбиций и ожиданий родни на фоне успешно пристроившихся сестер </span></p></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr valign="top"><td colspan="2" style="background-color:#bab8b6"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="color: #321610"><strong>БИОГРАФИЯ</strong></span></span></span></span></p></td></tr><tr valign="top"><td colspan="2" style="background-color:#c1c1c1"><p><span style="font-size: 11px"><span style="font-family: Arial"><br /><span style="display: block; text-align: justify"><span style="color: #321610"><br />Она всегда была с ним. С первых мгновений, когда он опоздал в рождении за сестрой всего на пару минут. Видимо родилась следом. Казалось бы, чего еще может желать сын французского знатного эмигранта, члена Главного правления училищ, позднее — управляющего 3-й экспедицией особой канцелярии Министерства иностранных дел и наследницы капиталов И. С. Мясникова, хозяйки известного петербургского салона? С самого детства окруженный любовью и достатком, Павел ни в чём не нуждался и не ведал отказа. Но ему было мало. Мало полученного прекрасного образования, мало полученного отцом в 1814 году графского титула и должности при дворе. Ведь она всегда шептала ему, что может быть лучше, больше, ярче, насыщенней. Она – его зависть – по юности беспрестанно указывала ему, что он навсегда останется вторым, что ему, в отличие от сестер, скорее всего никогда не подняться выше ни отцовского титула, ни бабушкиного состояния. <br />Зависть, которую позднее Павел для успокоения своей совести переименует в амбиции, и слухи – верные спутники молодого блистательного дворянина – преследовали его еще со времен, когда он поступил под руководство графа Д'Линьи, заведующего обширными охотничьими хозяйствами про дворе Наполеона. Престарелый маршал предпочитал проводить время с гончими, а молодую жену&#160; оставлять без внимания. Злые языки, в прочем утверждали, что графиня в одиночестве не скучала. Сам же Лаваль не подтверждал и не опровергал никогда никаких слухов, справедливо считая, что лучше уж о нем говорят, чем недоуменно переспрашивают &quot;кто это?&quot;, прикрываясь узорными веерами.<br />Балы, охоты, расположение дам, увеселения с кавалерами – светская жизнь Парижа захватывала юного дворянина, усердно практиковавшегося в искусстве дворцовых интриг, коих в достатке имелось в Луврских кулуарах. Но и это быстро теряло свою остроту, навевая скуку. Однообразие утомляло, графу снова хотелось большего, хотелось перемен. <br />Трубецкой стал его новым проектом. Встретив князя в 1819, Павел Иванович задался целью породниться со знаменитым российским родом и лично представил ему сестру-близняшку, зарождая в умах обоих мысли о выгодной партии. Да, Сергей был старше на десять лет, но он был знатен, богат, умен, образован и имел все шансы дослужиться до генерала. Подобное слияние двух домов открывало двери более выгодного мезальянса и для самого Павла, в прочем старательно оттягивающего этот момент, противясь хлопотам матушки. <br />Переезд в Петербург вновь вдохнул жизнь в заскучавшего дипломата, поступившего на службу его Величества Александра I егермейстером. Новые знакомства, новые горизонты, новые интриги – Лаваль купался в позолоте дворцов и званых вечеров в салоне матери. Но демон зависти дремал не долго, снова подняв свою отвратительную голову, когда в 1823 вторая сестра выгодно вышла замуж за австрийского дипломата, что будучи всего лишь бароном&#160; имел личные отношения с императором, а обручившись с Зинаидой и вовсе получил в награду графское достоинство австрийской империи.<br />Павел был в бешенстве. Да у него был титул третьего ранга, были влиятельные друзья, место при дворе, но он все равно был вторым. Все равно оставался всего лишь графом. Столько работы, столько усилий, чтобы возвыситься в обществе, а все что нужно было сделать сестрам, это вовремя сказать &quot;да&quot;. Вопиющая несправедливость . Снедаемый завистью, Лаваль водил тесную дружбу с зятьями, показательно небрежно отмахиваясь от претензий сестер, что те&#160; проводят с мужьями в разы меньше времени, благодаря ему. &quot;L'envie est un mauvais sentiment mon cher&quot; – неизменно очаровательно улыбаясь, говорил им Павел Иванович и откупался новыми драгоценностями. <br />Однако же вступать в масонские ложи по примеру того же Трубецкого Лаваль никогда не стремился, предпочитая поддерживать приятельские отношения с обеими сторонами баррикад, хотя раз другой и предоставлял заговорщикам отдельные комнаты во время приемов в салоне матушки. Вовсе ни одним ухом ни разу не подслушивая за потайной перегородкой.<br />После смерти единственного брата весной 25го, у Павла новый проект. Осознав, что остался единственным продолжателем рода, вознамерился порвать все свои отношения и адюльтеры и выгодно жениться на женщине статусом непременно выше. Поговаривают, один известный князь уже месяц как не встает с постели, оставив свою относительно молодую, а главное бездетную жену обливаться горькими слезами по поводу предстоящей утраты… <br /></span></span><br /></span></span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="width:100%;background-color:#acacac"></td></tr></table><table style="table-layout:fixed;width:100%"><tr valign="top"><td colspan="2" style="background-color:#bab8b6"><p><span style="display: block; text-align: center"><strong><span style="font-size: 16px"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="color: #321610">ОБ ИГРОКЕ</span></span></span></strong></span></p></td></tr><tr valign="top"><td style="width:50%;background-color:#c1c1c1"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>СВЯЗЬ С ВАМИ:</strong></span></span></span>у Пестеля есть</span></p></td><td style="width:50%;background-color:#c1c1c1"><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="color: #321610"><span style="font-family: playfair display sc"><span style="font-size: 11px"><strong>ОПЫТ ИГРЫ:</strong></span></span></span>Птицу-тройку не использую, пишу, как пишется, в третьем лице</span></p></td></tr><tr><td colspan="2" style="width:100%;background-color:#acacac"></td></tr></table><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Пробный пост</div><blockquote><p>— О, смотри! — указав рукой в глубину черного леса, Пит привстал с перевернутого ящика, на котором сидел последние полчаса.<br />— Наконец-то.<br />Джон выбросил сигарету в накопившуюся кучку окурков и потянулся, оторвавшись от стены. Яркие огни автомобильных фар мелькали сквозь плотные стены сосновых стволов, а значит, их ожидание, наконец, подошло к концу. Зайдя в помещение, мужчина вновь двинулся вдоль стены до старого генератора, который предусмотрительно отключил, чтобы не тратить бензин в холостую. Больно нужно заботиться об удобстве пленников, нечего им тут разглядывать. Старый агрегат вновь пару раз чихнул и заурчал, зажигая тусклые лампочки.<br />— Ну и нахрена вы меня сюда выдернули?<br />Одернув брюки, Райан вышел из машины и брезгливо осмотрел вытянувшихся приспешников. Команды привозить сюда кого-либо он не давал, а значит либо кто-то увлекается самодеятельностью, либо что-то случилось. В любом случае полетят головы, осталось только понять чьи.<br />— У нас для вас небольшой подарок, сэр, — чуть ли не кланяясь, Пит стелился перед боссом, рассчитывая рано или поздно попасть в узкий круг приближенных, — Сюда.<br />Приподняв бровь, Грег расстегнул пуговицу на пиджаке и молча проследовал ко входу в знакомое помещение. Тусклые лампочки, покачиваясь, бросали световые круги на замусоренный пол под размеренный гул генератора. Поздоровавшись, Джон выскользнул на улицу и, пробежавшись до машины, достал чемоданчик, завернутый в плотную ткань. Грубые руки огладили боковину, а на губах расплылся ехидный оскал, будто мужчина держал что-то очень и очень ценное. Пит может расшаркиваться сколько хочет. Райана всегда впечатляла лишь сила, а не подобострастие, а значит сегодня он точно заметит и выделит именно его, Джона. Уж он расстарается изо всех сил.<br />— Это что?<br />Подойдя к прикованным к стульям пленникам, Грегоги остановился в паре шагов, равнодушно осматривая молодого мужчину и девушку.<br />— Это наш подарок вам, — Пит подступил ближе, указывая на парочку вытянутой рукой, будто приглашая к обеду, и улыбаясь, как престарелая матушка на выступлениях своего драгоценного чада.<br />— Босс, — миновав двух, оставшихся у входа, амбалов, Джон протиснулся обратно в комнату и, подойдя к единственному столу, развернул свой чемоданчик, принимаясь раскладывать его содержимое на тряпице. Различные ножи, сверла и инструменты от хирургических до строительных, выкладывались с осторожностью и любовью, располагаясь строго параллельно друг другу. Лишь выложив большую часть, мужчина повернулся и подошел к бизнесмену, все так же молча смотрящего на сидящего перед ним пленника, — Позвольте представить вам нашего гостя.<br />Благосклонно взмахнув рукой, Грег оторвал, наконец, взгляд от агента и, сделав пару шагов, остановился перед девчонкой. Скверное освещение играло странные игры с окружающими цветами, но кожа женщины явно была темнее, выдавая в ней представительницу коренного народа. Протянув руку, Райан коснулся кончиком ногтя подбородка индианки, приподнимая, и тут же отдернул кисть, брезгливо вытирая пальцы о вытащенный из кармана белоснежный платок.<br />Тем временем, Джон, подскочив к агенту, грубо принялся шарить по карманам его куртки, пока не выудил плотный черный прямоугольничек, обтянутый кожей со значком и удостоверением.<br />— Френсис Уотли к вашим услугам, — мужчина протянул боссу находку, сияя, как начищенный медный таз, — собственной персоной.<br />— Действительно, Френсис Уотли, — повертев в руках ксиву, Грег улыбнулся агенту искренней, даже игривой улыбкой, — Первый раз вижу удостоверение агента ФБР. Прям как в кино, так круто, — сложив ксиву и бросив обратно Джону, Райан резко перестал улыбаться и подошел к столу, сосредотачиваясь на рассматривании инструментов пыток, — А нахрена?<br />— Мы слышали, — переглянувшись, подельники начали наперебой выслуживаться, — что этот агентишка приехал копать под вас, следили за ним по приказу Дж..<br />— И как? — перебив мужчин до того, как они начали сыпать именами, Грег повернул голову и поднял глаза, — Успешно следили? Прям доказательства нашли?<br />— Нуу, — стушевавшись, бойцы вновь переглянулись и синхронно отступили, однако Джон, все же решив идти до конца, нахмурился и продолжил, — Нет, прямых не нашли, босс, но он точно приехал следить за Ryan Corp, а если и не конкретно за вами, так одним агентом больше, одним меньше. Леса у нас, сами знаете, дремучие, чего в них только не пропадает.<br />— Вот-вот, — выглянув из-за плеча, Пит решил вставить свои пять копеек, — Да и он вон хлипенький, чутка ножичком ковырнешь, сразу запоет, как пить дать. Вот и узнаем всю правду.<br />Холеные пальцы скользили по блестящей кромке хромированного скальпеля, любовно оглаживая отражение усатого лица с мелькнувшими желваками. Осторожно подняв предмет, Райан поднес его к глазам, вертя и так и эдак, и, ухмыльнувшись, вернулся к бойцам и пленникам.<br />— Значит, агент ФБР, да? — поигрывая скальпелем меж пальцев, Грегори наклонил немного голову, чтобы боковым зрением видеть, обступивших его с двух сторон приспешников. Ублюдки скалились, предвкушая развлечение и награду, — Эх, мистер Уотли, или к вам обращаться надо по званию, агент Уотли? Зря вы приехали в Эшберн, ох, зря. У нас тут места такие неспокойные. Люди пропадают просто все время. Кого звери грызут, кого демоны на тот свет утягивают, а кого и вовсе похищают вместе с офицером полиции заодно.<br />— Офицером полиции? — удивленно переглянувшись, бандиты уставились на развернувшегося к ним Райана.<br />— Придурки, чья была идея?<br />— Его, — ткнув в Джона пальцем, Пит отсупил под яростным взглядом начальника, но слишком поздно. Блеснув в свете мигающих лам, скальпель рассек воздух, а заодно и горло бойца. Инстинктивно зажав шею руками, мужчина хватал ртом воздух, удивленно глядя на босса. Сильными толчками, алая кровь прорывалась сквозь сжатые пальцы, обдавая брызгами брезгливо поморщившегося Райана и замершего от неожиданности Джона.<br />— А, точно, про нее ж в газете недавно писали, — хлопнув себя по лбу, амбал у двери довольно хохотнул, никак не реагируя на происходящее, — а я-то думал, отчего лицо знакомое.<br />— Спасибо, — воскликнув, бизнесмен взмахнул обеими руками и, бросив скальпель на стол, принялся стягивать заляпанный пиджак, — Рад, что хоть кто-то из вас, придурков, умеет читать.<br />Дорогая синяя ткань пропитывалась чужой кровью, оставляя бурые пятна, которые, даже, если бы Грег захотел, выводить было бы проблематично. Грубо выругавшись, мужчина швырнул скомканный пиджак на затихшее тело Пита и отступил от расползающейся лужи под ним.<br />— Ладно, — успокаивая самого себя, Райан облизнулся, по привычке прикусывая нижнюю губу, и повернулся к пленникам, — Видите, с кем приходится иметь дело? Без доказательств, без прямого приказа, похищать невиновных людей! Неслыханно!<br />Продолжая игнорировать Джона, брюнет подошел к агенту, обходя и присаживаясь за спиной.<br />— Прошу, примите мои извинения за это вопиющее недоразумение, — наручники на руках звякнули, отстегиваясь от основной цепи, что сковывала их со стулом, — В прочем, — задумчиво протянув, Грегори замер, почти распрямившись, и, все еще сжимая наручники в кулаке,&#160; подался вперед к самому уху Уотли, — Раз мы все тут собрались. В чем все же цель вашего визита? — услышав недовольное мычание вместо ответа, Грег ударил себя по лбу и, протянув руку, вытащил, наконец, тряпку изо рта Уотли,&#160; — Где же мои манеры? Прошу снова простить, давайте я вам помогу.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 20:07:39 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=147#p147 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=145#p145 <p><span style="font-style: italic">- Так и будешь молчать?<br />- Тебе же все равно не понравится то, что я могу сказать, - Александр огрызается, понимая, что виноват, но, упрямо глядя в окно, сжимает пальцами дверную ручку, пока костяшки не начинают белеть от напряжения.<br />- А, то есть я виноват?! - вывернув руль, Павел вклинился в поток машин, что полнились спешащими после работы домой людьми. Вечерние пробки привычное дело и опель ползет еле-еле, вливаясь в общую массу недовольства, накаляется все сильнейизнутри.<br />- Паш, заебал. <br />- А, это я тебя заебал?! Прикольно. А мне-то, дураку, показалось, что ебал тебя как раз не я, а Димон. А оно вон оно как. Удобно.<br />- Что ты хочешь от меня? - вспылив, Саша развернулся, яростно всматриваясь в профиль любовника, не отрывающего глаз от светофора. <br />- Хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Приедем домой, собираешь свои вещи и уебываешь. С меня хватит.<br />Нога на педали нещадно тряслась, выдавая обуревавшее водителя волнение. Испугавшись собственных слов, Пестель сжимал руль, стараясь сохранить лицо. Хотелось то ли выйти из машины и идти, не оглядываясь, то ли вытолкать Сашку к чертям, то ли броситься на него с кулаками, то ли упасть в ноги, со слезами умоляя не поступать так. Красный свет мигнул, сменяясь жёлтым, а Павел все всматривался бездумно покрасневшими глазами, пока сзади не начали недовольно гудеть, стоило загореться зелёному кругляшку. Вздрогнув, парень вжал педаль газа, выезжая на перекресток.&#160; <br />- Паш, ну ты чего. Ну, давай обсудим? - изменившись в лице, Александр вздрогнул, как от удара, и протянул руку, чтобы коснуться парня. Они были вместе слишком давно и он слишком хорошо знал, как договориться с мягким парнишкой.<br />- А то есть теперь ты хочешь поговорить?!<br />Повернувшись к любовнику, Пестель отбил тянущиеся пальцы, не позволяя к себе прикоснуться, и поднял взгляд. Скользнув по Сашиному лицу, зеленые глаза, расширившись, метнулись в окно, фокусируясь на стремительно приближающемся автомобиле.Ругнувшись, Паша резко вжал тормоз, чтобы удар пришелся хотя бы в капот, но было уже слишком поздно. С оглушительным грохотом старая Нива врезалась в бок опеля, оставляя на асфальте следы черных шин. Тачку сдвинуло, разворачивая по инерции, а по обыкновению не пристёгнутого Александра бросило вперёд прям на водителя, придавливая того и вжимая в дверь.</span><br />Давление на грудь лишало воздуха, Павел боролся, не понимая до конца, пытается ли он все ещё выбраться из-под бездыханного тела любовника или окружающая темнота и тяжесть реальны и это не преследующий его каждую ночь после аварии сон. Липкий страх, зарождавшийся где-то в позвоночнике, расползался по телу, сковывая стальными обручами мышцы и впиваясь ледяными пальцами в кожу. Рычащий голос перекрывал сливающееся мычание зажатого рта, но не добавлял ясности происходящему, ведь все расплывалось перед слезящимися после сна глазами. <br />Кошмары об аварии снились ему каждую ночь. Он даже пытался не спать, лишь бы не видеть больше этот ужас, с каждым разом всё отчётливей понимая, что ничего поделать он все равно не мог, но и перестать винить себя в произошедшем не получалось. Груз вины за собственные брошенные в расстройстве слова давил, уничтожая, подтачивал сознание, не отпуская ни во сне, ни наяву. <br />Проморгавшись, Пестель шумно втянул носом воздух, стоило тяжести на груди на пару мгновений пропасть, и ещё спустя какое-то время обречённо замер, не способный сопротивляться увесистому седоку. Мысли путались, перебирая варианты дальнейшего развития событий, а раздираемая паникой грудь вздымалась все чаще, заходясь крупной дрожью. Парень всматривался в темноту, стараясь разглядеть нападавшего, но все было тщетно. Он видел лишь крупный силуэт, да слабый отсвет горящих глаз, бликующих в тусклом свете лунной ночи за окном. <br />Голос незнакомца резал по ушам знакомыми нотками, срывая хриплые стоны с натянутых, словно струны, нервов. Пальцы скользнули с лица под горло, легко удерживая, но Павел бы все равно не мог ни двинуться, ни отвести взгляд, ни вдохнуть тяжелый, наполненный запахом чужеродного мокрого тела и волос, воздух. Капли увесистыми ледяными бомбами падали на лицо, разбиваясь то о лоб, то о скулы, вынуждали вздрагивать всем телом, стирая словно прибоем все попытки обуздать готовое выскочить из груди сердце. Смысл слов говорящего давался с трудом, Паша метался глазами по темному силуэту, мысленно умоляя нагнуться поближе, выйти на свет, но в то же время отчаянно страшась этого. Сердце болезненно ныло, пока мозг сопротивлялся мысли, что этот голос ему слишком знаком. Да, он отличался, наливаясь басами, но интонации и переливы через чур легко находили отклик в душе и теле. Подавшись вперед в попытке рассмотреть говорящего, Пестель почувствовал легкий спазм асфиксии в висках, но тут же был возращен на место властной рукой, что неотвратимо вжимала в подушку, вытравливая по крупице из без того дефицитный воздух. Незнакомец склонился ближе, будто отвечая на мысленный призыв, вынырнул из темноты на свет, и Паша оцепенел, заходясь новой волной крупной дрожи, ведь на него смотрело озлобившееся лицо покойного любовника.<br />Тихо всхлипнув, парень зажмурился и замотал головой. Этого просто не может быть. Это неправда. Жестокая шутка воображения. Дурной сон, в конце концов. Он столько раз молил небеса, всех богов, каких только мог вспомнить, в надежде, что хоть кто-то услышит, откликнется, позволит взглянуть в талые воды серых глаз Александра, так винил себя за оплошность, что видимо теперь его подсознание наказывало его исполнением желаемого. Прям как тогда…<br />Новый толчок стальной хватки на глотке явственно намекает, что происходящее все же более чем реально, и Пестель кивает, ловя кривящимся ртом воздух, в надежде, что незнакомцу этого будет достаточно, что он уйдет, оставив его в покое, а завтра он и так собирался уехать. Уехать, чтобы больше никогда не вспоминать ничего, связанного с фамилией Штефан.</p> <p>[nick]Павел Пестель[/nick][ls1]&lt;div class=&quot;lzname&quot;&gt;&lt;a href=&quot;ссылка&quot;&gt;Павел Пестель, 25&lt;/a&gt;&lt;/div&gt;[/ls1][ls2]&lt;div class=&quot;lzinfo&quot;&gt;Дизайнер в рекламном агентстве, винит себя в смерти любимого, хотя ни в чем не виноват&lt;/div&gt;[/ls2][icon]https://i.ibb.co/BfFdr1H/unnamed11.png[/icon]</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:59:12 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=145#p145 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=141#p141 <p>[nick]Павел Соколовский[/nick][status]Когда всё есть, незачем жить[/status][icon]https://i.ibb.co/BrhynDy/i.jpg[/icon][sign]<span style="display: block; text-align: right">— Я не неудачник. Просто как-то хреново всё складывается...<br />— Хреново складывается советский конструктор, а у тебя просто пипец!</span>[/sign][ls1]Павел Соколовский, 30[/ls1][ls2]Художник должен быть голодным и несчастным, иначе в искусстве не будет души. [/ls2]Голову нещадно вело, как бы Павел не старался взять себя в руки. Все доводы разума разбивались о горячее дыхание, заполняющее собой все прочие звуки, прогибались под натиском зубов, острыми колючками впивающихся в мышцы, осыпались искрами возбуждения в и без того болезненно сдавленный джинсами каменный член. Когда Коз отстранился, Паша рефлекторно подался следом, телом противясь разрыву с тем, что доставляло такое удовольствие, хотя вроде как сам об этом и просил. <br />Это было неправильно. Мысли путались, спотыкаясь, но даже будучи в таком состоянии, Соколовский упорно держался за мысль, что их дружба важнее его чувств и желаний. Основная мантра, помогавшая годами вернуть распаленный фантазиями мозг на место, крутилась привычно в голове, увещевая, что, если поддаться настойчивым рукам Сергея, позволить сбыться многолетней мечте, то потерять можно гораздо больше, а Павел не был готов отказаться от Козловского, даже ценой одной страстной ночи. <br />Короткая передышка закончилась новым ударом, но все же сбила чутка пелену с глаз. Шершавые обои мелкой наждачкой царапали оголенную грудь, болезненно задевая напрягшиеся соски. Инстинктивно прогибаясь, Паша шипел, когда боль в руке становилась слишком сильной, попутно пытаясь второй рукой отодвинуться от стены, чтобы не елозить по ней и без того разбитым лицом.<br />- Катись со своим Титаником в пекло, ублюдок. Всегда мечтал быть изнасилованным самовлюбленным гандоном, желающим утвердиться за мой счет. Прям как дальше жить-то буду. Мечты лишаешь.<br />Ни злость, ни язвительность не достигали цели, звуча далеко не так решительно, как должны были. Хриплый голос прерывался тяжелым дыханием, готовый сорваться на полустон от каждого движения прижатого тела, хотя парень все равно упрямо продолжал попытки вырваться. Откровенно наслаждаясь своей игрой, Коз задирал периодически заломаную руку выше, вынуждая раз за разом выгибаться, чувствовать задом его собственное нарастающее возбуждение. Желание оторвать руку от стены и завести ее мужчине за голову, впиваясь пальцами в светлые волосы, прижаться теснее и отпустить ситуацию&#160; вновь вытесняло способность рационально мыслить, что последний раз дернулась, вместе с Павлом, и испарилась, стоило требовательным пальцам скользнуть за пояс джинс.<br />Обещание боли в купе с его пальцами на члене взорвались в теле новой волной ощущений, срывая с губ глухой стон. Контраст наслаждения и боли смешивался в адский коктейль удовольствия. Сергей давил, методично ломая привычный уклад, не столько физически, сколько морально сминая опостылевшие мантры. Чувствовать над собой силу было непривычно, даже страшно, но от чего-то чертовски возбуждающе. Это мог быть кто угодно другой и Соколовский бы, не задумываясь, дал отпор, дерясь до последнего вздоха. Тело помнило, какого это, когда тебя держат против силы на задворках рынка, где работала мать, впечатывая кулаки в живот, когда заламывают руки и швыряют в стены, только потому, что ты вырос среди тех, кто не прощает косых взглядов и иного мышления. Тело помнило, понимая, что Серега при желании может сделать с ним все, что захочет, ведь сопротивляться всерьез ему Павел не может и не хочет, но его сила была другой. Каждый укус, каждый толчок и нажим приносили больше удовольствия, становясь лишь острее, сдабриваясь соусом боли. Подчиниться ему хотелось практически так же сильно, как узнать, что он имел в виду, прося не усугублять. <br />Происходящее не укладывалось в голове. Художник разрывался между внутренними противоречиями, замерев и концентрируясь весь вокруг настойчиво двигающейся в штанах руки. Терзая зубами разбитую губу, чтобы не срываться на хриплые стоны, Павел рефлекторно прижимался всем телом к стоящему сзади парню, примешивая к всеобщему коктейлю чувств терпкий солоноватый вкус крови, и вжимался ягодицами в пах давнего друга, прогибаясь в пояснице уже вовсе не потому, что так того требовала задранная рука. Умелые пальцы терзали, усиливая и ослабляя нажим, срывая резкие хриплые выдохи, на каждом витке сладострастной пытки. Сжав в кулак ткань рубашки одной рукой, Паша впивался ногтями в бетон, оставляя на дешевых обоях еле заметные содранные дорожки. Подступающий оргазм отзывался мелкой дрожью в изнывающем теле, пока мозг растворялся в удовольствии, как опытный канатоходец балансируя на грани. <br />Гортанно зарычав, когда рука пропала в самый не подходящий момент, Паша прижался лбом к стене, забыв, как дышать,&#160; погружаясь целиком в себя, удерживая это состояние острого наслаждения. Голос Сергея пробивался сквозь шум в ушах, хотя смысл слов оставался не до конца ясен. Судорожно вдохнув, Соколовский оторвался от стены и медленно повернул голову, всматриваясь осоловевшим взглядом в лицо друга. Поддернутые дымкой медленно затухающей страсти глаза жадно скользили по знакомым чертам, впитывая в память художника раскрасневшиеся от возбуждения щеки и преступно расширенные зрачки, затягивающие в свою черную бездну в каких-то считанных сантиметрах. Оторвав руку от стены, Павел завел ее назад, вплетая пальцы в светлые кудри на затылке любовника, и потянулся, касаясь губ долгожданным поцелуем. Целовать его невыносимо приятно, самые смелые фантазии, что позволял художник себе эти годы, меркли перед реальностью, но с каждой секундой, с каждым движением языков хотелось все больше. Звенящие на пределе нервы стонали, но требовали больше удовольствия, больше боли, больше эмоций. Вновь прогнувшись и не разрывая поцелуй, парень медленно качнул тазом, оглаживая скрытый тремя слоями лишней ткани, но так призывно упирающийся в ягодицы член, окончательно сдаваясь на милость победителя.<br />- Ты обещал мне, что будет больно, - выдохнув в приоткрытые губы, Паша ехидно усмехнулся, перемежая слова поцелуями, - Ты же не имел в виду боль разочарования, верно?</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:52:11 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=141#p141 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=130#p130 <p>[nick]Mikhail Bestuzhev-Ryumin[/nick][status]если ты в пекло, я за тобой[/status][icon]https://d.radikal.ru/d33/2005/96/d635d462184f.gif[/icon][sign]<span style="font-family: Trebuchet Ms"><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 11px">Мы проиграли все свои войны, <br />Но главная битва происходит внутри.</span></span></span>[/sign][ls1]Михаил Бестужев-Рюмин, 25[/ls1][ls2]Печально известный декабрист, он же дипломат, он же странное существо, и он же молодой подпоручик в полке конной лейб-гвардии.[/ls2]</p> <p>Ссылка на юг с самого начала далась Бестужеву-Рюмину тяжело. Привыкший с малолетства к комфорту и окружению больших городов, едва переступив порог хутора, он растерянно завертел головой, при этом, даже не рискнув спешиться. Вокруг виднелись лишь кособокие, похожие друг на друга избенки. Многие из них устало завалились на один бок, оголяя продолговатые щели меж своих почерневших от времени бревен. Чумазое местное мужичье, подчас облаченное в холщовую мешковину и грубые ватники, со всех сторон недовольно и настороженно смотрели на прибывший полк. А розовощекие молодые девицы, напротив застенчиво прятали взгляд, и лишь украдкой поглядывали на застывшего посреди хутора подпоручика, который невольно поднес правую кисть к своему носу. Стойкий запах навоза, даже несмотря на зимнее время года, был здесь настолько силен, что Бестужев предпочел принюхаться к собственной белоснежной перчатке, даже несмотря на тот факт, что за время долгой дороги, она насквозь пропахла кониной. И словно разделяя смятение своего наездника, буланая кобылица под ним вдруг беспокойно засеменила ногами. Вскидывая свою длинную морду, она храпела ноздрями, настойчиво разворачиваясь на месте, а вязкая и глубокая грязь отвратительно чавкала под ее копытами. Да, сейчас Михаил бы с превеликим удовольствием позволил животному унести себя прочь от всего, что он видел. Назад в Петербург. К светским вечерам, к просторной квартире и слугам. К тому, к чему не побывавший в сражениях сын городничего так привык. Однако, стараясь сохранить честь мундира, вскоре он отстранил от лица руку и, вскинув подбородок, твердо осадил лошадь, направляя ее следом за взводом.</p> <p>С того первого дня, со дня обоснования солдат на территории Малороссии, прошло уже более пяти лет, и за это время многое изменилось. Черниговский пехотный полк был расквартирован в окружающем регионе города Василькова, в котором размещался сам штаб декабристов под командованием Бестужева-Рюмина и Муравьева-Апостола. Ныне Михаил более не кривился от своего окружения, и даже думать забыл про оставленный позади Петербург, ведь за минувшее время его мир удивительным образом сумел сузиться до одного единственного человека. До некогда едва ли знакомого человека, на зеленых глазах которого Бестужев теперь отчего-то подолгу задерживал взгляд. В такие моменты все внутри него испуганно и трепетно замирало под натиском непреодолимого желания позволить себе хоть чуточку больше. Ему невыносимо хотелось сказать Павлу о своих чувствах, которые давно перешли отведенную совместной службой грань. Хотелось прижаться к нему и, наконец, ощутить его близость, но он не смел. Боязнь всеобщего порицания, которое неминуемо обрушится на их головы, заставляла Михаила молчать, каждый раз переводя мало-мальски близкие разговоры в очередную комедию. Ибо его чувство к мужчине богопротивно. Так нельзя и так быть не должно. И уж если со своим грехопадением в глазах Бога Бестужев смирился, то ему вовсе не обязательно тянуть за собой и Павла. Потому силясь выказать свое отношение как-то иначе, он слепо и преданно шел за ним, в упор не замечал ничего и никого кроме него. Он столь рьяно разделял идеи полковника Пестеля и стремления того к достойной доле народа, что искренне принимал их за свои собственные. Но, видит Бог, Бестужев, не задумываясь, поддержал бы Павла в абсолютно любом безумстве. Потому что любил его всей душой. Любил впервые в жизни, искренне, безумно и пылко, и то была отнюдь не просто вспышка пробудившейся страсти. Такая любовь становится последней любовью, вечной любовью, самым счастливым иль самым горьким уделом, какой только может выпасть на долю мужчине. </p> <p>- Михаил Павлович! - ввалившись в комнату штаба, служивый часто дышал и, торопливо отдав честь, принялся безостановочно давиться словами в сторону вопросительно уставившегося на него подпоручика. - Там полк под Васильковым снова буянит! Горохов с Семеновым в харчевне Вязевки бабу не поделили! Солдаты бучу подняли, кабы чего не вышло! Напилися! Я хотел было приструнить, но не слушают! Бес попутал их, не иначе!<br />Все это было чертовски не вовремя. До запланированного прибытия полковника Пестеля оставалось уже менее получаса и, не желая с тем разминуться, Бестужев достал из кармана часы, за чьими неспешными стрелками и доселе наблюдал чуть ли не ежеминутно. Наивно стремясь оттянуть время, он молча бегал глазами по белому циферблату в ладони, напряженно прислушиваясь в ожидании знакомых шагов на широком пролете за дверьми кабинета. Но, увы. Шумное дыхание принесшего неутешительные вести служивого, казалось, лишь подгоняло треклятое время, которые как назло теперь бежало быстрее. И убрав часы обратно в карман, Бестужев направился в сторону выхода.<br />- Останься здесь. Как только Павел Иванович прибудет, сопроводи его ко мне Вязевку, -&#160; отвечая служивому через плечо, Михаил быстро сбежал по деревянным ступеням пролетов, направляясь к конюшне.</p> <p>Ситуация и впрямь была безотлагательной. Уже на подъезде к деревне Бестужев заметил бесноватое марево, что не предвещало собой ни капли хорошего. Окрашивая ночное небо оранжево-алыми красками где-то над самой Вязевкой, оно извергало из себя столб густого и едкого дыма. В этой черной копоти терялись и меркли даже вездесущие звезды, рассыпанные по ночам Малороссии, словно веснушки на курносом носу. И, пришпорив кобылу, Михаил в сердцах прикрикнул, погоняя животину в галоп по глубокому снегу. </p> <p>- Отставить! Я сказал отставить! - влетая на полном скаку в самую гущу событий, подпоручик поспешно спешился, с хрустом придавливая истоптанный снег сапогами, но тут же замер на месте. В сырой грязи на фоне горящей харчевни, перед ним с сопением и бранью боролись двое мужчин, в которых с трудом можно было узнать тех самых зачинщиков - прапорщика Горохова и фельдфебеля Семенова. Обступив дерущихся, пьяная солдатня разделилась, горланя в поддержку каждого из бойцов, при этом не забыв удерживать подле себя и напуганную малую девицу. На вид ей было не больше 16 лет. Босая и в разорванном платье, она крупно дрожала, испуганно скрывая лицо в чумазых ладонях. И резко устремившись вперед, Бестужев рукой ударил в грудь одного из удерживающих ее солдат, после выдернув заложницу на себя.<br />- Да что ж вы творите, черти! Вы совсем оскотинились что ли! Вы - Черниговцы! Вы солдаты, а не быдло! - повысив голос, он завел заплаканную девицу за свою спину, озлобленно тараща глаза на застывших в нерешительности солдат, которые вмиг смолкли. Это предвещало беду. Полк слушался Муравьева, но вот в отношении подпоручика, который был младше многих из них, часто выказывал норов. Но, пока ситуация стремительно накалялась, Михаил упрямо оставался на месте, напряженно следя за тем, как мужичье медленно смыкается подле него.<br />- Ваше Благородие, никак в спасители набиваетесь? Вы девку-то подле не держите, а то как бы не спутали вас.<br />Когда тот самый ранее удерживающий девчушку солдат подал голос, в лицо Бестужеву тут же ударила кислая вонь перегара. Судя по разнузданной форме и заляпанным грязью погонам, перед ним сейчас возвышался не кто иной, как ефрейторъ Кромолин, не умеющий держать свой язык за зубами, даже прибывая в состоянии трезвости. И, стиснув зубы, Михаил вдруг внезапно сорвался. Взметнув правой рукой, он ударил кулаком прямиком в щербатую скулу зарвавшегося солдата, что по пьяни не устоял на ногах.<br />- Еще раз подобное повторится, под трибунал строем пойдете! Этого вы хотите? Разнять Горохова и Семен... - договорить не получилось. Крепкая рука, что внезапно легла на плечо, рывком развернула осекшегося подпоручика, а последующий удар обескуражил его. Кулак одного из рядовых пришелся ему аккурат по губам, болезненно разбивая нижнюю о края зубов и, отшатнувшись, Михаил сам едва не рухнул в растаявшую снежную кашу. Множественная какофония голосов в считанные секунды слилась для него воедино, и, ошалело смотря, как солдаты оттаскивают дерзкого сослуживца, он обескураженно размазал по своему подбородку тонкую алую струйку.<br />- Ваше Благородие, простите покорно! Бога ради! Он пьян! Он и не думал... Он не стал бы!<br />- ... Запереть его и Кромолина. И сейчас же потушите огонь, - выдавив из себя слова, он заторможено огляделся по сторонам, а заметив, что прапорщик с фельдфебелем от случившегося прекратили возню и отдали честь, указал в их направлении. - Под арест, обоих.</p> <p>Войдя в дом, Бестужев застыл на пороге, привалившись спиною к двери. Он никогда не бывал на войне, умудрившись ни разу не чувствовать даже в банальных мальчишеских драках, оттого сейчас пребывал в крайнем смятении. Быстро застывшая на морозе кровь неприятно стягивала кожу на подбородке и шее, куда все же успела проложить себе крохотный путь и, опустив взгляд на свою окровавленную перчатку, подпоручик сглотнул. Впервые столкнувшись лицом к лицу с собственной кровью, он не мог отвести глаз от дрожащих под заляпанной тканью пальцев, но спустя буквально минуту, все же взял себя в руки. Скинув с себя шинель и перчатки, Михаил прошел в дальнюю комнату в поисках умывальника, обнаружив которой, расстегнул тугой ворот мундира, принявшись умываться.</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:50:10 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=130#p130 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=128#p128 <p>[nick]Pavel Pestel[/nick][status]C'est la r&#233;volution[/status][icon]https://i.ibb.co/pwcq7hG/pestel2.gif[/icon][ls1]Павел Иванович Пестель, 33[/ls1][ls2]Идейный вдохновитель и лидер декабристов в отставке. Побежден, но не сломлен. Виктория будет нашей... просто попозже[/ls2]<br />Пуговицы парадного кителя поддаются неохотно, цепляются за вышитые золотой нитью петли. Хочется рвануть сильной рукою, чтобы ускорить процесс, но новый мундир еще пахнет крахмалом, и это останавливает нетерпеливую руку. Павел сдерживает себя, вынуждая пальцы медлить, не впиваться в плотную ткань. Воздух в комнате отдает книжной пылью и старыми свечами, но все лучше, чем пропитанная духами и алкоголем сладкая смесь в общих залах. Ткань перчаток дерет чувствительную кожу, хранящую опоясывающий красный шрам, и мужчина оголяет кисть стремительным рывком, сует перчатку в карман, чтобы прикоснуться, почувствовать под пальцами ноющие раны, ощутить что-то привычно реальное, почувствовать себя живым.<br />Смерть никогда не страшила Пестеля. Ни в одном из многих походов, даже глядя в глаза старухе с косой, офицер не отводил упрямого взгляда от ее спрятанного под капюшоном лица. Не потому, что он был юн, беспечен и, как многие его возраста и положения, думал, что смерть это то, что бывает с другими. Нет, Павел видел смерть вокруг себя слишком часто, чтобы сохранить невинность своей души, но даже будучи серьезно раненым под Бородино, практически играя в шахматы с ангелом смерти, ему не было так страшно, как на утро после казни. Как последние две недели. Он был готов умереть, готов был принять свою судьбу и ответственность за поступки. Попрощался со всеми, получил благословение матери и спокойно взошел на эшафот. <br />Последний взгляд в, на удивление, чистое голубое небо над Петербургом, будто сам Господь Бог услышал молитвы, разогнав вечно плачущие серые тучи, и Павел закрыл глаза, кожей чувствуя грубое полотно холщовой рубашки смертника. Ну, вот и все. Осталось потерпеть совсем недолго. Обострившийся слух доносил судорожные вздохи товарищей, что слышались острее, чем барабанная дробь, но мужчина дышал спокойно. Он уже слишком устал от жизни, от заточения, от допросов, он уже просто хотел отдохнуть. Хотел лишь, чтобы все прошло быстро. Быть может поэтому, Господь и отвернулся от него? Счел смерть слишком простым наказанием или, наоборот, не согласился уровнять их вину пред ним и пред Государем? Когда скамейка ушла из-под ног, все должно было закончиться резко от разрыва шейных позвонков и спинного мозга. Новинка в науке гуманного смертоубийства. Так ему говорили, но как многое в последнее время и это&#160; пошло не так. Веревка давила на горло, разрывая кожу, сжимала гортань, вынуждая судорожно хрипеть и хватать ртом воздух, который не мог проникнуть в легкие. Секунды тянулись невыносимо медленно, вытравливая жизнь по капле через горящие в агонии легкие и слезящиеся, будто кислотой, глаза, заменяя все естество на невыносимое чувство беспомощности и ужаса. Казалось, что эта пытка будет тянуться вечно, но все же Господь сжалился, забирая в спасительную темноту.<br />Это должен был быть конец. <br />Пробуждение вновь в Петропавловской крепости было сродни кошмару. Очнувшись с криком на потрескавшихся губах, Павел метался по камере, срывая голос и ногти о кирпичные стены, драл в исступлении пропитавшиеся сукровицей бинты с изуродованной шеи, бросаясь на опостылевшую решетку, пока пара дежурных не повалила его, наконец, на холодный пол, прижимая к бетону, удерживая изо всех сил. Это должен был быть конец. Все, что угодно, но только не заточение вновь. Не бесконечные мысли о совершенных ошибках, да проносящиеся перед глазами лица тех, кто погиб по его вине. <br />Все говорили, что ему повезло. Повезло выжить, повезло отключиться раньше, чем порвалась веревка, и тем самым избежать каких-либо травм при падении, повезло, что его откачали, повезло, что помиловали. Повезло. От такого везения хотелось выть, хотелось выхватить у ближайшего офицера шпагу и, если не заколоться, так хотя бы погибнуть в попытках оказать сопротивление. Его не пугала смерть. Его пугала жизнь.<br />Командир мертвецов, лидер растоптанных идеалов, вдохновитель марширующих на убой. Как он мог жить, когда столько людей полегло? Полегло за его идеалы. За его вольнодумство. За него. Вместо него. Все, во что он верил, все, чем являлся, осталось висеть там на не оборвавшейся веревке, лежать на дне Невы, пропитывая слезами и кровью землю под Сенатской площадью. В нем не осталось ровным счетом ничего. Ни грамма того, что когда-то было Павлом Ивановичем Пестелем. И он сидел, погруженный в зияющую пустоту внутри, безвольной куклой смотря в одну точку, пока его осматривали, пока зачитывали новые условия наказания, или освобождения, не суть важно, пока всовывали в руки одежду и провожали к дверям, где ждали примчавшиеся мать с отцом.<br />Ему повезло. Он выжил, но с вечным напоминанием о близости смерти в виде красного ожерелья на шее и еженощных кошмаров, не дающих забыться, не позволяющих сомкнуть глаза.<br />Ему повезло. Он помилован, но лишен звания, уважения, расположения. Он хуже, чем самый простой солдафон в низшем полку. Спасибо, что плюют лишь под ноги, а не в лицо.<br />Ему повезло. Он может жить дальше. Но вот только зачем?<br />Безнадега засасывала в топкую черноту, из которой приходилось выныривать только, чтобы не заставлять мать лишний раз пускать слезы. Пестель ловил себя на том, что пальцы так и норовят прикоснуться к шрамам, почувствовать боль, почувствовать хоть что-то, почувствовать себя живым. Вытаскивал себя за волосы, буквально продираясь через каждую секунду нового дня, только для того, чтобы лежать потом бессонными ночами в ожидании кошмаров, раздирая ногтями нежную наросшую кожу&#160; за ухом, там, где не видно под волосами. Полученное воспитание, вымуштрованное годами службы, позволяло телу действовать на автопилоте, спускаясь к обеду, участвуя в примерках новой формы его будущего полка, вести беседы с родителями и их редкими гостями в арендованных апартаментах, но все же, оказываясь наедине с собой, Пестель вновь закрывался в себе, часами смотря на пламя, съедающее свечу, пока не становилось слишком больно глазам, и потом еще немного дольше. Не получалось даже напиться. Еда и напитки, как и весь мир, стали серыми, лишенными приятного вкуса.<br />Спустя недели стало казаться, что этого вполне достаточно, что он достиг некого устойчивого равновесия в своем притворстве, но не выдержал и получаса в обществе баронессы и городских повес. Какая бессмысленная трата времени. Все эти танцы, беседы ни о чем и обо всем сразу, а ведь раньше казалось, что это так важно, что в этом есть смысл. В прочем многое раньше имело ценность. Имело значение. У шампанского был неповторимый вкус, не отдающий могильной трухой. Смех вызывал желание присоединиться, а не отвернуться поспешно, пока никто не заметил пустоту в почерневших глазах. Светлые кудри Бестужева, если это был он, не отзывались в груди таким неподконтрольным страхом и болью в шее. Пестель знал, что он выжил там не один, ему рассказали, что сорвались, помимо него, еще и Сергей с Михаилом. Знал, но не искал встреч. Избегал любого упоминания, упрямо отодвигая газеты и выходя прочь из залы, когда отец принимался за чтение новостей. <br />Он все им сказал еще тогда перед казнью, и добавить теперь было нечего. Конечно же, Муравьеву-Апостолу хотелось высказать очень многое, за недальновидность, за поведение его так и не дошедшего до столицы полка, но все это теряло свою ценность пред ликом смерти, и они ограничились кратким прощанием, а теперь, когда он примкнул к узурпатору, все былое и вовне не имело никакого значения. С юным Бестужевым-Рюмином, встречаясь по делам Союза, развились куда более теплые отношения, отчего и вовсе не хватало слов на прощание. Ему он сказал лишь короткое &quot;извини&quot; одними губами, пока они сидели в ожидании казни, неотрывно глядя друг другу в глаза. Миша был слишком молод для казни, для революции, для смерти,&#160; его не должно было быть здесь, он был виновен лишь в верности своим друзьям, и послушно пошел за лучшим другом на плаху. Все, что мог Пестель сделать для него после всего, это попытаться передать хоть маленькую толику своего спокойствия, неизменно ловя взгляд его покрасневших от слез глаз, не давая погрузиться в пучину паники и отчаяния. Увидеть его здесь и сейчас? Немыслимо. Как вновь посмотреть в доверчивые глаза, потерявшие свой лукавый блеск? Что сказать? Какие слова могут выразить все пережитое солнечным июльским днем? Или все сожаление, что ему пришлось пережить этот кошмар? <br />Приглушенный голос из недр комнаты вмиг поднимает все опущенные подвесные мосты самоконтроля и внутренней брони, закупоривая испуганного Павлика в статной крепости бесстрашного офицера Павла Ивановича. Распрямив плечи, мужчина тут же надел безразличную маску, будто бы только что лицо не было перекошено болью и страхом, тонкая линия рта не хватала воздух с тихими всхлипами, а расправленные гордо плечи не сотрясались мелком дрожью, поникнув, как ива на могилами павших.<br />- Кто здесь, - привыкший командовать голос грохочет в тишине темной комнаты, очертания которой все еще плохо поддаются распознаванию привыкающим после яркого освещения глазам, - Извольте перестать прятаться в темноте.<br />Чеканный шаг каблуков выдает в незнакомце выправку офицера. Мужчина делает пару шагов, выходя из темнеющих глубин зала, и воздух вновь отказывается поступать в скованную спазмом грудь. Значит, все-таки не показалось. Смотреть на него одновременно и больно, и невыносимо отрадно. Чудятся вновь вокруг отсыревающие стены Петропавловской крепости, да скрип наскоро возведенного эшафота. Но до чего же нелепо выглядит отдающая честь рука. <br />- Михаил Павлович?<br />Слова, застрявшие в горле, роятся на языке, ломают невозмутимую маску, что осыпается осколками пробившейся улыбки. Пестель силится сложить в уме хотя бы одно предложение, способное выразить хоть малую толику обуревающих чувств, но ораторское искусство подводит его, звеня в голове одной лишь мыслью о том, что он невыносимо счастлив от того, что жизнь этого перспективного офицера, молодого весельчака и статного юноши продолжается, несмотря ни на что. Может быть, все были правы и им, все-таки, повезло. Не хочется даже думать о том, что было бы,&#160; если бы этот еще в сущности мальчишка остался в числе тех двоих, кто присоединился к множеству павших.<br />Пара быстрых шагов в тишине библиотеки и Пестель кладет руки на плечи товарища, осматривая жадным взглядом, и прижимает оторопевшего подпоручика к груди, заключая в медвежьи объятия. Щемящее чувство облегчения разрывало офицера на части, впервые за последние две недели находя отклик в очерствевшем сердце. Отстранившись на вытянутых руках, Павел окидывает блондина взглядом с ног до головы, чтобы убедиться в реальности, и хохочет, вновь обнимая и хлопая по спине.</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:49:33 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=128#p128 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=123#p123 <p>Впервые за долгое время ему было комфортно. Тепло и неимоверно уютно. Так, как можно почувствовать себя только дома, в любимой кровати, и дрыхнув без задних ног до рассвета, Адам не обращал никакого внимания на твердую землю под тонкой тканью палатки. Да, его тело немного ломило, ибо густого травяного ковра под палаткой было отнюдь не достаточно для хоть какого-то ощущения мягкости, но это все сущие мелочи. Ведь рядом был он. Элвин, пристроившись головой на плече которого, Фишер по-хозяйски закинул ногу поперек его двух, приобнимая всем телом во сне. И даже проснувшись, он не спешил менять позу.<br />Восход умудрялся пробиться даже сквозь парусиновый тент палатки, окрашивая воздух внутри теплой сиренью. Где-то за пределами ткани, на заспанном небосклоне уже вовсю угадывались густые оттенки пурпура, служащие некой ковровой дорожкой для восходящего солнца, а неугомонные птицы, словно пунктуальные трубадуры, уже громко приветствовали его. Наперебой щебеча со всех сторон разом, они перекрикивались между собой десятками голосов, и стараясь избавиться от их шума, брюнет сонно приподнял голову. Коснувшись губами шеи партнера, он лениво растянул губы в довольной улыбке, а после чуть подтянулся и уткнулся носом куда-то за ухо того. От гомона маленьких пернатых ублюдков, это, конечно же, не избавило, но дыша излюбленным запахом, который в крохотной ямке под мочкой чувствовался острее всего, он моментально забыл обо всех неудобствах. Расслабленно и спокойно посапывая, Майер все еще спал, но отзываясь на опаляющее кожу дыхание, не открывая глаз, прижал Адама чуть крепче к себе, тем самым вновь побуждая того заснуть.</p> <p>Когда Фишер снова открыл глаза, вокруг было светло и привычно. Пестрые краски восхода — радость романтиков, они с Элвином удачно проспали и, взглянув на циферблат своих наручных часов, он нехотя перевалился на спину. Дабы не разбудить отсыпающегося трудоголика своим копошением, он осторожно отодвинулся от того, а после сел, с усмешкой качнув головой. Вот теперь тело действительно заболело. От секса и от сна на земле, все мышцы и кости, ломило разом. Хотелось встать и как можно скорей размяться, дабы избавить себя хоть от толики неудобств, потому, накрыв спящего партнера ранее скомканным в углу пледом, брюнет тихо покинул палатку.<br />Свежий, но теплый ветер юркнул под темную ткань футболки, как только Фишер выпрямился во весь рост, поочередно заламывая обе руки за спину, дабы как следует потянуться. Все это время довольная улыбка не покидала его губ и, поворачиваясь торсом из стороны в сторону, он решил начать вновь с костра. Поесть сегодня свежепойманной рыбы им с Элвином не удастся сразу по ряду причин. Прежде всего, как выяснилось вчера, они оба не умеют ее ловить. А во вторых, приготовить ее попросту не на чем и не с чем. Собираясь, Адам не удосужился взять с собой даже питьевую воду, что уж говорить о сковороде или соли, а поедание пресной спадающей с палки рыбы, казалось ему довольно скверной идеей. Да и чистить же ее надо, а после долгоиграюще вонять как рыбный прилавок. Потому безоговорочно отмахнувшись от идеи позавтракать кем-то из жителей озера, он присел возле своего рюкзака, извлекая наружу прозрачный вакуум с сосисками.&#160; &#160;<br />— Ну, хоть об этом подумал. — Пробубнив сам с собой, брюнет бросил упаковку обратно, намереваясь сперва подготовить огонь и найти пару подходящих камней.<br />Приготовление нехитрого завтрака не заняло много времени. Костер разгорелся, угли были готовы, камни сложены в импровизированный мангал, а сосиски уже приятно шкварчали на предусмотрительно протертых антисептиком шампурах. Для себя Фишер никогда не заморачивался с излишней дезинфекцией, справедливо пологая, что жар и огонь с лихвой справятся со всякой заразой, однако зная брезгливость Майера, все же решил подстраховаться. Но даже когда все было готово, он не поспешил разбудить того. В конце концов, главной задачей этой поездки было именно дать Элвину отдохнуть от всего. Выспаться и просто расслабиться, но как только за спиной послышался шорох брезента, Адам тут же игриво улыбнулся через плечо.<br />— Доброе утро. Как говорится, утро тогда, когда встал. — С упоением всматриваясь в блестящие зрачки присевшего рядом мужчины, он приобнял того в пояснице, охотно и нежно отвечая на поцелуй. А услышав проскользнувшие слова о влюбленности, облегченно и ласково улыбнулся, аккуратно потираясь кончиком носа о колкую скулу своего собеседника. — Пожалуй, я обнаглею и назову тебя моим влюбленным и впечатлительным идиотом, а теперь, как насчет завтрака, соня?</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:47:00 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=123#p123 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=106#p106 <p>Получив внезапную грубость в ответ, Адам не повел и глазом. Будучи окончательно добит виражами чужого нрава и всей ситуации в целом, он спокойно опустил руку вдоль тела, как только мужчина вернулся к столу. За внезапную вспышку агрессии он не осуждал того, хотя и не понимал причин возникновения злости. Он знал лишь то, что нервы сейчас и так у всех на пределе, а минувшие признания тугим колком накрутили их до состояния струн, что еще немного и лопнут, порезав собой нерадивого настройщика. А услышав объяснения Элвина, он и вовсе понимающе улыбнулся тому.<br />— Я это запомню. Прости. — Кивнув головой в знак подтверждения своих слов, брюнет невольно перевел взгляд на небольшую черную коробчонку на поясе полицейского. Неприятный писк и загоревшееся на ней табло сигнализировало о том, что отдохнуть ее обладателю явно удастся не скоро, а последующие слова того об усталости лишь подтвердили это. И поймав на себе взгляд, который говорил красноречивее любых слов, Адам все же взял на столешнице пузатую колбу с приготовленным кофе, подходя ближе к столу, и аккуратно наполняя горячим напитком отвергнутую собеседником тару. Все манипуляции он предусмотрительно выполнял лишь одной рукой, той самой, которую Майер уже обработал и, вернув кофейник в машину, без лишних слов сел на прежнее место напротив.<br />— На твоем месте, я бы сейчас окунул пейджер в чашку. — Протягивая мужчине вторую руку, Фишер вновь мягко улыбнулся тому. — Все будет хорошо, Элвин. Обязательно будет.&#160; &#160;</p> <p>THE END</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:43:52 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=106#p106 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=95#p95 <p>Строя города, заводы, магистрали, люди думают, что покорили мир, оседлали старушку планету, подобно ретивому ковбою на родео, и все им подвластно. Все, что не поддается объяснению, подлежит уничтожению, все, что пугает, следует просто убрать с глаз долой, вытолкнуть за пределы тщательно выпестованных границ «нормального». Но что есть норма? Идущий по лесу человек с фонарем, настойчиво светящимся в ночи, не есть норма, для ищущей пропитания совы, что отворачивается от непривычно яркого света, срывается с ветки, негодующе ухая в потревоженной тишине. Ночной эшбёрнский лес ревностно стоял на страже границ своего понимания слова «норма». Терпеливо выталкивал прочь странных двуногих животных, что упорно плодились с каждой сотней лет все интенсивней, наблюдал, разворачивал, как детей, пытался припугнуть, вразумить, но все было тщетно. В погоне за прибылью, люди рубили его деревья, бездумно клеймя Лес своей собственностью, убивали его обитателей, не ради выживания, а ради потехи, азарта, удовлетворения извращенных идей. У каждой чаши терпения есть края, и за сотни лет чаша леса начала переполняться.<br />— Нет!<br />Выстрел из табельного глока бьет по и без того звенящим перепонкам, звучит оглушительно в разом повисшей тишине, но прогоняет видение, будто и не было ничего вовсе. Элвин подается вперед неосознанно, словно убрали невидимую стену, что не давала шевельнуться, и оседает мешком на влажный от ночной росы мох. Колючий воздух обжигает гортань, мужчина&#160; хватает ртом лесную сырость, ощущает себя пловцом, нырнувшим слишком глубоко. Пальцы скребутся по шее, где еще недавно чувствовалась текущая из уха кровь, но не окрашиваются красным, лишь ледяной пот и кусочки призрачной паутины, что тает прям на глазах. Что за чертовщина вообще происходит в этих лесах?<br />— Лиам, — охрипший голос отказывается говорить, все еще будто держит что-то за кадык, заталкивает слова назад. Сосед издает звук похожий на смех, значит живой. Слава Богу.<br />На поляне пусто, даже туман, преследовавший мужчин последние пару часов, растаял или спрятался за кустами. Кое-как встав на колени, Эл огляделся. Ни следа странной девицы с ребенком. Буквально. Ни одна травинка не хранила следы поступи двух человек. Этого просто не может быть.<br />— Ранен? — просто не думай. Делай то, что привык, инструкции, что вбиты годами службы, — Куда?<br />Пес предупреждающе рычит, но позволяет приблизиться к пожарному, подползти, подтаскивая сведенные судорогой ноги.<br />— Прием! Алло! База! Мэдисон! — рация только тихо шипит, но Элвин зовет пару раз, хоть кого-нибудь,&#160; — Бесполезный кусок дерьма, — желание отшвырнуть вечно не работающий пластик глушится рациональностью, потом ведь не найдет это место точно и придется сперва отчитываться перед Билли, а затем и перед мэром, — Мужик, я…<br />Как сказать человеку, в которого только что выстрелил, глядя прямо в глаза, что это был на самом деле не ты? Стечение обстоятельств, не больше. Не толкни Лиама пёс, удалось бы отвести-таки руку достаточно далеко? Или это была только иллюзия движения, и пуля попала бы пожарному прямо меж глаз? Или наоборот, не вмешайся Шерлок, все остались бы целы? Липкими щупальцами сомнения прилипали к рукам, замедляя движения, отвлекали, вынуждая облизывать пересохшие губы, оглядываться на каждый шорох, тревожащий на грани слышимости человеческого слуха.<br />— Ты, эм, — хмыкнув, коп снял захваченную предусмотрительным пожарным аптечку с пояса и принялся оказывать первую помощь, — Ты тоже это видел? Я не собирался…<br />Простая работа позволяет структурировать собственные мысли, сконцентрироваться на руках, что стягивают с пострадавшего куртку. Стараясь быть максимально осторожным, полицейский вспорол мокрую от крови футболку. Пуля прошла навылет, оставив за собой зияющий провал, изрыгающий сгустки тягучей крови, что казалась практически черной в неверном свете валяющихся на земле фонарей.<br />Элвин бросает быстрый взгляд на светящийся в темноте фосфоресцирующий циферблат часов. Сколько они сюда шли? Часа два? Три? Казалось, брели целую вечность. Как быстро удастся доставить МакНамару назад, в цивилизацию и к врачам? Одинокий голос свистка эхом отражается от деревьев, но не слышно вокруг никого, ни голосов волонтеров, ни ответного свиста.<br />— Я, конечно, не Тайлер, но выбора у нас не много, — Элвин пытается говорить размеренно, шутит неловко о своем весьма паршивом умении накладывать повязки, но выбора-то действительно нет, — Порядок? Встаем.<br />Хотя лето и началось, но ночной воздух давил сыростью, холодил кожу, стоило адреналину ослабить свой бушующий в крови поток, вызывая озноб. Набросив на плечи полуголого Лиама куртку, Майер собрал быстро вещи и, сверившись с компасом, закинул руку товарища себе на плечо, поддерживая.<br />— Давай, потихоньку. Хороший у тебя пёс, умный, не то, что наш лопух. Расскажешь откуда такой?<br />Разговор ни о чем, лишь бы не говорить о том, что случилось на поляне, не давать Лиаму проваливаться в себя. Лицо Эдди преследует на периферии зрения, исчезает, стоит перевести взгляд. Элвин свистит периодически в свисток, обозначая, что они отбились от группы, что им нужна помощь, упорно ведет соседа назад через те же леса и болота. Каждая кочка непреодолимое препятствие для с трудом передвигающихся ног. Приходится огибать болотистые места, двигаться на чистом адреналине, но лишь увеличивая расстояние до цели. Да почему ж не работает чертова рация-то?<br />— Далеко мы с тобой забрались, а? Кофе хочешь, еще вроде не должен остыть?<br />Посадив мужчину на поваленный дуб, Элвин тяжело привалился рядом. Он не дойдет, не сможет. Слишком далеко они забрались, слишком тяжелая ноша из пожарного, что спотыкается все чаще, проваливается в обморочную темноту, вынуждая делать привалы. Как хочется спать. Майер снова свистит, щелкает кнопками рации, но слышит лишь далекую волчью песнь уходящей луне. Сытую, довольную песнь. Глаза закрываются сами собой, мужчина моргает, понимая, что подвис, наблюдая за покачивающейся стрелкой компаса. Надо двигаться дальше. Просто идти, пока не кончатся силы совсем.<br />— Знаешь, — пот течет в три ручья, но все равно холодно. Очень хочется пить, — Мне, пожалуй, придется сделать тебе скидку на арендную плату на этот месяц. Раз уж моя пуля отправит тебя на больничный, то будет нечестно, брать с тебя деньги.<br />Два фонаря уже отказали, и они их бросили просто в лесу, благо запасливый Лиам взял с собой три. Предпоследний фонарь мигает в предрассветных сумерках, но мужчины пересекают какую-то видимую только лесу границу, вздрагивают от неожиданно зашипевшей рации, птичьих голосов и встающего за кронами деревьев солнца.<br />Ну, наконец-то.<br />— Смотри, мы почти добрались!<br />Тяжело выдохнув, пожарный опять отключился, утягивая полицейского за собой на влажную от росы землю.&#160; Элвин рычит в шипящую рацию, проверяет аккуратно насквозь промокшую перевязь, убеждает приятеля, что уже почти все, осталось немного, свистит из последних сил. Отпуск? Да ему нужна пенсия уже, а не отпуск.<br />Время тянется бесконечно. Потрескивание слабого костерка да теплый бок сенбернара убаюкивали истощившийся организм. Беверли, наверное, еще спит. Интересно, а что делает Адам? Свисток в зубах издает предсмертные хрипы при каждом выдохе, полицейский трет глаза, окликая периодически друга, старается поддерживать очередной разговор ни о чем, перемежая зевотой. Неумолимая стрелка часов переваливает за отметку бодрствования вторых суток. Казалось бы, он уже полтора месяца спит раз в три дня, пора бы привыкнуть к такому режиму. Приближающиеся голоса кажутся галлюцинацией, но встрепенувшийся пес лает призывно и Эл напрягается, кричит в ответ, пытаясь встать на ноги.</p> <p>— Я в порядке, — дежурящий на месте сбора медик, захлопывает дверцу врачебной кареты, пытается убедить в необходимости тоже проехать на станцию, — Я сказал, я в порядке.<br />Рыкнув, Эл отмахнулся от медбрата, что, пожав плечами, пробубнил что-то и, запрыгнув в машину, умчался в рассвет. Странно, машин было две. Кого-то уже успели госпитализировать? Надо присесть, перевести дух. Просто нужно поспать и восстановить силы. Он будет в порядке.<br />Тяжело опустившись на пень, имитирующий скамейку, полицейский уперся локтями в колени и провел руками по лицу. Усталость, подобно голодной собаке вновь накинулась, стоило закрыть на мгновенье глаза. Боже, еще теперь столько отчетов писать. Мокрый нос сунулся промеж пальцев, обеспокоено тычась и привлекая внимание. Сил после таких приключений и долгого дня совсем не осталось, но Эл все же разлепил глаза, с трудом распрямляясь.<br />— Да, Шерлок, сейчас отвезу тебя домой. С Лиамом все будет в порядке. Сейчас, только узнаю, как в целом продвигаются тут дела.<br />Пачка сигарет манит, мелькая меж пальцев, обещает толику расслабления, но Элвин продолжает медленное вращение, смотрит потухшим взглядом в никуда. Если закурить, то станет только еще хуже. Кто-то трогает осторожно под локоть, тянет вверх, побуждая подняться. Майер скользит мутным взглядом, но фокусируется с трудом, видит вновь лицо Эдди Вальтраута и отшатывается из последних сил.<br />— Я не бросал тебя, слышишь?! Я искал тебя!<br />— Все хорошо, пойдем. Ты устал, — Гаррет отдирает легко ослабевшие пальцы, что упорно цеплялись за ворот формы, отводит руки друга, приобнимая, и ведет к машине, на ходу подавая сигналы оставшимся немногочисленным коллегам, что он скоро вернется.<br />— Я искал тебя, правда…<br />— Я знаю, знаю, пойдем домой. Все завтра.</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:41:58 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=95#p95 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=90#p90 <p>Люди — слишком странные и нелепые существа. Вы хоть раз задумывались над тем, сколько в каждом из нас недоверия, неуверенности, противоречий и предубеждений? Всего этого слишком много. Мы бередим самое важное внутри себя, прячем истинные желания от всех и каждого, сами не позволяя себе быть счастливыми в реальной жизни — в мире, частью которого являемся. Но больше всего в нас именно страхов. Мы страшимся быть непонятыми или не принятыми другими, а особенно теми, кто в той или иной степени важен для нас. С такими людьми мы боимся буквально всего, дабы не оступиться. Мы боимся даже самих себя. И именно по этой причине, когда широкая мужская ладонь скользнула от поясницы чуть вверх, задирая футболку и мучительно медленно проходясь пальцами по разгоряченной коже спины, Адам прикрыл глаза, чувствуя, как все внутри него напряженно замерло. Боясь потерять неожиданную, но столь желанную взаимность, он всем телом прильнул к Элвину, касаясь его языка своим, и на этот раз гораздо уверенней отвечая на напористый поцелуй. Его правая рука, все это время лежавшая на затылке партнера раскрытой ладонью, так же пришла в движение, нежно соскальзывая чуть ниже, дабы впиться пальцами в область загривка, сминая мышцы позади сильной шеи и не позволяя отпрянуть. Несмотря на то, что сделал шаг первым, сейчас Адам охотно уступал, позволяя Майеру доминантно себя подавлять, однако в очередной раз почувствовав боль от потревоженной на губе раны, он быстро вернул руку выше и резко сжал пальцы в кулак. Не разрывая поцелуй, не отстраняя от себя и не пытаясь хоть как-то миновать собственный дискомфорт, он грубо натянул короткие светлые пряди у самых корней, принося ответную боль, но при этом контрастно прижимаясь напряженным пахом к чужому.<br />Секунды тянулись упоительно долго. Внутри творилось настоящее безумие, мысли путались, а по телу шла мелкая дрожь, и с каждым мгновением этого хотелось все большего. Больше боли, больше удовольствия и эмоций, а значит им самое время остановиться. Вот только Фишер явно не спешил выступать инициатором здравого смысла по причине все того же вездесущего страха, который ни на секунду не покидал его, навязчиво пульсируя на самых задворках сознания. Сейчас он до жути боялся того, что будет после, когда их губы покинут друг друга, и придется хоть как-то комментировать все содеянное, а самым страшным было именно то, что скажет об этом Элвин, который вскоре с лихвой оправдал все опасения. Причем оправдал настолько, что голубоглазый виновник всего «торжества» тотчас опустил обе руки вдоль тела, более не пытаясь удерживать отстранившегося мужчину подле себя. На раздающиеся откуда-то со стороны пьяные голоса он и вовсе не сразу отреагировал, напрочь игнорируя их приближение. Парализованный и смущенный услышанным заявлением, он растерянно прижался спиной к стене, стараясь восстановить сбившееся дыхание, при этом ни на секунду не отводя виноватого взгляда от глаз напротив.&#160; &#160; &#160; &#160; &#160; &#160;<br />— Я в этом и не сомневался. Я ... — Сказанное прозвучало донельзя по-детски и глупо, но не находя нужных слов, Адам не раздумывая решил прибегнуть именно к оправданиям. Злобный тон и радикальные перемены во взгляде Майера, подстегивали в нем желание хоть как-то успокоить того, дабы окончательно все не испортить, но вместо этого, брюнет, осекшись умолк. Поддаваясь необъяснимому желанию быть честным с едва ли знакомым ему человеком, он просто не мог позволить себе сказать, что не имеет никакого отношения к представителям меньшинства, ведь сам не знал этого наверняка. И утопая в отчаянной ненависти к своей непутевости, быстро прошелся по влажным губам тыльной стороной ладони, после неуверенно отстраняясь спиной от стены.<br />— Элвин, пожалуйста, послуш... — На этот раз закончить фразу ему не позволил удар кулака собеседника, и по инерции отшатываясь назад, он с оглушительной силой приложился многострадальным затылком о холодный кирпич. В голове моментально раздался невыносимый звон, вытесняющий все мысли разом, а перед глазами всё поплыло, отчего ноги сами собой подкосились. И оказавшись задницей на грязном асфальте уже в который раз за день, Фишер инстинктивно прижал ладонь к вновь разбитым губам. Теперь ему было не страшно. Ему было просто никак. И будучи полностью опустошенным внутри, он неловко тряхнул головой, от чего практически завалился набок. Отвечать что-либо на сбивчивые извинения Элвина он не собирался, как не желал и смотреть на того, потому потупив затуманенный взгляд, молча оперся свободной рукой в грязный асфальт, дабы помочь себе сохранить сидячее положение. Но как только мужчина шагнул навстречу, Адам тут же вскинул окровавленную ладонь вперед, не подпуская к себе и пресекая любые поползновения.<br />— Хватит. — Подавленный, морально и физически вымотанный, он произнес всего одно слово, с трудом заставляя себя все же поднять взгляд на отступающего назад Майера. Не злясь и не осуждая чужой поступок, брюнет всецело обвинял во всем случившемся лишь себя одного и, сплюнув заполнявшую рот кровь, устало прикрыл глаза.</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:34:21 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=90#p90 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=79#p79 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Oswald"><strong>&#160; ФРЭНСИС УОТЛИ &#9660; FRANCIS WATLEY </strong></span></span><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: pattaya">mi scusi, позвольте доебаться</span></span><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/24/48154.gif" alt="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/24/48154.gif" />&#160; <img class="postimg" loading="lazy" src="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/24/51917.gif" alt="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/24/51917.gif" /><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: Oswald">[Bryan Dechart]</span></span></span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 14px">ГЛАВНОЕ</span></strong></span></span><br /><strong>Возраст</strong>: 13.02.1963, 29 лет<br /><strong>Адрес</strong>: Бюро предоставило ему и напарнику небольшой двухэтажный дом неподалеку от местного участка<br /><strong>Занятость</strong>: спецагент 13-го отдела ФБР<br /><strong>Сделка или проклятие</strong>: -</p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ИСТОРИЯ</span></strong></span></span><br />— Фрэнсис родился в Нью-Йорке, в довольно безбедной семье, и не будет преувеличением сказать, что он с самого начала был лапочкой. Едва появившись на свет, он пусть неосознанно, но уже улыбался. Он никогда не кричал, редко плакал и почти не капризничал, только смешно кряхтел и, все с той же улыбкой, тянулся пухлыми ручками ко всем, кто подходил к кроватке. Не удивительно, что при этом он рос горячо любимым ребенком, в теплой и дружественной атмосфере. Никаких крупных невзгод или семейных распрей. Мать самозабвенно пестовала и поощряла свое солнышко за достижения, а отец всячески старался обеспечить того всем необходимым. Репетиторы, различные секции, правильные друзья и строго согласованный круг общения сделали свое дело, привив мальчику аналитический склад ума, тягу к знаниям и... наивность. <br />— Родители (доктором наук и агент Бюро в отставке) дотошно и планомерно выстроили для своего чада всю его дальнейшую жизнь: блистательное окончание школы, далее поступление в Колумбийский университет на финансовый или медицинский факультет, после несомненный взлет до небес, деньги, почет, женитьба на одобренной ими особе, собака средних размеров и внуки. Два внука, мальчик и девочка. Иначе и быть не могло. Сперва парень не обращал на это внимания, соглашаясь со всем, но к своим восемнадцати годам, он решительно пересмотрел составленный для него план, вычеркнув все после пункта окончания школы. Цели родителей ныне казались ему скучными и ничуть не прельщали его. <br />— Зная, что отец с матерью не поддержат его идею, Фрэнсис энное время еще колебался, но в итоге пошел с ними на компромисс, поступив на факультет права в навязанный ему Колумбийский. После получения степени и практики в одном из судов, вернулся в Нью-Йорк, где помогал вести местные следствия, консультируя в правовых вопросах. Работа была для него скучной. Молодому парню хотелось стать кем-то более значимым, этаким смелым и отчаянным стражем закона. Как Гарри Каллахан (Clint Eastwood), прозванный «Грязным» за свое особое чувство справедливости, которое не всегда соответствует букве закона или «Крепкий орешек» Джон Маклейн. Ну, или как батя, что тоже не плохо. Потому решив все же осуществить желаемое, он втайне от родных подал заявлением на поступление в полицейскую академию Портленда (подальше от дома), и лишь когда его приняли, поставил родителей перед фактом. Тем не понравилось. Мать, что с детства носилась с единственным отпрыском как курица с яйцом, устроила самую настоящую истерику, главным аргументом в которой было банальное — «тебя там убьют!». Отец в отличие от нее был спокоен. Не понаслышке знающий все трудности службы, мужчина требовательно попросил сына еще раз подумать, но поняв, что тот непреклонен, он попросту отвернулся. С отцом они до сих пор общаются очень прохладно.<br />— Успешно закончив академию, Фрэнсис быстро начал карьеру, специализируясь на оперативно-розыскной деятельности. А благодаря громкой фамилии и заслугам его отца, вскоре ему предложили попробовать себя на экзаменах в ряды ФБР — что же, почему нет? <br />В двадцати семи годам, после окончания обучения в Академии ФБР штата Мен и стажировки, Фрэнсис остался в Портленде и приступил к работе младшего следователя. Эта работа подразумевала умение вынюхивать правду на пустом месте. Уотли хорошо разбирался в уголовном праве и умел работать головой, что вскоре послужило его переводом в Тринадцатый отдел, и сперва молодой человек обрадовался открывшимся для него перспективам. Ему дали довольно именитого напарника — Джека Салливана, найти общий язык с которым сразу не удалось, но это все ерунда. Они просто не знают друг друга, у них большая разница в возрасте, и это недопонимание вполне нормально. Но внезапной совместной ссылки в город, о котором Фрэнсис раньше даже не слышал, он явно не ожидал.&#160; &#160;<br />— Не споря с предписанным, Уотли первым прибыл в Эшберн, дабы проверить и подготовить все необходимое для прибытия Салливана.<br /><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ДОПОЛНИТЕЛЬНО</span></strong></span></span><br />- Страдает лимнофобией, так как в детстве умудрился почти утонуть. Теперь он и близко не подойдет к озерам, впадая в оцепенение при виде оных.<br />- Не умеет плавать.<br />- Негативно относится к табаку и алкоголю.<br />- Хорошо подкован в правовом плане.<br />- Может за себя постоять, но в разумных пределах.<br />- Довольно меткий стрелок.<br />- Дотошный. Если знает, что прав - не уступит.<br />- По прихоти матери, с детства обучен игре на фортепьяно.</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ПОСЛЕСЛОВИЕ</span></strong></span></span><br />Особых нюансов по игре нет. Говоря словами гавайской проститутки: &quot;я готов ко всему, со всеми и могу добавить даже венок&quot;.</p><div class="quote-box hide-box term-login"><cite>Скрытый текст:</cite><blockquote><p>Для просмотра скрытого текста - <a href="/login.php" rel="nofollow" target="_blank">войдите</a> или <a rel="nofollow" href="/register.php" target="_blank">зарегистрируйтесь</a>.</p></blockquote></div></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:31:25 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=79#p79 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=78#p78 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Oswald"><strong>&#160; МАРКУС МУР &#9660; MARCUS MOORE</strong></span></span><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: pattaya">No one ever apologized For making me this way.<br />Why should I apologize For the monster I've become?</span></span><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="http://s9.uploads.ru/zBfYc.gif" alt="http://s9.uploads.ru/zBfYc.gif" /> <img class="postimg" loading="lazy" src="http://s3.uploads.ru/bRSEQ.gif" alt="http://s3.uploads.ru/bRSEQ.gif" /><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: Oswald">[Bill Skarsgard]</span></span></span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 14px">ГЛАВНОЕ</span></strong></span></span><br /><strong>Возраст</strong>:13.10.1799, 193 (24)<br /><strong>Адрес</strong>: в лесах Эшбёрна, в доме лесничего.<br /><strong>Занятость</strong>: до 1972 г. был известен местным как сын покойного лесничего, а после пропал без вести. Якобы сгинул в лесу.&#160; <br /><strong>Сделка или <em class="bbuline">проклятие</em>:</strong> проклят Зверем. Таких, как Марк, ныне принято называть оборотнями. В образе волка он отличается об обычных животных лишь равномерной сединой шерсти, заметно более крупным размером, силой и способностью к ускоренной регенерации. Серебра не боится и укусом никого не обращает, ибо это все сказки. Убить его может самая обычная пуля (при условии, что попадет точно в голову, повредив мозг) или другой оборотень. Благодаря влиянию божества, Мур не привязан к лунным циклам, но во время полной луны становится существенно агрессивней. <br />Обращение его, как и у любого ликантропа происходит крайне болезненно: каждая кость в теле ломается, клыки разрывают десны и вытесняют зубы, кожа рвется, а гормоны сходят с ума. Но это столь малая плата за вечную жизнь, не так ли?</p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ИСТОРИЯ</span></strong></span></span><br />Мур довольно сложная и противоречивая личность. При близком общении без масок, с ним практически невозможно найти общий язык, трудно взаимодействовать, да и просто банально стоять рядом вам будет не уютно. Да, на первый взгляд он довольно приятный внешне молодой человек, улыбчивый и обаятельный, поэтому первое впечатление неизменно внушит к нему обманчивое доверие, но пройдет буквально десять минут, и ваше шестое чувство начнет биться в агонии. Еще десять минут, и вам захочется уйти, убежать, забиться в самый дальний угол, вооружившись ножом, и вы даже не поймете причины, пока не станет уже слишком поздно.<br />Некогда хладнокровно прикончивший жителей собственной общины, не гнушаясь ни их возраста, ни слабости, Маркус ныне не знает таких слов, как &quot;милосердие&quot; и &quot;пощада&quot;. Ему попросту плевать на всех и вся, помимо разве что собственных интересов и приказов Зверя, которому многим обязан. У него и в помине нет рамок, которые ограничивают его желания и дурные порывы, а его моральные устои зависят только от его неустойчивого настроения. Однако так было далеко не всегда. Когда-то давно, когда мир еще не был таким, каким его знают большинство ныне живущих, Марк искренне тянулся к людям.</p> <p>• Родившись в небольшом поселении на берегу озера Мусхед в далёком 1799 году, Мур с первых дней жизни познал отчуждение. Его мать была из коренных жителей Эшбёрнских лесов, а отец колонистом. Внешне он всем походил на отца, но из-за врожденной особенности - гетерохронии, его левый глаз сочетал в себе сразу два цвета, и в кипе с тем, что мать скончалась при родах, это буквально повергало неотесанный люд в ужас. Помешанные на легендах, вере и собственной нетерпимости, недалекие поселенцы были уверены, что мальчик навлечет беду на их и без того неблагополучное поселение. Под общим давлением, отец, что являлся главой общины, хотел сперва собственноручно избавиться от своего странного отпрыска, но после снизошел к компромиссу, решив просто лишить того глаза. Вот только не смог. Обманув жителей, он сообщил всем, что дело сделано и мальчик избавлен от скверны, потому почти все свои человеческие годы Маркус носил на лице повязку, что якобы скрывала пустую глазницу. <br />Когда Марку было 3 года отроду, у него появилась сестра, так как отец женился во второй раз.</p> <p>• Вынужденный лгать и чураться людей, он рос, терзая себя ненавистью к собственному существу. Разбираясь в травах, как и его покойная мать, Маркус умел вылечить хворь, избавить от боли, и с годами стал юным знахарем. Он вкалывал наравне со всеми, попутно стараясь помочь всем и каждому, но однажды опрометчиво рискнул хоть кому-то довериться. Ее звали Элайя, рыжеволосая красавица, дочь местного кузнеца, она заставила парня буквально потерять голову. Желая жениться и наконец, обрести собственную семью, он открылся той, рассказав про обман отца, и впервые за долгие годы, снял перед кем-то повязку. Это было ошибкой, и спустя пару дней после случившегося, в деревне поднялся шум. Обвинив парня чуть ли не во всех смертных грехах, народ публично линчевал его отца и сестру, а его самого долгое время подвергали пыткам, вынуждая сознаться в сговоре с темными силами. Истязая и придав кастрации, его на одиннадцать дней и ночей усадили на «Кресло допроса». Ему поджигали ступни раскаленным железом, разводили огонь под сидением, дробили кисти и голени, даже несмотря на то, что он все же сознался в том, к чему был непричастен. За эти бесконечно долгие дни, Мур проклял и возненавидел всех, кто обрек его на незаслуженные страдания. Ненависть негасимо пылала в нем синем пламенем, что не шло ни в какое сравнение с тем, что пожирало его истерзанное тело, когда люди, наконец, предали его сожжению на главное площади поселения.</p> <p>• Не познав погребения в освященной земле и будучи преисполненным чувством мести, Марк возродился от смерти спустя небольшой промежуток времени в образе седого волка. Это был единственный и поистине бесценный подарок от древнего божества, которое преследуя свои интересы, искренне вдохновилось бушующей в парне ненавистью. Помня все от и до, после возрождения Маркус ничуть не походил на прежнего себя. Он стал жесток и холоден до такой степени, что его глаза в образе животного были налиты густым могильным свечением, которое синеватым туманом покидало глазницы, одна из которых действительно была полой.<br />Будучи напористым и агрессивным, он быстро подмял под себя прочих представителей своего рода, возглавив лесные стаи, в результате чего ненавистное ему поселение вскоре пало. </p> <p>• В ту роковую ночь, за час до того как поселение наводнили разношерстные крики, он впервые после смерти принял свой человеческий облик, и лично навестил ту самую дочь кузнеца, которая некогда предала его, обрекая на незаслуженные муки. Сначала он молча смотрел, как девушка спит, мирно улыбаясь чему-то во сне. Он неподвижно наблюдал за ней сорок минут... час, а после деревня наполнилась истошным женским воем, послужившим началом конца, как сигнал для прочих волков к атаке. Когда Маркус заживо сдирал кожу с лица и тела Элайи, она не могла отвести своего безумного, преисполненного ужасом взгляда с его глаз, которые равнодушно смотрели в ответ до последнего ее вздоха.<br />Мужчины, женщины, дети и старики, тогда они не пощадил никого, даже домашний скот и прочую живность. Разрывая и уничтожая каждое живое существо, он и его армия не оставили камня на камне, сровняв небольшое поселение с землей всего за одну ночь.</p> <p>• После всего содеянного, божество позволило Марку сохранить дарованную ему новую жизнь в обмен на одиночество и беспрекословное подчинение, с чем тот согласился. Думаю, что описывать все долгие 169 лет его дальнейшей истории не стоит. Он сменил множество имен, личностей, жизней, городов и стран. Стоит лишь отметить, что после утоления мести его неуёмная ненависть к людям не угасала, и начала находить отражение на окружающем его мире. По большей части он жил в Эшбёрне и его лесах, но каждый раз был вынужден покидать привычные земли, дабы не вызывать подозрений. За долгие годы он воочию видел не стоящий на месте прогресс, а многие из его деяний навечно останутся приписанными диким животным и пресловутым маньякам.</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ДОПОЛНИТЕЛЬНО</span></strong></span></span><br />- Манипулятор и очень хороший актер. Если потребуется, то он будет улыбаться, проявлять нежность и ласку, а выдать его смогут, пожалуй, только глаза, никак не сочетающиеся с выбранным образом.<br />- Не испытывает чувства жалости к кому-либо и к себе в особенности;<br />- Эмоционален и импульсивен. Способен на злость, выжигающую всю на своем пути словами и действия. Может проявить даже любовь, но свою, специфическую, хищную с зашкаливающим собственничеством, а местами и вовсе избитую ненавистью к чему-то действительно светлому и сильному;<br />- Одинок, что глубоко внутри съедает его, подливая еще больше масла в неуравновешенное состояние. Иногда бывают вспышки этого самого одиночества, особенно если кто-то очень удачно зацепит за нужную петлю. Только вот потом отдача непременно окажется медленно затягивающейся петлей вокруг чужой шеи; <br />- Курит, порой пьет крепкие напитки как конь, но сильно опьянеть ему крайне проблематично;<br />- Волки местных лесов признают его и подчиняются.<br />- Ненавидит собак (а те его) и людей;<br />- При желании способен голыми руками, играючи выдрать у вас позвоночник;<br />- Водит машину, начитан и образован. Даже играет на нескольких музыкальных инструментах, многим из которых обучился, стараясь хоть как то разнообразить свою долгую жизнь;</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ПОСЛЕСЛОВИЕ</span></strong></span></span><br />Пишу от третьего лица. Отвечаю обычно быстро, но от соигроков того-же не требую. Моментальных ответов недолюбливаю. По игре всеяден, единственное условие - не натягивать сову на глобус.&#160; Контакты АМС предоставлю.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:22:12 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=78#p78 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=77#p77 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Oswald"><strong>&#160; ЭДВАРД СКОТТ &#9660; EDWARD SCOTT</strong></span></span><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: pattaya">labrinth - when i rip</span></span><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://i.ibb.co/tKM1htD/k8-NPYv-3.gif" alt="https://i.ibb.co/tKM1htD/k8-NPYv-3.gif" /><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: Oswald">[Christian Navarro]</span></span></span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 14px">ГЛАВНОЕ</span></strong></span></span><br /><strong>Возраст</strong>: 10.05.1964, 28<br /><strong>Адрес</strong>: небольшой дом в лесу, отстроенный своими руками<br /><strong>Занятость</strong>: плотник фрилансер, сезонный рабочий, помощник на траулере<br /><strong>Сделка или проклятие</strong>: мне кажется, я все же проклят, но вовсе не Зверем.. <del>пока в этом плане чист</del></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ИСТОРИЯ</span></strong></span></span><br />- Я помню тот день, - стоя за импровизированной конторкой, мужчина, улыбаясь, заканчивал свою речь, - когда я пришел сюда в первый раз. Это было ровно шесть лет назад, и я просто счастлив, что я уже не тот человек. Как и моя жена, - зал нестройно смеется, чуть запаздывая за смехом оратора, - Спасибо, что прошли со мной через это все. Это… Это все, что я хотел сказать.<br />Мужчина отходит на свое место под аплодисменты, уступая место распорядителю. Сейчас он передаст слово дальше и все дружно отводят глаза, наклоняются за оставленными на полу пластиковыми стаканчиками дерьмового кофе, роются в карманах, или смотрят на часы. Здесь никто не хочет свою минуту славы. Здесь в принципе никто из&#160; присутствующих не хочет даже просто быть. Ну может быть, кроме того парня, что садится на место. <br />- Спасибо, Говард. Еще кто-нибудь хочет поделиться сегодня чем-нибудь с нами?<br />Я тоже отвожу взгляд, мне не нравится, когда все на меня смотрят. Правое колено трясется и мне приходится давить на него обеими руками, только тогда оно не так громко стучит каблуком об пол, но я знаю, что они все равно слышат. Да-да, у драных кроссовок нет каблуков. Не придирайся.<br />- Эдвард? – он зовет меня этим именем и я дергаю головой, растираю стрельнувшую шею. Мне не нравится это имя, - Может быть ты расскажешь нам о себе?<br />- Н-нет, - я не хочу туда, не хочу, это тупо, - Может быть в другой раз?<br />- Да, давай уж, ну ты чего? <br />Кто-то толкает меня в плечо, и я хочу обернуться, но лишь поворачиваю голову в пол оборота, смотрю на колени толкнувшего. Я не хочу смотреть на его лицо, оно мне что-то напоминает, но я никак не могу вспомнить, что и это меня нервирует. Я думаю только о том, чтобы выйти скорее отсюда, дойти до своей хибары и закинуться наконец методоном. При мысли о дозе сразу во рту слишком много слюней. Я столько не проглочу. <br />Он снова толкает меня. Так нельзя. Здесь так не принято. Пытаясь увернуться, я встаю, и все решают, что я хочу высказаться. Черт бы тебя подрал, придурок. Не смотря на толстовку меня знобит, хотя я потею. Я не хочу говорить со всеми этими людьми. Можно я просто пойду домой?<br />- Эээ. Всем привет. Меня зовут Нэд.<br />- Привет, Нэд.<br />Они говорят слишком громко, вынуждая меня снова вздрагивать. Я хочу найти в толпе того парня, что вынудил меня выйти, но я уже не помню откуда пришел. С памятью стало совсем плохо.<br />- Нуу.. Эээ… Да.. Моя жизнь.., - что говорить? Я поднимаю затравленный взгляд на чувака, что зовет себя моим поручителем, сжимаю пальцы до хруста, - У меня в детстве был друг. Пушистый такой, мягкий, теплый, заботливый. Воображаемый, я полагаю. Очевидно, что воображаемый. Дети ж не дружат с волками, да? - кусочек сухой кожи на краю губы меня бесит, и я пытаюсь его откусить, - Он был очень хороший. Когда умерли предки, он вынес меня из горящего дома, а еще я как-то заблудился в пещере и он несколько дней грел меня и кормил мясом. Я вот только что подумал, - странная мысль ломится в голову, и я грызу ноготь, пытаясь сосредоточиться, но отвлекаюсь на заусенец, тут же забывая, что хотел рассказать, - О чем я?<br />- Пещера, - подсказывает кто-то из зала.<br />- Пещера? А что с пещерой? А я был однажды в пещере. Какой-то огромный волчара как-то раз загнал меня в лес в большую пещеру и не выпускал пару дней. Страшно было пиздец, думал ебнусь там, - поручитель хмурится, - в смысле сдохну. Умру. Преставлюсь? <br />- Это все, Эдвард?<br />- А? – поднимаю голову, все странно смотрят. Походу я снова выпал на время. Чет я устал.<br />- Ты нам рассказывал о своей жизни.<br />- Да нормальная у меня жизнь, - на конторке следы ногтей, не могу удержаться, чтобы не провести поверх пальцем, цепляя впадинки обгрызенными ногтями, - Недавно, правда, девку мою волки в лесу загрызли, но какой-то чувак меня спас, - кусочек краски слетает с царапины на старой деревяхе, занозит меня прям под ноготь, - Но это нормально. Так часто бывает. У нас в Эшберне в лесах в принципе много волков. Могу я идти?<br />Назначенный коп, наверное, вовсе не хочет ездить со мной&#160; каждый вторник в большой город на встречи, но у него нет других вариантов. Он же не совсем конченный, чтоб вызваться добровольцем. Он не так плох. Иногда даже дает мне денег и даже не просит потрогать его причиндалы. Не то, чтобы я соглашался на другие подобные предложения, но порой становится так паршиво, что начинаю задумываться, что предложи он, я бы может быть и согласился. Но этот лишь просит стоять в одном месте, смотреть, а потом рассказывать, что я там видел и слышал. А еще про тех, кто еще дает мне денег, и где я беру наркоту. Покупает мне бургер и колу. Мне его жаль. Он не понимает, что память у меня-то совсем того, хотя я и стараюсь не принимать ничего в дни, когда ему нужен. Но это все же так сложно.<br />- Ну, давай уже свою коронную, - выйдя из машины, я переминаюсь на месте, после встреч в оан он всегда пытается воззвать к чему-то, что зовет здравомыслием. <br />- Ты в порядке? – от его взгляда мне становится не по себе. Что вообще развел тут?<br />- Тебе ли не похуй? Давай уже свой листок и я пойду.<br />- Нэд, - коп временит, всматривается из-под бровей, так и хочется врезать прям по дурацкой ямочке в дурацком его подбородке. Больно мне нужна вся эта забота, - Клара умерла позавчера. Тебе есть с кем поговорить?<br />- Ой, да отъебись ты уже, тут написано Скотт, а не Майер, иди кому-то другому на уши сядь.<br />Злюсь, конечно, не на него, но чего он пристал-то ей богу? Мне уже есть восемнадцать. Нечего тут папашу изображать.<br />Пакетик белого порошка в бумажном конвертике вечно так и норовит выпасть из трясущихся пальцев. Чертов коп засаживает всех моих поставщиков, и откуда только он узнает имена. Методон достать все сложней, но я не так туп, как они все считают. Нельзя спешить, иначе опять все рассыплю, но нервы от этого его взгляда совсем на пределе. Похер не буду выравнивать, так занюхну. <br />Черт, как же красиво. Кайф расползается прямо по коже, оседает на ней синеватый оттенком. Если поднять руку и медленно водить кистью, то за пальцами остается радужный след. Вечно бы на это смотрел. Мне хочется танцевать&#160; и я смеюсь, размахивая руками. Рисую радужными следами удивительной красоты картины прямо на воздушных потоках. Вот бы Кларисса увидела. Дыхание замедляется, мне хочется подрочить, но еще не время. Воздух тяжелый, как сладкая вата. Я выдыхаю. И выдыхаю. И выдыхаю. И выдыхаю. И все замирает. Прислушиваюсь к телу, откинувшись в кресле. Сердце издает последний глухой удар. Легкие выпускают последний глоток кислорода. Еще мгновенье и выключается мозг. И всё, что я чувствую, чего желаю и не хочу помнить&#160; меркнет. Я чист, как кристально белый клочок волчьей шерсти. Больше ничего не имеет значения. Чистый незамутненный кайф. Но так долго продолжаться не может и мне приходится сделать вдох. Дать телу воздух. Дать ему жизнь.</p> <p>Глядя на себя в зеркало, спустя годы, я стараюсь увидеть мужчину, которым становлюсь, но по-прежнему вижу обдолбанного подростка, огрызающегося на весь мир. Жизнь до восемнадцати как в тумане. Тумане боли, кайфа и сожалений. Иногда я хочу вспомнить, хочу понять, как так вышло, что стало причиной, и мог ли я что-нибудь изменить. Но чаще все же совсем не хочу. Мне страшно. Порой я все еще вижу во снах белого волка, просыпаюсь в испарине с замершим криком на губах и пропотевшими простынями. Я завязал, но в такие ночи до сих пор не могу бороться с собой. Бороться с желанием обернуть локоть жгутом и вставить иглу. Почувствовать, как наслаждение вымывает страх, наполняет тело истомой, стирая воспоминания вновь.<br />Маркус опять будет зол, но он не понимает. Весь этот кайф… эта легкость… эта чистота….<br /><span style="display: block; text-align: center">Бывших нариков не бывает.<br /></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ДОПОЛНИТЕЛЬНО</span></strong></span></span><br />- Родителей грохнули, еще когда Нэд был пару лет от роду, после жил с назначенной соц службой семьей, в которой и без него был десяток детей, за которыми никто не следил.<br />- Начал торчать еще в раннем детстве, подрабатывая, как мог, воровал, служил осведомителем<br />- Около 20ти встретил &quot;случайно&quot; странного парня, который суровыми методами, но заставил его практически завязать с наркотой, но порой все же старые привычки дают о себе знать<br />- Имеет на плече татуировку<br />- Боится местных лесов, но мысли уехать ни разу не допускал. <br />- Предпочитает работать в полях, на воде, но по всеобщему мнению прирожденный плотник, а потому чаще всего помогает при строительстве, вырезает игрушки на заказ, чинит мебель.<br />- Считает Маркуса своим лучшим другом, спасителем и наставником <del>наивный</del><br />- умеет играть на гитаре</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ПОСЛЕСЛОВИЕ</span></strong></span></span><br />Связь через ЛС или Маркуса. Притащил, пусть теперь расхлебывает)<br />Как правило пишу в третьем лице, посты от 3к, но тут решил научиться писать в первом. Пока держусь и страдаю, но там как пойдет.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:21:54 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=77#p77 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=76#p76 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Oswald"><strong>&#160; ЭЛВИН МАЙЕР &#9660; ELVIN MAYER</strong></span></span><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: pattaya">&#9834; Все имеет свою цену, которую придется платить &#9834;</span></span><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="https://thumbs.gfycat.com/WigglyArcticBilby-size_restricted.gif" alt="https://thumbs.gfycat.com/WigglyArcticBilby-size_restricted.gif" /> <br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: Oswald">[Til Schweiger]</span></span></span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><strong><span style="font-size: 14px">ГЛАВНОЕ</span></strong></span><br /><strong>Возраст </strong>: 14.02.1950, 42 <br /><strong>Адрес</strong>: 8, Хейвен стрит, Эшбёрн, штат Мэн, США.<br /><strong>Занятость</strong>: Первый помощник шерифа<br /><strong><em class="bbuline">Сделка </em>или проклятие:</strong> Лет 5 назад заключил сделку по пьяни с лесным существом, в надежде избавиться от финансовых и личных проблем, связанных с наркоманством и изменой жены. Долгое время думал, что все это ему приснилось, а смерть жены и подвернувшаяся халтурка это совпадения, но после инцидента с возгоранием дочери начал сомневаться. Сам никакими способностями не обладает</p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ИСТОРИЯ</span></strong></span></span><br />Во всех странах и городах значок полицейского невольно вызывает доверие и уважение. Люди, призванные на стражу порядка, как правило, обладают необходимыми чертами характера: стойкостью, волей, решительностью и нерушимой верой в правила и устои.<br />С самого детства юный Элвин, гордый наследник полицейской династии, усваивал незыблемые правила и последствия их нарушений. &quot;Все в этой жизни имеет свою цену, - любил приговаривать отец, - и перед тем как сделать что-либо, сын, подумай, готов ли ты платить эту цену и стоит ли вообще игра свеч&quot;? И сын думал, он вообще был весьма сообразительным мальчиком. В отличие от матери, не способной на это то ли в силу пола, то ли небольшого ума. Стефания была глупа, ленива и плаксива. Разве так сложно поддерживать в доме порядок и вовремя готовить обед? Трудно быть тем, кем тебя задумала матушка-природа? <br /><span style="font-style: italic">- Малыш, а что ты делаешь? – еле слышно бормочет мать и наклоняется к мастерящему что-то мальчику, - Это домик, да?<br />- Это клетка, - быстрый брезгливый взгляд на мать, дающий понять, что обращение &quot;малыш&quot; давно не уместно, и ребенок возвращается к своему делу, - Завтра мы пойдем охотиться на кроликов.<br />- Кролики – это… вкусно, - Стефания невольно бросает взгляд в сторону спальни, где стоял оружейный сейф,&#160; - М-может быть тебе помочь?<br />- Мужчина все должен делать сам! – громовой голос прокатывается по комнате,&#160; столешница печально скрипит от удара крепкого кулака, а женщина испуганно вздрагивает и выпрямляется, инстинктивно отступая.&#160; Элвин лишь слегка пожимает плечами, невозмутимо продолжая свое занятие. <br />- Я не то имела в виду, дорогой, - дрожащие руки нервно теребят подол фартука, глаза бегают по вычищенной до блеска комнате в поисках спасения. Она знает: одно неверное слово и расплата за неосмотрительность будет долго напоминать о себе на и так покрытом синяками различной давности теле.</span><br />Довольно быстро, подражая отцу, Элвин проникся отвращением к матери и спокойно рассказывал окружающим, что &quot;да, дражайшая мамочка снова споткнулась на лестнице, третий раз за месяц, представляете? Мы с папой уже столько раз предлагали ей ночевать в гостиной, но нет, она говорит, что жена должна ночевать в пастели мужа и упорно скачет по этой лестнице. А вы же знаете эта ее страсть к ликерам&quot;. Очаровательно улыбаясь, Майер разводил руками и соседки таяли, ни на секунду не сомневаясь в правдивости. Такой милый мальчик не может лгать.<br />А мальчик действительно рос весьма милым и привлекательным для противоположного пола. Улыбчивый футболист с льдинками в глазах легко покорял сердца и тела не самых стойких девиц, благодаря своему членству в команде, обаятельной улыбке и блестящему фордику - подарок отца на шестнадцатилетие. Отношения с одноклассницами его не интересовали, исключительно удовлетворение своего это и физических потребностей. Заводить семью было рановато, а ни на что другое женщины в принципе не способны.<br /><span style="font-style: italic">- Все, слезь с меня , у меня еще много дел, - юноша переводит дыхание, практически сбрасывает с себя очередную девицу, и, выйдя из машины, закуривает.<br />- Элвин, - брюнетка неуклюже выбирается из машины, пьяно спотыкается и хихикает, - а ты сводишь меня в кино?<br />- Руки! - Майер ощутимо, сильнее, чем следовало, бьет по руке, тянущейся к его сигарете, - Тебя? В кино? С какой это радости?<br />- Но, ты же обещал, - потирая ушибленную руку, девица непонимающе смотрит на еще полчаса назад столь милого молодого человека, - Я думала, мы с тобой..<br />- Мы с тобой что? - будучи выше на голову, юноша наклоняется, нависая над любовницей. Все очарование пропало, остался лишь лед в глазах и гадкая ухмылка, - Что мы теперь с тобой будем парой? Будем ходить за ручку, смотреть кино и кормить друг друга с ложечки?<br />- Ну, - брюнетка делает невольный шаг назад, но пьяные ноги путаются в платье и девушка падает на задницу прямо на землю возле машины и лишь бормочет, - Но ты же обещал.<br />- Посмотри на себя. Напилась и раздвинула ноги на первом же свидании. Да кто вообще захочет быть с тобой? Годишься только для секса, да и в нем ты крайне так себе.</span><br />По окончанию школы, Элвин справил кончину матери, попрощался с отцом и, радостно прыгнув&#160; в свой фордик, укатил на встречу судьбе. А конкретнее, в полицейскую академию в Портленд. Учеба всегда давалась Майеру легко и академия не стала исключением. Да, отличником он не был, частенько пересекал установленные рамки, считая, что цель оправдывает средства, но вышел из заведения с весьма высокими баллами и лучшим другом. <br />Френк и Элвин были весьма под стать друг другу: дерзкие, но признающие авторитет, скорые на подъем и на расправу, оба из не самых благополучных семей. Но если Элвин по привычке просчитывал последствия своих действий, то Френк бросался в любую заварушку, очертя голову.&#160; Будь то новое дело или девушка.<br /><span style="font-style: italic">- Эл, я женюсь, - сияя как новая монета, друг присел на край стола напарника.<br />- Тебя поздравить или посочувствовать? - не отвлекаясь от рапорта пробормотал Элвин, вытаскивая нужные бумаги из-под пятой точки товарища.<br />- Поздравить, конечно! Смотри, я и кольцо купил, - кичливая красная бархатная коробочка навязчиво замаячила между носом полицейского и недописанным рапортом, вынуждая оторваться от дел.<br />- Поздравляю с бессмысленной тратой денег и сочувствую с помолвкой, - Майер откинулся на стул, скептически глядя на Френка. Жениться тот собирался за время их дружбы вот уже в третий раз. В предыдущие два дальше намерений у того не заходило.<br />- Ай да ну тебя, только не начинай свою баланду, что жениться в двадцать пять глупо и вообще жену выбирать надо не по любви, а согласно ее домохозяйским навыкам.<br />- Весьма здравая между прочим мысль, - из-за спины Френка раздался голос капитана. Молодые люди вскочили, но мановением руки седой мужчина дал понять, что можно расслабиться, - Очаг это очень важно. Однако, возраст дело наживное, тем более, что статус холостяка плохо сочетается со званием сержанта. А вы же планируете сдавать экзамены в следующем году, не так ли?</span><br />Поразмыслив, как следует, Элвин пришел к выводу, что капитану участка виднее и с начальством не спорят. А посему оценив варианты, решил, что оптимальной партией для него будет давно влюбленная в него девчушка из соседствующего с участком кафе. Молодая, лишь переступившая порог восемнадцатилетия южанка не отличалась особой красотой, но зато неплохо готовила и всегда была крайне вежлива. И к тому же в ней, чувствовался некий надлом, отчего полицай полагал, что жена из нее выйдет скорее покладистая, нежели строптивая.<br />Юноша умел быть очаровательным и галантным при желании, так что очаровать Элфриду труда не составило. Тихая, не привыкшая к прикосновениям и вниманию девушка смотрела в рот своему избраннику, не веря своему счастью. Краснея и ужасно стесняясь, еще на первом свидании она прошептала, что ей очень жаль, правда, очень-очень жаль, но она не из тех девиц, что приглашают мужчин домой так скоро. Ухмыльнувшись, Майер только утвердился в своих рассуждениях и уже через несколько месяцев сделал девушке предложение.<br /><span style="font-style: italic">- Дорогой, - сидя на кровати в одной фате и сорочке в первую брачную ночь, невеста дрожала и нервно теребила угол наволочки, - я должна тебе кое-что сказать.<br />- Я слушаю, - обнажившись до исподнего, Эл замер перед супругой, сложив руки на груди. Тон Фриды отчего-то настораживал.<br />- Я... я..., - девушка мямлила и краснела.<br />Мужчина вздохнул и присел на корточки, накрыв дрожащие руки своими.<br />- Не бойся. В первый раз всем страшно.<br />- Да, дело в том... Я тебе не говорила... Это мой не первый раз.<br />Мир Элвина резко треснул пополам. Мужчина замер, вперив стремительно леденеющий взгляд в лицо жены. Та в ответ начала рыдать и что-то бормотать, что ее в средней школе растлил учитель, что это ничего не значит, что она любит только его. Майер встал. Ярость, зародившаяся в глубине души, нарастала с каждым всхлипом и словом лживой твари, полгода изображавшей недотрогу. То, что Элвин принимал за неопытность, все эти осторожные касания, стеснения и слова, что у нее не было в жизни мужчин оказались ложью. Он женился на ней только потому, что рассчитывал иметь жену, которую никто не имел до него. Разве это так много? Рука самопроизвольно поднялась и с размаху опустилась на влажную от слез щеку. Резкий хлопок прервал череду стенаний, установив в комнате звенящую тишину. Удар получился настолько сильным, что фата слетела с головы невесты, накрыв белым саваном прикроватную тумбочку.<br />- Я. Не. Потерплю. Лжи, - чеканя каждое слово прорычал полицейский, хладнокровно глядя в глаза замершей от удивления и ужаса жене, - У всего есть своя цена. Настоятельно советую тебе думать заранее, готова ли ты платить эту цену.<br />Он ожидал, что она вспылит. Наорет на него. Уйдет, хлопнув дверью. Отчасти даже надеялся, что она сама прервет этот разочаровывающий с первого же дня брак. Но она лишь смотрела на него снизу вверх, с застывшими в глазах слезами и потекшей косметикой на лице. Прав был отец: совершенно никчемные создания.<br />-&#160; А теперь иди умойся. Грязи в доме я тоже не потерплю.</span><br />Еще спустя пару месяцев получив результаты успешно сданного сержантского экзамена, Майер получил письмо от умирающего отца с просьбой приехать. Все в жизни пошло не по плану с тех пор, как он женился. Весь вечер Френк отпаивал друга виски и убеждал, что маленькие городки не так уж и плохи, как кажется. Не убедил, но переехать пришлось. Капитан участка поспособствовал переводу, убеждая в свою очередь, что это не самый худший вариант развития карьеры.<br />Городишко после долго отсутствия сразу оттолкнул Эла. Маленький, скучный город. Первое время он утешал себя мыслью, что это ненадолго, что он наработает стаж, продаст оставшийся от почившего отца дом и вернется в большой город, где его ждет карьера детектива, но что-то всякий раз мешало. Каждая попытка покинуть Эшбёрн оборачивалась провалом. Четкая грань добра и зла потихоньку стиралась, полицейский заступал за нее сперва неуверенно, отмазав соседа от штрафа за услугу, затем все дальше, покрывая финансовые махинации хозяина лесопилки и развивая сеть взаимной поруки благонадежных горожан. Все чаще Элвин проводил вечера в барах, заключая сделки или коротая время за бутылочкой чего покрепче.<br /><span style="font-style: italic">- Фрида, я дома, - пьяный в хлам Элвин ввалился в дом около одиннадцати, застав благоверную за разговором по телефону. Женщина в спешке попрощалась и положила трубку.<br />- С кем это ты разговаривала? - буркнул мужчина, выуживая из бара початую бутылку виски.<br />- Да так, ни с кем, - щеки начал заливать румянец, вспотевшие ладони отчаянно терлись о подол.<br />- Ты же не вздумала врать мне, жена?, - отхлебнув из бутылки, Майер посмотрел на супругу, опасно сузив глаза.<br />- Нет, что ты! Мама звонила. Приболела что-то, - Элфрида отвела глаза, не выдержав тяжелого взгляда, и неосознанно потерла синяк на плече. <br />- Подойди ко мне, дорогая, - глаза, от которых не укрылись манипуляции жены, сузились еще больше. Бутылка отправилась на временный постой на ближайшую тумбу, а голос внезапно стал крайне ласков и мил. Женщина вздрогнула, с ужасом вжавшись в кресло, - Я сказал, подойди! - дождавшись, когда она наконец совладает с дрожащими ногами и подойдет, сержант улыбнулся и положил руки на плечи супруги, - Фрида, милая, ты же знаешь, что всегда могу определить, когда ты врешь?<br />- Эл, пожалуйста, - голос дрожал, готовый сорваться на всхлипы, - Я не хотела, правда. Мне больно.<br />- Не хотела? - сквозь зубы рычит мужчина, сжимая пальцы, - Я полагал, ты выучила свой урок. Зачем ты вынуждаешь меня раз за разом?<br />- Я выучила. П-п-правда. <br />- Ты думаешь, я получаю удовольствие от этого? Это ты делаешь меня таким!<br />- ..... ........ .....<br />- Что ты там бормочешь? Я не слышу, - подвыпивши Майер совсем терял контроль над собой, поэтому довольно сильно встряхнул жену, продолжавшую что-то невнятно бормотать, - Не вынуждай меня еще и учить тебя нормально говорить, женщина!<br />- Не в живот, - совсем сжавшись, вскрикнула Элфрида, - Я беременна!</span><br />Элвин очень надеялся, что жена родит ему сына. Достойного продолжателя семейной династии. Несколько месяцев воодушевленный он радовался жизни, старался не пить, был мил и даже ласков с Фридой. Однако результат теста был неумолим.<br />Девочка.<br />Жизнь с двумя женщинами в доме стала сложнее в два раза. Начиная с постоянного бардака в ветшающем доме и заканчивая участившимися истериками жены, подсевшей на антидепрессанты после родов. Все чаще, приходя с работы, он находил ребенка неумытым и некормленым, а жену в беспамятстве.<br /><span style="font-style: italic">- Вставай, дрянь, - Элвин резко поднимает хихикающую жену, опять перебравшую с таблетками, и тащит в ванную.<br />- Дорогой, ты у меня такой красивый, - тонкие руки тянутся в ширинке мужа, женщина делает шаг, спотыкается и вновь начинает хихикать.<br />- Смотреть противно. Чертова наркоманка, - Майер брезгливо отводит ее руки и толкает супругу в душевую кабину под струи ледяной воды. Фрида ударяется головой о плитки на стене, но даже не замечает,&#160; продолжая хихикать и тянуть руки.<br />- Дорогой, возьми меня, - запах алкоголя и чего-то сладкого ударяет в нос мужчине, вынуждая кривиться, - Возьми, как тогда в подсобке. На перемене, помнишь?<br />- Ты же ребенка грудью кормишь, тварина, - морщится полицейский от запаха. Последние слова окончательно сносят слабую дамбу, выпуская гнев наружу. Тяжелый кулак врезается женщине прямо в живот, вынуждая сложиться пополам и судорожно вдыхать воздух. Хотя бы перестала хихикать. Из дальней комнаты донесся плач годовалого ребенка. Прислушавшись, Элвин садится на корточки перед женой, берет ее лицо рукой: большой палец глубоко вошел в одну щеку, остальные сжали вторую, вынуждая открыть рот. Некоторое время Майер позволил себе побороться с желанием плюнуть в этот лживый грязный рот, после чего резко сунул два пальца супруге в рот. Вызвав рвотный рефлекс, сержант резко выдернул руку, ополоснул в текущей воде и оставил суженую реветь и опустошать желудок на полу ванной.<br />- А кто тут у нас плачет? <br />Вернувшись к ребенку, папашка взял дочурку на руки, успокаивая и подогревая магазинное молоко. <br />- Ты же не будешь у меня такой непутевой, как мамашка, правда, тыковка? - Ласковый голос и нежные прикосновения к дочери сильно контрастируют с происходящим минуту назад, - Папочка сделает из тебя нормальную женщину. Папочка не даст тебя испортить этой истеричке.</span><br />Дочь Элвин действительно полюбил и заботился о своей малышке. Возможно порой чрезмерно, но как мог. К сожалению, характером она пошла в мать: любила приврать, увиливала от обязанностей и частенько нарушала правила.<br /><span style="font-style: italic">- Скажи мне, тыковка, ты знаешь, кем работает папа?<br />- Полицейским.<br />- Верно, - Эл сидит в кресле и смотрит на свою девятилетнюю дочь, стоящую перед ним, склонив рыжую голову, - А что делают полицейские?<br />- Ловят преступников.<br />- Эл, пожалуйста, не надо, - Фрида замолкает под гневным взглядом мужа, сжимаясь в углу.<br />- Умница, дочка, - Майер снова переводит взгляд на переминающуюся Беверли, - А кто такие преступники?<br />- Нууу... ээтоо...<br />- Не мямли, - в голосе мелькают стальные нотки. Обе женщины вздрагивают.<br />- Это люди, нарушающие законы.<br />- А что делают с такими людьми?<br />- Их наказывают.<br />- Вот видишь, какая ты у меня умненькая, - ласково мурлычет полицейский, - Все то ты знаешь. А скажи, что еще я всегда говорю?<br />- Что все имеет свою цену, - вздыхает девочка, сглатывая. Она знает, что ее ждет&#160; и не обманывается ласковым тоном отца. Подобный тон никогда не предвещает ничего хорошего.<br />- И в какую цену ты оцениваешь кражу из моего кошелька двадцати долларов? И вранье матери, что это сделала она?<br />Молча и покорно Беви разворачивается, открывает шкаф, снимает с крючка ремень, и, отдав отцу, становится голыми коленками на стул.</span><br />Самая трудная и высокая любовь — это жестокость. Наказывать дочь Элвину нравится еще меньше, чем жену. Но она должна понять, что мир не такой светлый и радужный. Должна научиться быть сильной. Быть не такой, как прочие никчемные женщины, не годные ни на что. Его девочка не станет шалавой или наркоманкой. <br />Когда Беверли перевалило за десять лет, Элфрида снова огорошила семейство беременностью. На этот раз мальчик. Ну наконец-то. Наследник. Как долго он этого ждал. <br /><span style="font-style: italic">- Фрида, а где мой парадный пиджак? Мы с ребятами решили отметить день рожденье Джона.<br />Спустя пару дней Элвин пришел домой раньше обычного, но жена не откликалась. Беверли должна была еще быть в школе, но у Элфриды выходной день. Заглянув на кухню и в гостиную, Маейер направился на задний двор. Женщина стояла на заднем дворе в коротком домашнем платье и нервно крутила сигарету, периодически затягиваясь. Боже, как же он ненавидел вид ее лица с сигаретой.&#160; У них было несколько бесед на эту тему, и она клялась, что бросила эту дурную привычку. Ярость мгновенно поднялась со дна души. Она не только не бросила, но и снова врала ему. Да еще и курила, будучи беременной. Его руки слегка подрагивали, стягивая с форменных штанов ремень и наматывая его на кулак. Рассеянно обернувшись на звук открываемой двери, Фрида практически подпрыгнула, увидев налитые кровью глаза мужа и чуть не подавилась сигаретой. Бросив окурок и выставив перед собой руки, женщина осмотрелась в надежде на спасение, но выхода с заднего двора не было.<br />- Эл, прости.<br />- В дом! Живо! - низкий голос больше рычал, чем говорил. Ярость застилала глаза полицейского, но не настолько, чтобы бить ее на улице на потеху соседям.<br />- Элвин, не надо. Послушай...<br />- Я сказал, иди в дом, - резко метнувшись страж порядка одной рукой схватил жену за волосы, зажав второй рот, и втащил в дом, швырнув на пол. С тихим свистом ремень издал громкий щелчок и опустился супруге на бедро. Фрида вскрикнула и попятилась, не вставая с пола, - Проклятая ты дрянь, - перемежая слова с ударами рычал мужчина, - Ты мне одного ребенка чуть не убила в младенчестве, второго решила еще раньше? Где ты их хранишь, грязная лгунья?<br />Каждый удар оставлял яркое пятно на руках и ногах, всхлипы и рыдания наполнили гостиную. Снова обхватив волосы рукой, Майер резко поставил жену на ноги, запрокинув голову и рыча прямо в ухо.<br />- Где ты хранишь орудия убийства моего ребенка?<br />- Это не твой ребенок, - еле слышно прохрипела Элфрида, с трудом делая вдох в неудобном положении.<br />- Что? - от неожиданности подобных слов Эл даже ослабил хватку и отступил.<br />- Это не твой ребенок, мерзкий ты ублюдок, - супруга выплюнула сперва слова в лицо мужу, а затем и плюнула по-настоящему.<br />Эл взревел. Подобной ярость он еще никогда не испытывал. Жена много раз предавала его доверие, но подобной подлости он от нее точно не ожидал. Обезумев, он протащил ее по стене от дверного проема до гостиной, прижал к шкафу и принялся методично наносить удары. В какой-то момент гнев настолько застлал ему глаза, что он даже не видел кого держит и куда бьет.<br />- Кто он? - удар, - Кто он? - снова удар, - КТО ОН?! Отвечай.<br />- Билли!, - не выдержав выкрикнула сквозь слезы Фрида. Она подняла руки, защищая лицо, но удары приходились по всему телу, - Билли из доставки овощей для кафе.<br />- Шлюха! Драная, ты, проститутка.<br />Хлопок входной двери немного сбил кровавую пелену с глаз, обернувшись, Эл увидел дочь, которая замерла на пороге и смотрела на него своими огромными глазами. <br />- Беверли! - отпустив жену, которая сразу осела на пол грузным кулем, мужчина подлетел к отшатнувшейся было дочери и, схватив за локоть, подтащил к матери, - Хорошенько посмотри на это Беверли. Посмотри и запомни, что бывает с потаскухами, вроде твоей мамаши, раздвигающими ноги перед каждым встречным&#160; будь то учитель, или доставщик овощей.<br />- Пап, я.. я..<br />Но Элвин ее уже не слышал.<br />- Я человек нравственный, вы знаете. Я продукт другой эпохи. В которой женщины вели себя пристойно, храня верность слову и мужьям. Чего я только не делал ради вашего блага, неблагодарные девки, - встряхнув дочь, Майер схватил ее за вторую руку и повернул к себе, - В глаза мне посмотри и скажи, что хотя бы ты понимаешь, что значит честь и нравственность.<br />- Да, папа, я понимаю, - пролепетала девочка, дрожа всем телом.<br />- А вот это мы сейчас и проверим.<br />Оставив жену стонать на полу, отец потащил дочь в машину и помчался в ближайшую женскую консультацию. Лишь получив заключение врача о невинности дочери, Элвин успокоился.<br />- Прости, тыковка, - посадив дочь на скамью на парковки, Майер присел перед ней и мягко произнес, поглаживая ее по волосам, - Мне жаль, что ты незаслуженно попала под папину горячую руку. Пойми, просто папа очень любит тебя и хочет для тебя хорошей судьбы. <br />- Да, папа, - бесцветным голосом отвечала девочка.<br />- Мама у нас совершает сильные глупости по жизни. То пьет, то таблетки принимает, то чужие огурцы в себя сует. Так себя хорошие девочки не ведут, правда?<br />- Да, папа.<br />- Ты же у меня хорошая девочка? Ты же будешь себя хорошо вести?<br />- Да, папа.<br />- Вот и умница.</span><br />Подбросив дочь домой, страж порядка разобрался с Билли, битой и словами донеся, почему не стоит трогать чужих жен. И почему точно не стоит обращаться с этим в полицию. <br />Вернувшись домой, он с удовлетворением отметил, что жена хоть и была потаскухой, но прибиралась в доме исправно. В доме царила тишина, лишь свет из-под дочкиной двери символизировал о том, что кто-то все же есть. Зайдя в спальню, мужчина заметил подпрыгнувшую моментально жену, занятую до этого приведением себя в порядок, но проигнорировал ее присутствие и открыл оружейный сейв. Вот уже 15 лет он хранил таблетки и прочие наркотики, стабильно отбираемые у супруги. Накопилось весьма приличная коллекция. Сгребя все в пакет, Элвин развернулся и швырнул кулек под ноги Фриде.<br />- Забирай свое дерьмо и убирайся из моего дома, - совершенно спокойным тоном не терпящим возражений, коп указал на дверь, - Мне отныне абсолютно плевать, что ты будешь делать, как и с кем. Хоть прими все это сразу и перетрахайся со всем городом. Но если моя дочь еще раз пострадает от твоих действий, я найду тебя и убью, так и знай.<br />Когда выяснилось, что жена за годы потворства наркомании заложила дом и потратила все сбережения, отложенные на учебу, и лишила семью по сути средств к существованию, Элвин был все себя. Напившись, он искал ее в лесу, чтобы исполнить обещание, но встретил кого-то совсем иного. Желая избавиться от проблем, не думая пьяной головой, Эл заключил сомнительную сделку с сущностью, встреченной в лесах, и спустя пару месяцев Элфрида скончалась, предположительно, от передозировки наркотиков. Ее тело нашли в лесу с запиской, которая гласила, что ей очень жаль, она слабая женщина и не смогла вынести ссору с любимым мужем. Под присягой Билли подтвердил, что соблазнил жену офицера полиции, и она приходила к нему, сказав, что ушла от Майера и на самом деле он отец ребенка. Однако он, как истинный христианин, раскаялся и отослал ее назад, дальнейшая ее судьба вплоть до инцидента не была никому известна. <br />Примерно в то же время, весьма удачно подвернувшееся предложение поправить финансы от местного бизнесмена Грегори Райана с годами привело полицейского, всегда стоявшего на том, что нет ничего важнее правил, на темную сторону закона. Покрывая около законные делишки держателя бойцовского клуба с сомнительной репутацией, Майеры смогли выправить своё финансовое состояние, но все же, собрав семейный совет, решили сдавать пустующие комнаты в большом доме, требующем значительных вложений на содержание.<br />С уходом жены Элвин стал еще больше приглядывать за дочерью, упорно пытаясь донести свои постулаты. Но девочка училась все хуже и постоянно пропадала где-то. Майер снова начал пить, все чаще срываясь на дочери. За что неизменно себя корил и приползал каяться и извиняться. Вплоть до весны 91 года, когда в ходе очередной бурной ссоры, Беверли не вспыхнула, словно факел, опалив отцу руки и чуть не спалив весь дом. Таинственный благодетель ли затребовал плату за совершенную по пьяни сделку, или странности местных лесов добрались и до этой семьи, Элвин не знает, но груз вины и ответственности с каждым годом давит все сильнее, вынуждая совершать одну ошибку за другой.</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ДОПОЛНИТЕЛЬНО</span></strong></span></span><br />Крайне придирчив в работе, не терпит малейшего бардака как в делах, так и на столе. Педант и чистюля, но не брезгует замараться при необходимости. Веселый и очаровательный мужчина с незнакомцами и незнакомками, но при более близком общении явно проступают диктаторские замашки. Все держит под контролем. Ведет заметки про нужных горожан, не гнушаясь пользоваться ими в целях личной или профессиональной выгоды. На хорошем счету у начальства, но в силу склонности превышать полномочия никак не выбьется по службе выше. Хотя в свете наметившейся последние годы около законной халтуры, уже и не хочет светиться и идти выше первого помощника. Вспыльчив и склонен считать, что цель оправдывает средства.</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ПОСЛЕСЛОВИЕ</span></strong></span></span><br />Связь есть вся: телега, вк, аська, лс, емейл, скайп - что душе угодно. Спрашивайте)<br />Предпочтения по объему постов не сильно притязательны: пишите хотя бы половинку странички, главное чтобы информативно и интересно) Играть можно детективчики, коповские будни, могу вас притеснять или шантажировать. Коп из меня не самый честный, но старательный) Рад любым предложениям.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:21:18 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=76#p76 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=75#p75 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 20px"><span style="font-family: Oswald"><strong>&#160; АДАМ ФИШЕР &#9660; ADAM FISCHER</strong></span></span><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: pattaya">Разум забывает что-то неспроста...</span></span><br /><img class="postimg" loading="lazy" src="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/7/118493.gif" alt="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/7/118493.gif" />&#160; <img class="postimg" loading="lazy" src="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/7/231306.gif" alt="http://upforme.ru/uploads/001a/b7/b4/7/231306.gif" /><br /><span style="font-size: 12px"><span style="font-family: Oswald">[Chris Wood]</span></span></span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 14px">ГЛАВНОЕ</span></strong></span></span><br /><strong>Возраст</strong>: 01.01.1958, 34 года<br /><strong>Адрес</strong>: заброшенная хибара Браунов<br /><strong>Занятость</strong>: разнорабочий<br /><strong>Сделка или проклятие</strong>: иное. Подвержен вселению <a href="http://ashburn.ru/viewtopic.php?id=12#p25" rel="nofollow" target="_blank">Зверя</a>.</p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ИСТОРИЯ</span></strong></span></span><br />• Родился Адам в простой провинциальной семье. Его отец, был владельцем небольшого земельного участка, разводил скот, чем и зарабатывал на жизнь, а мать мальчика была обыкновенной учительницей. Когда ему исполнилось 5 лет, в семье появился второй ребенок, девочка, однако та по стечению обстоятельств не дожила и до 2 лет. Убитая горем мать первое время совершенно позабыла о семье, и сидя в кресле у окна детской, она часами могла безмолвно смотреть куда-то в сторону полей, сквозь запыленное стекло, игнорируя проходящую мимо нее жизнь. Однако это ее молчаливое горе длилось не долго. За год до собственной смерти женщина внезапно принялась обвинять сына в кончине дочери, по одной лишь ей понятной причине. И спустя еще два года стенаний скончалась. Раздираемый сомнениями, отец держал мальчика подле себя еще пару месяцев, а после внезапно отказался от родительских прав, и передал мальчика в один из детдомов Портленда. После обвинений и незаслуженной ненависти со стороны матери, после отчуждения и предательства со стороны отца, Адам, будучи еще ребенком, замкнулся в себе.<br />• В детдоме воспитание многочисленных постояльцев не было поставлено на широкую ногу, а большинство детей были выходцами из неблагополучных семей, и первое время, дабы влиться в существующий коллектив, Фишер примкнул к местной шпане. К 16 годам он и еще трое парней стали самой настоящей головной болью для настоятелей приюта, однако в какой-то момент Адам вдруг резко пересмотрел свои приоритеты. Быть может перспектива вырасти бандитом, проводящим большую часть своей жизни за решетками тюрем, его не устраивала, а может уже тогда он имел в голове далеко идущие планы, но как бы там не было, он с головой окунулся в учебу, попутно устроившись помощником в местную автомастерскую. Наверстать упущенное и поправить свой аттестат оказалось не просто, но упорства парню было не занимать, и к моменту окончания школы, он успешно сдал вступительный экзамен в полицейскую академию, где вскоре начал свое восхождение по лестнице полицейской службы.<br />• В 1979 году Адам поступил на службу в Департамент полиции Огасты, и 11 сентября того же года был приведен к присяге в качестве патрульного с испытательным сроком. Гордясь своей работой, он часто вызывался водителем в группы, стремился первым оказываться на срочных вызовах, чтобы быть «супер-копом» - и между делом крутил роман с молодой девушкой-диспетчером из головного пункта департамента. Исполнительный с одной стороны и рисковый с другой, Фишер был окружен вниманием, как молодых коллег, так и старших: впрочем, если первые с каждым месяцем смотрели на него все более уважительно, то последние только качали головами. <br />Из-за своей горячности, Адам был серьезно ранен в 1981 году в ходе задержания торговцев наркотиками: четыре офицера полиции получили информацию о месте времени проведения сделки и молодой патрульный ввязался в это дело, в итоге получив два выстрела в упор из пистолета. Восстановление заняло больше месяца, но тяга к жизни и природная неугомонность вернули Фишера в регулярную патрульную службу. В последующие годы послужной список молодого полицейского пополнился участием в нескольких облавах, активном сотрудничестве с отделом по борьбе с организованной преступностью, а также участии в профилактических работах по городу. Во время одного из рабочих отпусков он успел даже побывать в размещении Красного Креста, где помогал пострадавшим после торнадо. <br />Уже 1982 году Адам был представлен к повышению и успешно сдал квалификационный экзамен на сержанта, став самым молодым сотрудником такого класса в департаменте. Из патруля он был перенаправлен в отдел грабежей, однако особого энтузиазма к новой должности не проявил, и в конце 1982 года первым ухватился за вакантное место в отделе по борьбе с организованной преступности, с людьми из которой всегда работал охотнее всего. Однако взять нахрапом новое повышение и перевод одновременно Фишеру не удалось. <br />Участвуя в расследованиях и задержаниях вместе с двумя детективами из отдела грабежей, он не переставал стремиться в другой отдел. В середине 1987 года он стал одним из тех, кто всеми силами старался сохранить порядок в Огасте. Боролся с резким подъемом криминальных элементов, а ближе к концу года его мечты о переводе осуществились - вторая попытка сдать проходные тестирования увенчалась успехом, заявка на вакантную должность была одобрена руководителями, и с нового месяца сержант не только заступил на службу в отдел по борьбе с ОП, но и получил повышение класса до первого ранга.<br />• С 1988 года в Огасте стала происходить череда убийств, жертвами в которых оказывались молодые девушки в возрасте от 14 до 22 лет. Все убитые были ярко выраженными блондинками с голубыми глазами, и почерк содеянного с ними указывал на то, что это все дело рук одного человека. &quot;Мавр&quot; - именно так СМИ окрестили загадочного убийцу. Естественно подобного Адам не смог проигнорировать и, заполучив дело, с маниакальным упорством погрузился в него, вот только на этот раз его везение повернулось к нему спиной. Долгих 2 года убийца играючи водил за нос правоохранительные органы, умудряясь, каждый раз выскальзывать из цепких рук правосудия, а в ноябре 1990 года сам Фишер внезапно пропал...<br />• Поиски пропавшего сержанта полиции не дали результатов, и к концу года он пополнил и без того длинный список пропавших без вести. В департаменте ходили слухи, что Фишер чересчур заигрался в Коломбо, и скорее всего, копнул там, где не следовало. А убийства девушек тем временем не прекращались. Их тела все так же периодически находили на пустырях. Искалеченные, изнасилованные, задушенные и распятые, все они держали у сердца по цветку живой фиалки.<br />• В июне 1991 года столицу потрясло шокирующее известие - маньяк был пойман! Этот ублюдок угодил в аварию на одном из пригородных шоссе, а в багажнике его машины была найдена очередная, дай бог последняя жертва - 13 летняя Эмили Роуз. И какого же было удивление общественности, когда этим самым маньяком оказался не кто иной, как некогда пропавший сержант полиции Адам Фишер. В результате аварии он заимел перелом нескольких ребер и амнезию, которая начисто стерла память. Он не помнил и по сей день не помнит вообще ничего. Ни своего имени, ни детства, ни взрослой жизни, ни содеянных им (?) убийств. Вот только это мало кого волновало. СМИ моментально подняли шум и, будучи первое время прикованным к постели в одной из больниц города, после Адам был безоговорочно приговорен к смертной казни. <br />• В сентябре 1991 во время перевозки заключенного для исполнения приговора, на машину конвоя было совершено нападение, в результате которого Фишеру удалось сбежать. Кто и зачем устроил это, мужчину не волновало, ведь куда важнее было то, что, даже оказавшись на свободе, ему некуда бежать. Каждая собака столицы знала его в лицо, а вот он в свою очередь не знал вообще никого. <br />Спустя долгие месяцы скитаний, Адам забрел в небольшой городок Эшбёрн. Сразу соваться в город он побоялся, потому наткнувшись в лесу на разрушенную, видавшую виды хибару, он решил осесть именно там. Местные появлялись там крайне редко, и это было лишь на руку, но добывать себе пропитание в лесной чаще оказалось, мягко говоря, трудно, потому в итоге ему все же пришлось предпринять попытки знакомства с жителями городка. Может здешние не смотрят новости, а может их глуши шумиха столицы все еще не коснулась, но как бы там не было, люби не кинулись на него с вилами и факелами. Более того, городишко оказался не без добрых людей - кто-то одежду подкинул, а кто-то накормил и чаевыми подсобил за работу.<br />• Перебиваясь случайными заработками и всячески помогая местным, Адам по сей день неохотно идет на контакт с кем-либо, искренне опасаясь того, что он действительно может быть тем самым ничтожеством, чья личина после аварии просто временно задремала, где-то на подкорке его сознания. Но это не единственная проблема...<br />• Так как память Адама - чистый лист, местное божество, Зверь, временами активно заимствует его тело, дабы материализовать в нем себя. В такие моменты сознание Фишера подавляется, но преследуя свои интересы, Зверь постепенно разделяет с ним бразды правления.&#160; </p> <p><strong>Характер:</strong><br />На данный момент характер у Адама весьма своенравный и не обделен такими порочными качествами личности как: неуступчивость, непокладистость, вспыльчивость и упрямство. Но в нынешнем положении ему хватает ума не выказывать подобное поведение. С местными он стремится быть замкнут и неконфликтен, а сердобольным старушкам пытается улыбаться. Умеет быть обаятельным. Сдержанный, рассудительный, умеющий слушать и слышать, он предпочитает дважды подумать, прежде чем что-либо сказать или сделать, но вместе с тем он прямолинеен. Любит называть вещи своими именами. Очень старается контролировать свои эмоции, но в критических ситуациях, все же порой импульсивен, особенно в условиях давления. Он не терпит агрессии к себе и искренне ненавидит, когда ему пытаются что-либо навязать или принудить к нежеланным действиям. В таких случаях, будучи неуслышанным после пары предупреждений он быстро выходит из себя, опрометчиво не думая о последствиях. Нет, он не станет отвечать хамством на хамство или повышать голос, поскольку не считает нужным выражать эмоции по средствам ругани и громких перепалок. Он просто смело даст в морду настырному обидчику, ведь если тебя не слышат или не хотят слышать, то зачем поднимать шум, когда можно сразу перейти к доходчивым действиям, положительным или не очень (это уже как пойдет).<br />Принципиальный, в ситуации сложного морального выбора может предпочесть принципы и начать действовать даже себе в ущерб. Злопамятный, серьезные обиды способен помнить тысячелетиями. Может легко пренебречь собственной выгодой и безопасностью, защищая обиженного. Правда, следует уточнить, что этот самый обиженный должен входить в круг доверия мужчины, а этот самый круг на данный момент пуст.<br />Он человек слова, что не бросается пустыми обещаниями и никогда не откладывает дела &quot;на потом&quot;. Исполнителен, предпочитает действовать быстро, точно и настойчиво, если того требует положение. Ответственный и пунктуальный как швейцарские часы. Он всегда сосредоточен на поставленной цели и предприимчив в ее исполнении.<br />Испытывая к кому-то симпатию, ласков и имеет склонность к тактильному контакту. А если ввяжется в спор - не уступит. Ибо, если в таковой ввязался, значит, действительно знает, о чем говорит, в противном случае он просто промолчит.</p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ДОПОЛНИТЕЛЬНО</span></strong></span></span><br />- Ничего не помнит, от слова совсем. Все что ему известно, это лишь те крупицы информации, которые он слышал о себе после аварии.<br />- Рукастый малый, мозг не помнит, но рики делают. Газон на вашем заднем дворе зарос как промежность монашки? Не беда, Адам сделает альпийский лужок. Нужно починить машину? Помочь на ферме? Разгрузить фуру? Перегнать машину или скот? Забить гвоздь? Свинью? Выкосить сено или соседей? Не вопрос, поможет. Одним словом - лишь бы платили. <br />- К курению относится негативно, но выпить по ночам любит. Причем пьет он в гордом одиночестве, за излюбленным угловым столиком в баре &quot;Дровосек&quot;. Алкоголь помогает ему засыпать и не копаться в себе, но спит он все равно плохо и беспокойно.<br />- Умеет водить и без проблем устранит почти любую поломку в транспорте. Это как езда на велосипеде, не забывается.<br />- О себе особо ничего не рассказывает, представляется только по имени, сторонится прогулок по центру и общения (особенно с копами).<br />- Атеист, скептик и агностик.<br />- Умеет выразительно смотреть матом, а когда хмурится исподлобья, выглядит довольно крипово, но охотно проявляет обаяние в ответ на доброту.<br />- Наверняка успел прослыть приблудным шизиком, на которого можно свалить грязную работу.<br />- Завел бы себе собаку, но себя-то порой кормить нечем.<br />- Встает с рассветом и не может сидеть без дела. Потому свободное время старается посвящать физическим тренировкам или обучению чему либо. <br />- Недавно подрался в баре, в результате чего выяснил, что он неплох в рукопашном. Наверняка и стреляет метко (коп, как ни как), но этого не проверял.</p><div class="quote-box hide-box term-login"><cite>Скрытый текст:</cite><blockquote><p>Для просмотра скрытого текста - <a href="/login.php" rel="nofollow" target="_blank">войдите</a> или <a rel="nofollow" href="/register.php" target="_blank">зарегистрируйтесь</a>.</p></blockquote></div> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-family: Oswald"><strong><span style="font-size: 16px">ПОСЛЕСЛОВИЕ</span></strong></span></span></p><div class="quote-box hide-box term-login"><cite>Скрытый текст:</cite><blockquote><p>Для просмотра скрытого текста - <a href="/login.php" rel="nofollow" target="_blank">войдите</a> или <a rel="nofollow" href="/register.php" target="_blank">зарегистрируйтесь</a>.</p></blockquote></div><p>По объему постов я не придирчив, главное чтобы было интересно написано.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:20:35 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=75#p75 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=74#p74 <p>Едва поднявшись в седло, при этом, будучи готовым в любой момент добавить индейской лошаденке дыр в черепе, Бэн стиснул в руке пистолет. После душной перчатки прохладный отделанный костью приклад приятно холодил кожу, отчего выпускать его он не спешил, даже несмотря на то, что теперь пейнтхорс вновь понуро шла следом. Какого черта он вообще в это ввязался? Сидел бы себе сейчас где-то в топях Лемойна, потягивал пиво и плевал в потолок. Грабил бы по ночам путников, оставляя их тела аллигаторам, или прибился бы к какой банде, где нажива лишь вопрос времени, но нет. Честной жизни ему захотелось, и что в итоге? Пронырливый лизоблюд соглядатай и неугомонный красножопый выродок, от недолгой компании которых уже хотелось самому застрелиться. Ведь один постоянно лез в поле зрения своим неугомонным радушием, а второй только и делал теперь, что коряво изъяснялся на ломаном, но все же английском. И обернувшись вновь на последнего, Мэнникс с трудом подавил раздраженную насмешку над словами о проклятии богов. Если кто и проклял его, наградив отвратными шрамами по всему телу, то только он сам.<br />— Занятно, что ты понимаешь английский. Но что тебе дали твои хваленые боги? Они лишили тебя семьи. Ты ведь слышал, как я говорил с Бернардом о твоем племени? Если не расслышал или не понял, я помедленнее повторю, и даже в подробностях все опишу, — убрав, наконец, пистолет в кобуру, он взял одну из протянутых Стаббсом папирос, перед этим не забыв смерить мужчину настороженным взглядом. Однако в итоге все же благодарно тому кивнул и, подкуривая, продолжил беседовать с краснокожим.<br />— Твою родню: жену, отца, мать, сестер, братьев, дядюшек, бабушек и детей, всех убили. Застрелили, а быть может, зарезали, как бродячих собак. Хотя, я слышал, что твою жену и некоторых девиц наши люди настолько распробовали, что в итоге продали. А знаешь зачем? — выпуская в выжженные солнцем прерии облачко едкого сигаретного дыма, он с ухмылкой обернулся через плечо. — Чтобы их насиловала и истязала толпа грязного мужичья. Днем и ночью. Прежде чем они умрут, а они непременно умрут, через них пройдет человек сорок, а быть может и больше. Все это время их не будут кормить и поить, только сутками избивать и трахать, причем так, как даже шлюха бордельным не снилось.<br />Теперь и не скажешь, что еще четверть часа назад Бэн хотя бы частично соболезновал несчастному племени своего пленника. Будучи озлобленным и раздраженным, он часто не следил за своим языком, что наглядно демонстрировал и сейчас, когда самоуверенность и непокорность аборигена буквально вывели его из себя. Ведь мало того, что тот вообще осмелился заговорить со своими конвоирами, да палки в колёса вставлять, так он еще и командовать вздумал. У дерева ему, видите ли, остановить. Сволочь!<br />— А знаешь, почему все именно так? Потому что твои хваленые боги ни черта не стоят. Те из вас, что переселились в резервации и приняли нашу веру, спокойно живут под покровительством НАШЕГО бога. Носят его имена, и молятся лишь ему. Поэтому заткни пасть и подумай об этом. И прими на заметку, что доят не буйволов, а буйволиц. Хотя, твоя жена сейчас наверняка как раз дойкой &quot;буйволов&quot; и занимается, — зажав ополовиненную папиросу меж губ, Мэнникс вернул перчатку на прежнее место, дабы не натереть руку поводьями и, намотав те в один оборот поперек ладони, пришпорил кобылу, демонстративно утратив всяческий интерес к законченному им разговору.<br />Стаббс говорил дело. Ехать вдоль опасного ущелья им точно не стоило, а потому оставалась лишь единственная дорога — прямиком через снежные горы, к пути по которым как минимум двое из нынешних путников совсем не готовы. Рассчитывая поехать в обход, Бэн не имел при себе теплой одежды, а индеец и вовсе был практически голым, ибо неказистые ошметки из тонких шкур навряд ли спасут его от морозов.<br />— Не знаю как ты, а я ночь в горах рискую не пережить. Я думал, что времени у меня будет больше, а потому планировал обогнуть горы, и теплой одежды не взял, но если ускоримся прямо сейчас, то примерно к началу ночи сможем угодить на постой в лавку итальяшки Оллонзо. Знаешь, где это? — сплюнув на ходу окурок, при этом не сбавляя галоп несущейся лошади, молодой человек лихо пронесся мимо того самого дерева, под которым краснокожий просил его остановиться. — Если не успеем, придется заночевать без крыши над головой и скорее всего без костра, а потому пошевеливайся... напарник.<br />Вскоре из ноздрей лошадей повалил пар. С каждой пройденной милей дорога уходила все выше и выше с равнин, выжженная солнцем трава сменялась осколками щебня разной величины, а в отяжелевших кронах деревьев виднелись пышные снежные горсти. Многие из представителей лиственной флоры вскоре и вовсе исчезли, уступив свое место могучим, задевающим небо соснам. Громадные и раскидистые, подчас они полностью скрывали закатное солнце от путников, со скрежетом склоняя над теми свои величавые пики верхушек. Ледяные россыпи снежных крошек, в такие моменты перхотью сыпались с их острых голов и, забиваясь прямиком под высоко поднятый ворот, таяли и сбегали по и без того порядком уж взмокшей спине Мэнникса, что сбавив ход, только сейчас задумчиво обернулся на своих спутников. В преддверии ночи все трое устали, замерзли и изрядно проголодались, а до желанного постоя оставалось чересчур далеко. Здесь, в лишенных красок горах было не просто ориентироваться во времени, но до ночи им точно не добраться в лавку Олонзо, а стало быть, придется заночевать где-то в снегах или...<br />— Если мы не сбились с пути, то сейчас сменим наш курс. Милях в пяти должно быть заброшенное местными поселение. Не бог весть что, но хоть какая-то крыша над головой, и если ни у кого нет возражений, то мы заночуем именно там, — перекрикивая гулкие завывания ветра, и бьющие в лицо хлопья тончайшего наста, молодой человек не стал дожидаться ответа. Выбор у них был невелик и, чертыхнувшись от очередной порции угодивших за ворот ледяных игл, он поспешно пришпорил недовольно заржавшую лошадь. Утопая по брюхо в глубоком снегу, Эйла уже более часа упрямо тащила за собой аборигена и его лошаденку, которая, будучи непривычной к таким погодным условиям, то и дело норовила брыкаться. И погладив заледеневшую черную гриву, Бэн одобрительно прихлопнул ладонью по изогнутой шее своей кобылицы.<br />— Давай, родная, недолго осталось.&#160; <br />&#160; &#160; &#160;Непроглядная ночь свалилась на головы путников столь неожиданно, словно Бог, устав наблюдать за неугомонным своим муравейником, попросту небрежно накрыл его пыльным пледом. К этому времени Мэнникс уже крупно содрогался в седле, отчаянно стараясь стиснуть беспрестанно стучащие зубы. Поднявшийся к ночи мороз настолько его одолел, что привстав в седле подле старенькой коновязи, он едва не упал с лошади. Задубевшие джинсы похрустывали коростой, а быть может, то были его несчастные кости, но сдаваться молодой мужчина не собирался и, отстегнув от седла седельные сумки, перекинул поводья через продолговатую обледенелую перекладину, после подступая ближе к индейцу.&#160; &#160;<br />— Стабс, отведи лошадей в укрытие, а я апачи займусь, пока он от холода не окочурился... или я, — последние слова он произнес тихо, обращаясь исключительно к себе самосу и, за шиворот сдернув Вихо с коня, достал правый кольт. Убивать индейца или грозить тому он не собирался, но вокруг было настолько темно, что даже белоснежное снежное покрывало не особо-то упрощало видимость всем троим, а потерять ценный груз в подобных погодных условиях совсем не хотелось. Потому подтолкнув сына вождя в сторону ближайшей более или менее уцелевшей хибары, Бэн взвел пистолет, предварительно уперев дуло меж лопаток того и кивнул в нужном им направлении.<br />Из окружающих домов не валил дым, что говорило о том, что скорее всего они здесь были одни, но подстраховка никогда лишней не будет. Еще будучи в Блек Крик, прежде чем отправиться в столь рискованное путешествие через весь штат, Мэнникс предусмотрительно навел справки о местоположении местной напасти — банды О’Дрисколла. Эти ублюдки, а в частности их предводитель Саймон О’Дрисколл, имели личные счеты с отцом Бэнджамина, а потому встречь с ними отпрыск конфедерата всегда отчаянно избегал. И учитывая тот факт, что примерно с неделю назад эти выродки углубились как раз в заснеженные выси этих хребтов, дабы залечь на дно после неудачной облавы на поезд, ему сейчас самое время как следует перебдеть, не так ли?<br />— Ничего личного, краснокожий, — вместо того, чтобы пнуть ногой промерзшую дверь ближайшей избенки, Бэн покрепче впился замерзшими пальцами в ворот индейца, и внезапно пихнул того носом вперед, протаранив неохотно поддающуюся преграду. Используя заложника как живой щит, он медленно вошел внутрь покореженных стен, и лишь пройдясь по немногочисленным комнатам, успокоился. По крайней мере, тут они точно были одни и, отбросив Вихо в угол подальше от входа, молодой человек принялся торопливо ломать ногами ветхое подобие стула, планируя поскорее распалить старый камин. Да, топить дом было рискованно, ведь опытный глаз непременно заметит чад от огня за долгие мили, но без этого им до утра не дожить, потому успокаивая себя поднимающейся снаружи пургой, в которую ни один здравомыслящий человек в дорогу не сунется, американец лишь мельком взглянул на притихшего в углу аборигена.<br />— Зол на меня? Конечно, зол, но знаешь, горькая правда всегда лучше спасительной лжи, — только сейчас скинув с плеча седельные сумки, он снял взвод с кольта и убрал его обратно в потертую кобуру.&#160; — Как думаешь, если мы не добудем огонь, твои боги помогут тебе не подохнуть от холода?<br />&#8195;</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:11:35 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=74#p74 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=66#p66 <p>Удивительно, как мало человеку порой нужно для счастья, и речь сейчас отнюдь не о сексе. После стольких лет отчуждения и ненужной вражды, само присутствием и отзывчивость Павла ныне порождало в душе князя нечто невообразимое. То самое несравненное чувство, когда все наконец-то встало на свои места. Нет больше тревожных дум и метаний. Нет пудовой тяжести на душе, природу которой до этого момента Трубецкой просто не понимал, а быть может, упрямо запрещал себе признавать. Под действием этой упоительной эйфории, он позабыл обо всех окружающих их проблемах. О распрях в обществе, да и в целом о существовании Союза Спасения. Теперь для него окончательно не существовало никого в целом мире. Ни Романовых с их беспределом, ни творивших невесть что Северян, ни неугомонных Южан. Все его естество занимал собой лишь один человек, повернувшись к которому, Сергей сейчас молча всматривался в ответ. Слова были просто излишни.<br />Единственный источник света освещал в основном потолок кабинета, отчего на лицо Пестеля падала тень, но даже в ее обманчивом флере, мужчина смог разглядеть в глазах того робкую окантовку полюбившейся зелени. Сейчас она виделась ему лишь тоненькой, словно прозрачной линией вокруг черного обсидиана широких зрачков, но видит Бог, он отдал бы все что имел, лишь бы увидеть ее при дневном свете. Не тусклой и серой, коей она была на протяжении последних нескольких лет, а такой, как когда-то давно. Такой, как сейчас. Яркой, хрустальной и одновременно насыщенной, словно тончайший срез изумруда, в блеске которого Сергей когда-то лишился себя. И отозвавшись на легкое прикосновение поцелуя, он послушно подался следом, как только Павел Иванович отстранился. Не спеша отвечать на поступивший вопрос, он склонил голову и, ласково потираясь щекой о его левую скулу, после уткнулся носом за ухо. Он не мог позволить себе отпустить его спать одного, при этом лишившись столь редкой возможности просто быть рядом, чувствовать его запах и видеть с рассветом яркость полюбившихся глаз. Да, в спальне ждет Катерина, а быть может уже и вовсе не дождавшись, уснула в тревоге, и поутру она непременно задастся вопросом, почему супруг вообще не явился на семейное ложе, но и это не имело значения. Не теперь, когда не в силах надышаться собственным счастьем, Сергей невесомо касался губами искусанной шеи того, кого больше никогда не отпустит.<br />— Не на втором. Твоя комната всего-то на чердаке. До твоего приезда у меня не было повода заставить слуг разобрать тамошний хлам, а теперь, когда ты внезапно явился, я не смог проигнорировать такую возможность, — прикрыв глаза и растянув губы в игривой улыбке, он говорил вкрадчивым шепотом. Нарушать царящую вокруг тишину и упоительное спокойствие совсем не хотелось и, поднявшись легкими поцелуями чуточку выше, он аккуратно прихватил губами край мочки, лишь после этого позволив себе отстраниться.<br />— Наша комната дальше по коридору. Дозволь мне сегодня остаться с тобой. Не думай и не спрашивай меня ни о чем, лишь побудь рядом еще, сколь это возможно. Я не хочу расставаться с тобой вплоть до отъезда, и плевать мне на все остальное. Хочу лишь видеть твои глаза поутру, чувствовать твоё тепло и отдачу, чего мне так не хватало все эти годы. Хочу пожить хоть немного для нас, а не для всех прочих, — все еще поддерживая прежнюю интонацию и не упуская из вида любимых глаз, князь ласково коснулся щеки Павла кончиками невольно дрожащих пальцев и, вновь улыбнувшись, встал первым. После их близости ноги были немного ватными, а по всему телу разливалась приятная характерная леность, решительно отогнав которую, он принялся одеваться. Комната может быть и соседняя, а идти до нее в неглиже было не дело и, подняв чью-то загнанную под стол рубашку, Сергей игриво навесил ту на голову Пестеля.<br />— Вставай, Паша, повинуйся диктатору. Сейчас придадим себе божеский вид и чинно проследуем в дверь по соседству. Точнее ты проследуешь первым, а я сперва наведу здесь порядок, — оглядевшись по сторонам, дабы в полумраке выяснить местонахождение разбросанных всюду вещей, он поднял бретельки подтяжек на свои голые плечи и, подобрав накрахмаленную рубашку костюма, небрежно натянул ту поверх. Его нательная рубаха минуту назад увенчала голову Пестеля, в то время как одежда того покоилась где-то под смятым жилетом и пиджаком, которые в темноте представляли собой неказистую серую кучу тряпья. И перешагнув сию кучу, Трубецкой подошел ближе к окну, занавешивая его плотными шторами. От этого мрак внутри кабинета стал на порядок гуще и, вернувшись обратно к столу, он усмехнулся, отметив все еще лениво восседающего на полу Пестеля.<br />— Я сказал, подъем, полковник! — склонившись за своим галстуком, что непроницаемо черной змеей валялся у ног, он поднял его и, накинув петлей на шею Павла Ивановича, мягко потянул на себя, встречая губы мужчины своими, как только тот немного привстал.</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Sun, 12 Sep 2021 19:02:59 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=66#p66 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=53#p53 <p>[nick]Павел Пестель[/nick][ls1]Павел Пестель, 24[/ls1][ls2]Дерзкий сын местного криминального авторитета, серийный неудачник и гопник[/ls2][sign]<span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic"><span style="font-size: 10px">А на самом деле это не просто<br />Мне резали тело<br />Мне ломали кости<br />Но так ещё никто не делал</span></span></span>[/sign][icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001a/e6/bf/8-1602324781.jpg[/icon][status]PMML[/status]<br />Слова о симпатии вылетают сигаретным дымом из учительского рта, оседая еле заметным пеплом на пластике приборной панели, и Пестель кривится мимолетно, поджимая губы, ведь за этими словами всегда следует «но». Ты же, Паша, умный мальчик, но отчето ведешь себя, как мудак. Ты же можешь быть хорошим, но твоя семья. Ты мне правда нравишься, но... Подставьте любое слово и Павел готов был спорить на все содержимое кошелька, что он это уже слышал. Как же его уже заебало это вечное «но». Заебало пытаться соответствовать чьим-то ожиданиям о нем и видеть разочарование, что он оказался недостаточно хорош, или недостаточно плох. Такое тоже бывало.<br />Переведя глаза на Романова, парень приподнял бровь, готовясь презрительно фыркнуть, однако ожидаемого «но» не последовало. Коля тараторил, спотыкаясь на словах, и нес какую-то чушь, которая совершенно не укладывалась ни в голове, ни в привычной картине мира. Чувствуя, как вторая бровь удивленно поползла вверх, Паша свёл их на переносице, забегав глазами по приборной панели авто. Это что, шутка какая-то? Почему-то совершенно не было смешно. Надо было что-то сказать, ответить как-то по возможности тактично, но в голове пульсировала лишь одна мысль: Романов – гей? Бред какой-то. А как же его выдуманная Павликом мадемуазель и идеальный вечер? Ну ладно, хрен с ней с дамой, но ему нравится Пестель?! Этот Пестель? Да, какой угодно в принципе Пестель?! Коля настолько пьян? Да быть не может.<br />- Эээ..<br />Голос отказывался воспроизводить членораздельные звуки, не поспевая за мельтешащими мыслями в голове. Пашка открыл было рот, но так и закрыл, замерев и вжавшись в сидение, стоило преподу вторгнуться в личное пространство. Первой же реакцией было оттолкнуть от себя подальше обнаглевшего пассажира, но парень подавил в себе это желание, все еще надеясь, что что-то не так понял. Он же не пидор. Какого хрена. Да, он уже очень долгое время состоял в отношениях с Дэном, но это же было единственное исключение. Его не привлекали мужчины, он не думал о них в таком ключе. Его в принципе и в Орлове привлек совершенно не пол, а личность, все остальное было уже делом техники. <br />Прикосновение чужих губ окончательно сбило с толку, сковывая напряженные мышцы. Дыхание Романова отдавало алкоголем, а на губах ещё оставался горький привкус никотина, но ожидаемого отвращения не было. Вообще ничего не было. Не пытаясь предпринимать что-либо, вообще стараясь не шевелиться, Павел, пожалуй, впервые в жизни растерялся и не знал, что ему делать и говорить. С новой силой захотелось курить, позволить никотину сгладить острые пики напрягшихся нервов, но Пестель лишь поднял руку, когда Николай отстранился, и задумчиво поскреб ногтями затылок.<br />- Действительно глупо.<br />Задумчиво всматриваясь в темноту за окном, Паша поднес ко рту сигарету, неожиданно отмечая про себя, что пальцы совсем не дрожат. А после поцелуев Орла, даже спустя эти полтора года, все еще мелко подрагивают, будто требуя касаться его снова и снова. Пестель затягивается горьковатым дымом, глотая горячее облако, заглядывает внутрь себя, пытаясь найти отголоски хоть какой-то реакции, но нет даже привычного гнева. Ему как-то внезапно и неотвратимо на все наплевать. <br />Хотя…<br />Гнусная, еще не оформившаяся мысль мелькнула на задворках сознания, но парень успел различить ее быстротечный бег. В принципе, это может сработать… Но стоит ли? Отец учил пользоваться тем, что дают, оборачивать слабость других против них же, так почему бы не воспользоваться папочкиными советами?<br />Щелчком отбросив сигарету в окно, Паша повернулся к преподавателю и оглядел его с ног до головы, пытаясь посмотреть новым взглядом. Долговязый, упершийся коленями в бардачок, мужчина смотрелся максимально инородно в его бмв, но Пестель все же выдавил из себя улыбку, чуть прикусив губу изнутри. <br />- Ну допустим, с разговорами и трубкой мира разобрались, но я не могу отвести тебя домой без полной повестки дня.<br />Как же не хотелось этого делать. Все тело кричало о том, что это не правильно, но парень все же склонился ближе к Романову, скользнув пальцами по груди и притягивая за ткань к себе. Только коснувшись мужских губ поцелуем, Пестель явственно осознал насколько все же дурная и гнусная это была идея. Серьезно? Он настолько готов низко упасть, что обменял свое достоинство на оценки в универе, заканчивать который в принципе не планировал? <br />Запоздалая волна отвращения, наконец, накрыла Павлика с головой, но как бы ему не хотелось, целью был вовсе не Палыч, а как обычно он сам, собственной никогда не думающей наперед персоной. Проснувшаяся совесть орала сигнальной сиреной, бросаясь оскорблениями и воспоминаниями о Денисе, и Паша практически отшатнулся от мужчины, рывком возвращаясь на свое место и приторно фальшивой улыбкой сглаживая резкость движений.<br />- Дворцовая, говоришь? Ну, погнали.<br />Буквально вдавив со старта педаль газа в пол, Пестель рванул с парковки под визг недовольных шин, уже не сдерживаясь, а наоборот превышая даже собственные лимиты скорости, лишь бы избавиться поскорее от пассажира, чье присутствие ощущалось всем телом. Оно давило, заставляя чаще дышать, но вовсе не от возбуждения или чего-то приятного. Хотелось помыться, избавляясь от чужеродного вкуса, запаха, прикосновений. Господи, что он скажет Денису? Теперь уже Пашина очередь была вжиматься в противоположную стену авто, хотя он и старался сохранить безмятежное выражение на лице, даже улыбнулся преподу на прощание. Однако резко пресек попытки сблизиться вновь и, сославшись на время, практически вытолкал его из машины, после чего снова рванул, теряясь в ночных трассах, пытаясь уехать в первую очередь от себя, от своей глупости и очередного осознания, какая же он все же мразь.</p> mybb@mybb.ru (Пестель) Mon, 12 Oct 2020 23:02:22 +0300 http://svalka.f-rpg.me/viewtopic.php?pid=53#p53